«А еще говорят, что кризис среднего возраста наступает в сорок», – невесело усмехнулся Ковальский, чувствуя себя циничным, много повидавшим в жизни стариком.
Телефон на столе завибрировал. Взяв его в руки, он просмотрел фотографии, присланные следящими за Розой. Вот она с братом на площадке, ездит на «Мини-Купере», а вот уже в городе. Он улыбнулся фотографии, где она на светофоре показывает из окна средний палец, по-видимому, сигналящему водителю.
«У нее есть права?» – пришло сообщение.
«Есть», – ответил Богдан, выучивший досье рыжей наизусть. Также его люди нарыли, что, побывав в аварии, она боится садиться за руль. То, что сегодня Роза переборола себя, пришлось ему по душе. Как и дерзость. Омрачало лишь одно – она попросила побыть рядом брата, а не его.
А еще Богдан просмотрел видео разговора на кухне и взбесился, услышав ее обещание присмотреться к сосунку, с которым была в театре. И это после их совместной ночи! Возникало желание переломать тому парню ноги, чтобы держался подальше. Останавливало лишь одно: Роза – хирург, и сосунок явно ляжет к ней в больницу, играя на сочувствии и получая внимание. Придется его другим способом отвадить. Что бы себе рыжая ни думала, исчезать из ее жизни Ковальский пока не готов, как и позволять строить отношения с другим.
Ему все же удалось заставить себя заняться делами. От Хана вестей не было, а Роза, по отчету ищеек, поехала на работу. На своей машине. Он приказал вести ее дальше и погрузился в бумаги.
Уже ближе к вечеру Богдан вспомнил об обеде и решил размяться. Первый звонок застал его в ближайшем к офису ресторане. Только-только принесли горячее, но, услышав новости, он напрочь забыл о еде.
Звонил его человек из Рима. Произошло обрушение центрального офиса. Это было невероятно, невозможно, но каким-то образом случилось, и Богдан чувствовал, что тут не обошлось без Хана! Но как?! Центр Ордена располагался глубоко под землей, среди катакомб. Огромный, неприступный многоуровневый бункер, нашпигованный самой современной техникой! Сейчас же там образовался котлован с просевшей землей.
Сотня людей оказалась под землей, отрезанная от всех коммуникаций. Хорошо, что Верховный Магистр не успел прибыть и сейчас организовывал спасательную операцию.
Для СМИ дали сообщение, что обвал произошел из-за взрыва газовой трубы, работают спасательные службы. Пришлось поднимать связи во всех службах, чтобы оградить территорию от любопытных, а в это время спасатели пытались добраться до бункера под землей.
Богдан набрал отца, но тот был вне сети. Вернувшись в офис, попытался подключиться к главному компьютеру, но впервые за все время он оказался недоступен. Логично, если учесть, что коммуникации в бункере повреждены, но для рядовых братьев такая ситуация сродни Апокалипсису. Все шептались о том, что это устроила захваченная ведьма. Ведь удалось ей каким-то образом собрать целых шесть вещей. Цифра – число дьявола!
То, что случилось, стало шоком для членов Ордена. Главный офис считался незыблемой твердыней. Это как Мекка для верующих. А теперь неизвестно, что с людьми, архивами, базами данных, главным компьютером, где хранилась не только конфиденциальная информация, но и результаты многих засекреченных исследований.
В Ордене царила паника. Телефон разрывался.
Вовремя приехал Савицкий, и обоюдными усилиями они успокаивали людей не только в офисе, но и на периферии. Раз за разом Богдан пытался связаться с отцом. Дворецкий дома сказал, что Вацлав уехал еще утром, и поступили подтверждения, что он был в Центре Ордена на момент обрушения. Приходилось всеми силами отгонять плохие мысли. Он ненавидел отца большую часть своей жизни, но не мог представить его погребенным под землей. Богдан подозревал, что сейчас Хан – единственный человек, который знает, что именно произошло, но набрать его номер рука не поднялась. Впервые в жизни страшился узнать правду. Хотел сорваться в Рим первым же рейсом, но пришел приказ от Верховного: всем оставаться на своих местах и поддерживать порядок.
Лишь спустя несколько часов поступила первая информация: спасателям удалось добраться через завалы и вытащить часть людей. Среди выживших был и Вацлав, которого отправили в больницу. Так удалось узнать, что обрушения случились из-за взрывов. О роли Хана пока ничего известно не было.
Звонок от Вацлава раздался вечером.
– Отец! – ответил Богдан и поймал себя на том, как сжалось все в груди. – Как ты?
– Пришел в себя. – Голос Вацлава был тверд и сух, как всегда. – Ранение головы. Я пока об этом никому не говорил, но удар я получил от Хана. Здесь все твердят, что были взрывы, но я потерял сознание еще до них. Хочу предупредить, я приду в себя и выясню, что произошло! Щенок. Ему не жить!
– Отец… – поморщился Богдан.
– Я все сказал, – отрезал Вацлав. – А теперь о главном. Я не хочу умереть, не увидев внуков. Ты женишься, и это не обсуждается! На Рождество будет не обручение, а свадьба.
Богдан сбросил вызов и отложил телефон, закрыв лицо руками. Ничего не меняется. Телефон разрывался, но он не желал больше ничего слышать.
