Через десять минут чтения я начал улыбаться, а ещё через пять минут расхохотался.
Ну надо же, фаза луны имеет непосредственное влияние на создание боевых артефактов! Напитывание лунным светом… Что за бред!
Моё безудрежное веселье выманило призрака лучше всяких уговоров.
Дух появился передо мной и с интересом наклонился, рассматривая книгу.
— Чойта там написано такое? — проскрипел он.
— Небылицы. Наподобие тех, что только один вопрос можно великим духам задавать, — хитро усмехнулся я. — Доброго вам утра, уважаемый.
— Что удумал? — насторожился Третьяк. — Неужто ужо отыскал царицу?
— Двух отыскал. На выбор. И обе темные. Какая из них вам надобна? — продолжал улыбаться я, внимательно наблюдая за призраком.
Шанс получить прямой ответ был ничтожно мал. Но был, поэтому я и решил попробовать. А на обратном пути зайти за сладостями в «Централь». Лично подобрать к праздничному столу.
Но его ответ сумел меня удивить.
— Дык обеих нашел? Вот шустрый!
— В смысле обеих? — я захлопнул книгу и перестал улыбаться. — Что-то не припомню, что вы про двух говорили.
— А я что-то не припомню, чтобы я обещал вообще что-то говорить, — насупился дух.
— Так, — я поднялся, неторопливо подошел к стеллажу и вернул книгу на место. — Я уже не совсем понимаю, что происходит. Уважаемый, если цариц три…
— Ты не хохми мне тут, — строго приказал он, но губы призрака предательски дрогнули. — Дело сурьезное. Одну спасешь, вторую погубишь. Вот тогда и приходи.
— Знаете… А не буду.
— Чего? — Третьяк вытаращился на меня.
Воздух ощутимо похолодел. Дух потерял контроль над силой и помещение начало стремительно леденеть. Я приглушил эфиром этот эффект. Если что, причинение вреда библиотеке мне вменят.
— Говорю — не буду. Ни губить, ни спасать, ни загадки разгадывать, — спокойно ответил я. — Смысла не вижу.
— Ты сдурел чтоль, Всеобщий? — Третьяк часто заморгал и чуть ослабил поток силы. — Оно тебе надо иль мне?
— Полагаю, что вам. Поэтому предлагаю договориться. Вы мне сообщаете, что нужно сделать, я вам говорю — возможно это или нет. Все довольны.
— Да я ж тебя… Я ж тебя… — от возмущения призрак никак не мог придумать, что со мной сделает.
Я терпеливо ожидал. Угрозы я в нём не видел, несмотря на его мощь. К тому же я был предельно вежлив, и оскорблять или задевать духа не намеревался. Уж тот был в силах это почувствовать.
Но мне чертовски надоело играть в чужие игры. Поначалу это казалось забавным. Теперь же я попусту терял время.
Третьяк был чем-то привязан к этому месту. И очень сильно, раз не смог избавиться за столетия наращивания могущества. Он мог разрушить всё здание, но не уйти. Значит, я мог ему помочь и взамен получить все нужные мне ответы. И без спасения цариц по неизвестной мне причине.
— Вы подумайте, уважаемый, — мягко сказал я. — А я вернусь позже.
Дух как-то съежился и холод совсем пропал. Древний обитатель этих стен только кивнул и испарился. Ну что же, похожу тут налаживалось. По крайней мере, свою позицию я озвучил. Пусть решает, что важнее — заморочить загадками или получить желаемое.
Но раз не стал свирепствовать, то значит я попал в цель.
На улице оказалось, что за время моего посещения пришло несколько сообщений.
Первые самые приятные — о начислении оплаты от Макара Дуболома и премии от Баталова. От него было и сообщение про достойную награду за помощь с рецептом. Я с усмешкой подумал, а не обменять ли просто одну темную магиню на другую?
Шутки шутками, а продумать как безопасно сдать императорскую дочь на руки отцу, было необходимо. Либо так, либо и правда «губить». Девчонка уже замарала руки по самые локти. И никакие причины того не оправдают. Но мне подставляться под очередную государственную тайну не хотелось.
Но это вопрос пока терпящий. Отдохнуть, а вот потом уже серьезно обдумать план.
Дальше Прохор сообщал, что случилась беда. Я сразу же позвонил и выяснил, что парась, которого он купил ко столу, сбежал. Переломал цветы в клумбах, снес садовую мебель и сбил с ног почтальона, который пригрозил подать в суд. Парася поймали у ворот львы, которые и переломили животине хребет. Почтальон сразу же передумал и отозвал все претензии.
В общем, и тут всё разрешилось само собой.
Но самое любопытное сообщение было последнее. Некто без подписи предлагал встретиться на набережной гавани Васильевского острова ровно в полдень. Номер мне был неизвестен, но вежливый тон текста и речевые обороты намекали на аристократа.
Мне хватило времени зайти за лакомствами, набрать несколько пакетов, и доехать до гавани.
Тут, на краю сверкающего залива, обустроили длинную прогулочную зону. Высадили деревья, построили лавки и рестораны. Каждый вечер устраивали какие-то гуляния. А встречи заката тут уже стали новой городской традицией.
