В марте 2013 года мы обсуждали эту тему с Сергеем Кривошеевым у меня в эфире. Сергей – тот самый человек, который закрывал разработку в ФСБ агентурного дела НТС в конце 1990-х годов. Откликов на эфир было много. Писали из России, Украины, Германии, Бельгии… Нас обвиняли в реанимации старых советских мифов и благодарили за демонстрацию архивных документов. Разбору той программы даже посвящена отдельная глава в вышедшей впоследствии книге воспоминаний старого члена НТС.
Предсказать это было несложно. Все, что связано со спецслужбами, пользуется популярностью в обществе. Как в Бразилии каждый может тренировать сборную по футболу, так и у нас каждый считает для себя возможным обсуждать деятельность разведки на основе полученных посредством кино знаний – они традиционно считаются в социуме достоверными – или обрывков далеких впечатлений из детства. Я сам через это проходил.
В конце 1980-х годов, когда я был еще обычным советским школьником, попалась мне в руки легендарная книга академика Яковлева «ЦРУ против СССР». От каждого абзаца веяло таким ледяным ужасом, такой нечеловеческой подлостью врагов, что кровь холодела. Эта классика контрпропагандистской работы и сейчас производит сильное впечатление, а уж тогда-то! На всю жизнь мне запомнился пособник немцев Поремский: «Разговор происходил в Берлине за обедом… Поремский тогда работал диктором на немецком радио. Меня раздирали внутренние сомнения… не пора ли бежать от грязного дела: хозяева требуют от нас призывать советских солдат сдаваться в плен немцам… Поремский не переставал жевать спокойно, слишком спокойно для русского патриота. Так мог жевать человек, у которого совесть в полной гармонии с поступками.
– Меня это ничуть не пугает. Я совершенно сознательно призываю. Главное – свергнуть большевиков.
– Но это захват России немцами!
– Пустяки. Идея солидаризма их растворит».
Согласитесь, очень сильный момент. Тысячи людей гибнут ежедневно, а он спокойно жует. Стало сразу понятно, почему при слове НТС у народного артиста СССР Олега Басилашвили в свое время волосы вставали дыбом. Мог ли я тогда подумать, что пройдет несколько лет, и мне доведется встретиться с тем самым Поремским. В Москве! И не на показательном процессе, где гитлеровский наймит отвечал бы за свои преступления против нашего мирного государства. А в самой что ни на есть мирной обстановке, в центре города.
Я с интересом разглядывал Поремского, силясь побороть искушение задать вопрос про тот самый обед. Он внимательно посмотрел на меня и произнес: «Я вижу, вы хотите спросить». Отступать было некуда, и, набравшись смелости, буквально на одном дыхании я процитировал этот отрывок. Поремский улыбнулся. У него была очень обаятельная улыбка. И удивительные глаза. В них, за заметной всем веселостью, читалась грусть. «О нас много писали в СССР, – сказал он, – всегда придумывая что-то». Но беда в том, что особо придумывать советскому агитпропу было не нужно. Правда про НТС иной раз была страшнее.
Началась их история в 1930 году. Тогда в Белграде прошел первый съезд Национального союза русской молодежи. Устав новой организации был характерным для русской эмиграции: желание спасти Родину от власти большевиков и готовность пожертвовать собой ради этой цели. «Братья, неужели мы заслуживаем правительство грабителей и убийц, позором покрыли большевики русское имя во всем мире. Бывает время, когда становится стыдно жить. Да здравствует национальная революция!»
Под такой программой могли бы подписаться многочисленные союзы, существовавшие в русской эмиграции. Конкретики в этом маловато. Все больше лозунги. Понимали это и отцы-основатели НТС. Поэтому вскоре перешли к подробному описанию задач и механизмов их решений: «Организация и ведение борьбы с коммунистической властью; установление связи и сотрудничества с пробуждающимися и восстающими народными силами, идеологическое и организационное их обслуживание».
Это из довоенных документов НТС. Тогда нацмальчики, стремящиеся свергнуть власть большевиков, нелегально переходили границу. Естественно, как уже говорилось, – при помощи разведок сопредельных стран. Кто бы им позволил действовать самостоятельно! Им казалось, что национальная революция уже близка, что нужно сделать последнее усилие – и коммунизм падет. Реальность оказалась другой. Подавляющее большинство членов НТС было арестовано НКВД и в дальнейшем расстреляно. Вот лишь очень короткий список: Иван Николаев, Григорий Михайлов, Мария Михайлова, Степан Барышников, Иван Власов, Петр Павлов…
Всего же, по оценкам современных историков спецслужб, при переходах границы, а также на территории СССР органами НКВД было убито и приговорено к расстрелу свыше 200 эмиссаров НТС. Цифра гигантская для эмигрантских организаций! К примеру, Русский общевоинский союз отправил в СССР по крайней мере раз в пять меньше боевиков. При том, что по численности эти организации невозможно сравнивать.