Понадобилось несколько минут, чтобы взять себя в руки, но тут сотовый зазвонил вновь. Ищейки, наблюдающие за Розой. А там что стряслось?
– Да?
– Тут возле ее машины подозрительный тип крутился. Я прогулялся. Спущены две шины.
– Будьте внимательны. Я пришлю еще людей. Страхуйте объект и будьте готовы вмешаться.
Закончив разговор, посидел, взвешивая, и все же набрал номер. Не думал, что придется светить свою команду, но задействовать людей Савицкого хотелось еще меньше.
Решая насущные вопросы, Богдан настолько ушел с головой в дела, что, когда раздался звонок, даже не сразу понял, о чем речь.
– Ее чуть не похитили.
– Кого?
– Врачиху.
– Где она?
– Во второй машине, что вы прислали.
– Не отпускайте ее! Я выезжаю.
И сорвался с места.
Глава 14
Я подъехала на работу на своей малышке. Я. Приехала. Сама! Сложно было описать чувства, которые испытывала. Руки подрагивали, ноги тоже, на лбу испарина, как после тяжелой операции, но все компенсировалось ликованием в душе. Я это сделала! Мне удалось! Скалолазы, покорившие Эверест, были никем по сравнению со мной в этот момент триумфа.
Положа руку на сердце, честно скажу: вначале струхнула и пожалела, что отпустила братца. Но позвонила Юлька, которая хотела провести с Максом выходной, и у него нарисовались планы. Масло в огонь моей решимости подлил Костик. Когда ехали домой, этот гад позвонил мне. Мы стояли на светофоре, и я сдуру ответила.
– Стерва! Как ты это сделала? – с ходу заорал бывший.
– Забыла разрешения у тебя спросить.
Почему-то первой мыслью было, что он беснуется из-за того, что я за руль села.
В ответ полился такой поток ругательств, что у меня просто челюсть банально отвисла. Никогда не замечала за Костиком тягу к ненормативной лексике. Наоборот, он всеми силами культивировал у себя манеры, не распекал крепкими словами подчиненных, а тут такая брань, что портовые грузчики отдыхают. Отбросила от себя трубку, как ядовитую змею. Я была настолько удивлена, что даже не сразу среагировала на зеленый.
Сзади возмущенно стали сигналить. Да пошли они все, козлы! Я показала «фак» нетерпеливым и лишь потом резко стартанула.
– Что это было?! – хохотнул братец, с удивлением глядя на меня. В руках он крутил пойманный телефон. На экране высветилось фото Костика. Видимо, еще не все сказал.
– Ответить?
– Пошли его в жопу.
– Сука-а-а! – разнеслось на весь салон. – Фригидная, злобная сучка! Как ты это сделала?!
– Слышь, урод, еще одно слово, и я тебе яйца оторву! – рявкнул Макс. – Забудь этот номер!
Он сбросил звонок и посмотрел на меня. Я показала ему большой палец. Блин, как же хорошо, что у меня есть брат! Пусть и младший, но уже такой лоб вымахал, выше меня. Безумно приятно, что за меня порвет любого.
– Что это с ним?
– А фиг его знает. Я так и не поняла сути претензий.
Кто знает, что у Костика там стряслось? Может, не встало в постели с новой любовницей, а я виновата. Или из-за Стаса бесится.
– Хочешь, я с ним поговорю? С тобой на работу поехать?
– Нет, все в порядке. К тому же сегодня выходной, его не будет.
Мы уже подъезжали к дому, и я спросила:
– Может, тебя к Юльке подвезти?
– Крутая? – подмигнул мне Макс и улыбнулся. – Предпочитаю на своем транспорте.
Вот же обормот! Просто он много раз предлагал меня подвезти, а я отнекивалась, говоря, что предпочитаю общественный транспорт.
На работе я появилась в приподнятом настроении. Сегодня явно мой день! Но больше всего порадовало, что Морено пришел в себя. Пусть ненадолго, но вышел из комы, а это прогресс. Даже для меня сюрприз! Ему удалось опередить мои самые радужные прогнозы. От радости захотелось тут же сообщить Богдану, но, вспомнив, как мы расстались, отказалась от этой идеи. На душе до сих пор было гадко от его попытки меня подкупить. Нет, он реально думал, что я буду спать с ним ради того, чтобы он устроил мою карьеру?
Но вот что мы творили ночью… От воспоминаний сладко сжималось все внутри. Он как будто разбудил меня после долгой спячки. Раньше я как-то не замечала, что секс с Костиком превратился в обыденность. Я давно уже с ним не горела, а тихо тлела. С Богданом же был фейерверк. Понять не могла, как так получалось, что даже не думая ни о чем таком, мгновенно вспыхивала от первого же прикосновения.
Не-не-не! Еще не хватало подсесть на Богдана, как на наркотик. У него невеста маячит в ближайшем будущем, пусть с ней позы Камасутры отрабатывает. Не хочу обжигаться. Он уедет, а мне что останется? Одинокими ночами подушку кусать от тоски? Поэтому включаем голову, и больше ни-ни.
Как нельзя кстати позвонил Михаил.
– Привет! Не отвлекаю? Можешь говорить?
– Привет! Для тебя найдется минутка, – с улыбкой ответила я. Прозвучало настолько кокетливо, что впору подивиться, откуда только это во мне. Кажется, Михаил и сам обалдел от моей игривости, но был приятно удивлен.