Где-то позади высились кирпичные строения мануфактур, здесь же раскинулся настоящий зеленый бульвар с видом на море.
Кем бы ни был таинственный незнакомец, место он выбрал прекрасное.
Километровая протяженность набережной обеспечивала достаточное уединение для того, чтобы было сложно подслушать. Да и публика тут была не из высшего света. В основном, место пользовалось популярностью у простого люда, которым до чужих секретов и личностей дела не было.
Гадая, кто же это может быть, я оставил автомобиль на парковке и прошелся до знаковой статуи Петра, смотрящего в залив. Улыбнулся старому другу и огляделся в поисках знакомых лиц.
В этот час гуляющих было немного. Большей частью молодые мамы с колясками и вольно бегающая ребятня.
Я взял себе мороженое и едва не выронил его, когда всё же увидел того, кто меня позвал. Граф Зотов собственной персоной. Мужчина подошел и поклонился:
— Александр Лукич. Я рад, что вы согласились на встречу. Извините, что не назвался, но так было необходимо.
— Алексей Романович, — я тоже поклонился. — Признаюсь, неожиданно.
— Прежде всего я хотел бы принести извинения за своё поведение, — очень серьёзно и торжественно произнес граф. — Оно было совершенно неподобающим. Я благодарен вам за то, что не стали вызывать меня на дуэль, хотя имели на то полное право.
Я кивнул и ответил взаимностью:
— И вы меня извините за мои слова, которые могли показаться резкими и неприлично прямыми. Не желал вас задеть, ваше сиятельство.
Действительно, немного перегнул палку в попытке получить ответы. Благо, два воспитанных человека всегда могут договориться.
— Вы великодушны, — Зотов опять поклонился. — Если вы не возражаете, на этом произошедшее между нами будем считать решенным.
— Согласен, — я протянул ему руку и мы обменялись крепким рукопожатием.
— Пройдемся? — предложил граф, указывая на набережную.
— С удовольствием.
К делу Зотов перешел не сразу. Мы обсудили погоду, нынешнюю моду и грядущий осенний сезон. Немного затронули тему зимних увеселений и наконец-то мужчина, повздыхав, сказал:
— Дело в том, ваше сиятельство, что ваш визит пришелся в очень непростое для меня время. Но при этом как нельзя кстати.
Я весь обратился во внимание.
— Обязан вас предупредить, темы моей дочери это не касается. Я бы предпочел вообще не затрагивать данный вопрос.
Я чуть не показал своё разочарование. А что нам тогда обсуждать?
— Мне нужна ваша помощь, Александр Лукич. Как артефактора.
— И в чём же именно?
— Надеялся, что смогу вам рассказать в иной обстановке. Вы простите мне мою скрытность, это обусловлено важными обстоятельствами. Если вы сможете навестить меня в загородном имении в любое удобное время, то буду вам очень признателен. Тем более на месте будет проще как объяснить, так и показать о чём речь.
Никакого подвоха я не ощущал. Зотов сегодня был полностью уравновешен и, можно сказать, откровенен. На ловушку это точно не походило. К чему такие сложности, как извинение и приглашение.
Не то чтобы я вдруг стал доверять этому странному человеку, но внутри него было лишь беспокойство о какой-то проблеме. Возможно, и его нрав при нашей первой встрече был связан именно с этим. А может это было связано и с дочерью, в конечном итоге.
Неплохая возможность всё же что-то выяснить про их семью.
Пока я раздумывал, граф разволновался и добавил:
— Я был искренен, когда говорил о вашей репутации. Дело запутанное и деликатное. И, полагаю, лишь в ваших силах будет его решить.
Запутанное и деликатное. В этих узких кругах уже, похоже, знают чем меня можно увлечь.
— С радостью заеду к вам в гости, ваше сиятельство, — улыбнулся я.
Что бы там ни было, загородная поездка не сильно затратное событие. Прогуляюсь, выясню новые сведения про Зотовых. А там, гляди, и новый заказ будет. Глядя на облегчение графа после моего согласия, я был практически уверен, что будет.
Но сначала хорошенько отдохнуть и отпраздновать.
Мы договорились о том, что я сообщу время визита на тот номер, с которого он мне написал. То есть в самые ближайшие дни. Зотов сообщил мне, что отбывает в имение и, в принципе, будет готов принять меня там в любое время. На том мы и разошлись.
По пути домой пришло ещё одно сообщение. Мистер Висельник писал, что вовсю работает над моим заказом, но возникли некоторые трудности и нужно время. Я лишь усмехнулся. Вряд ли ему удастся его выполнить.
Праздничный день начался с помпезных открытий сразу двух ресторанов.
Первым был «У озера» Янина. Людвиг обеспечил и освещение в прессе, и приглашения столичных завсегдатаев, и даже парочку самых приятных ресторанных критиков позвал. Из тех, кто вносит заведения в особые списки. Крещенский утверждал, что выбрал именно тех, кому точно понравится.
Богдан Борисович расцвел. Перестал изображать важного господина и избавился от алого камзола. Даже усы подстриг немного, так что они стали выглядеть прилично и очень ему шли.
Там мы провели пару часов, угостились легкими закусками, и отправились в Кронштадт.