А потом началась Великая Отечественная война. Звездный час НТС! Они – единственные представители эмиграции, кто принял в этих событиях самое активное участие в столь массовом порядке. Члены союза занимали должности в Министерстве восточных территорий Третьего рейха, служили переводчиками в вермахте, работали на оккупированных немцами территориях. Во многом именно на идеологической базе НТС был написан манифест власовской армии.
Об этом сегодня знают многие. Однако за кадром остались практическая деятельность НТС и вопрос, как воплощался в жизнь девиз «Да здравствует национальная революция!». Важным источником по этой теме служат мемуары членов организации. Лучше, чем сами бывшие участники, об НТС никто не расскажет. Эти воспоминания, к огромному сожалению, почти не известны широкой публике. Публиковались они в далекие 1960-е годы и нынче уже являются библиографической редкостью. А многие даже и не подозревают об их существовании.
Вот свидетельство бывшего члена НТС Николая Климова: «Можно привести немало случаев грубых требований энтсовцев выполнения населением распоряжений немецких властей по сдаче сельскохозяйственных продуктов на нужды германской армии, составления и передачи в гестапо списков лиц, которые саботировали выполнение указаний оккупантов. Нужно сказать, что, лакейски угодничая, энтсовцы ни в жестокости, ни в зверствах в отношении насе ления оккупированной территории ничуть не уступали гитлеровцам».
А вот воспоминания другого бывшего члена НТС Константина Черезова. Это уже послевоенный этап деятельности. Теперь – в содружестве не с вермахтом, а с британской и американской разведками. «Как я смог убедиться за тринадцатилетнее пребывание в организации, НТС целиком и полностью зависит от американской и других разведывательных служб, которые финансируют, направляют и контролируют всю его деятельность. Свои «идеологические убеждения» мы пополняли стрелковой подготовкой, изучением материальной части оружия, практической стрельбой из пистолета. Не последнее место занимали способы подделки советских документов, штампов, печатей, изготовление и применение взрывчатых веществ».
Предсказать, как будут реагировать на публикацию этих документов нынешние сторонники НТС, несложно. Начнется яростное отрицание и молниеносный перевод дискуссии в классическое словоблудие. Будут рассказывать про жертвенность первых нацмальчиков, про погибших в нацистских концлагерях. И, разумеется, про НКВД – КГБ – ФСБ. С нападок на силовые структуры подобные разговоры начинаются и ими же заканчиваются.
Я вовсе не утрирую. После памятного обсуждения истории НТС в моей программе незамедлительно последовал ответ. Опубликован он был, как несложно догадаться, на сайте «Эхо Москвы»: «Все те же общие слова о «терроризме» и «деятельности в интересах вражеских разведок», которые при уточняющих вопросах ведущего сводятся к пресловутой «идеологической диверсии» (а под нее, как известно, мастера советского сыска могли подвести что угодно)».
Я не возьмусь судить за всех российских граждан. Да и не имею на это права. Могу сказать лишь за тех, кто интересовался темой всерьез – то есть изучал архивные документы по НТС, а не ограничился послевоенными воспоминаниями, подвергнутыми значительной внутренней цензуре. Так вот, они, мягко говоря, очень скептически оценивают подобные заявления.
С другой стороны, совершенно понятно, что не эти единичные люди являются целевой аудиторией НТС. Вот любители бесконечного срыва покровов на «Эхо Москвы» им охотно верят. И будут верить дальше, какие бы документы и свидетельства им ни показывали. Как говорится, если факты противоречат – тем хуже для фактов. Больше того, вам будут агрессивно доказывать свою правоту. Даже не понимая, что я, например, этих самых старых членов НТС знал лично еще тогда, когда большинство их нынешних сторонников даже не подозревало о существовании каких-то нацмальчиков.
Лекция в университете. Средний возраст присутствующих едва ли превышал 18 лет. Этим и объяснялось то, что они без всякого интереса смотрели на своего преподавателя. Пока он не заговорил. «Моя задача – попробовать сформулировать идею самосознания, юридического и религиозного, философствующего самосознания. Что такое человек? Зачем он живет на свете? Зачем живут люди? Каков смысл их существования?» Все это настолько не вязалось с привычной всем картиной советских средних школ, что в зале стояла гробовая тишина. Было слышно лишь, как переворачиваются исписанные страницы конспектов.
Имя преподавателя ничего не говорило студентам. К примеру, я, уже в то время интересовавшийся политикой, не сопоставил с ним одного из героев легендарного советского пропагандистского фильма Генриха Боровика. Понимание, кто именно рассказывает нам о классической русской философии, пришло позднее. Когда я все-таки вспомнил, где же видел это лицо.
Представьте себе картину: вы сидите и слушаете Романа Николаевича Редлиха. «Капитана Воробьева» из власовской армии. Одного из главных врагов советской власти. Человека, которого обвиняли в сотрудничестве с гестапо. Что может быть ужаснее? Это и сегодня выглядит неслабо, а уж по тем-то временам! Сколько присутствующих на лекции могли бы сказать что-то внятное про русскую эмиграцию? Уверен, что никто. А тут не просто человек из эмиграции, а