Вновь воцарилась тишина, которую, как и в прошлый раз, нарушила моя мама:
– А как насчет Антони?
Я едва удержалась, чтобы не хлопнуть себя по лбу.
– Майра, – сквозь зубы процедил Саймон.
Но Мартиниуш засмеялся, и я облегченно вздохнула.
– Все в порядке, Саймон. Безусловно, я рассмотрю его кандидатуру.
Напряжение спало, и некоторые мужчины воспользовались этим, чтобы расспросить хозяина дома о кораблекрушении. Спустя какое-то время разговор переместился в соседнюю комнату. Поцеловав меня в лоб, мама проследовала за остальными. Я с радостью отправилась в выделенные нам апартаменты, поскольку чувствовала себя очень сытой и ужасно хотела отдохнуть. Минуя окно за окном, я шла по коридору, тускло освещенному лучами заходящего солнца, как вдруг заметила широкоплечую фигуру Антони, спускавшегося по главной лестнице. Мы встретились в холле. В руке он держал стопку папок.
– Как прошел ужин?
– Замечательно. Мартиниуш показался мне… замечательным, – промямлила я, смутившись своего косноязычия.
– Так и есть. Он рассказал вам о «Сибеллен»? И о том, как долго мы ее искали? – Лицо молодого поляка было таким открытым, что я просто не могла не проникнуться к нему симпатией.
– Ага. Какая трагичная история! – я покраснела, констатировав очевидное. – Думаю, как и у всех кораблекрушений. Невероятно, правда? В смысле, то, как вы ее нашли.
– Безусловно. И мы очень рады, что «Синие жилеты» здесь, чтобы поднять нашу красавицу со дна моря, – Антони замолчал и переложил папки из одной руки в другую. Я собиралась отправиться спать, как вдруг он сказал: – Мартиниуш велел мне все вам тут показать, если вы не против. Может, съездим в Гданьск? Или посмотрим наши лучшие пляжи? – он неотрывно смотрел мне прямо в глаза, улыбаясь в предвкушении ответа.
– Да, было бы здорово. Спасибо, Антони.
Меня не слишком обрадовало положение дел – взяли и приставили няньку! Но решив, что компания Антони вполне подходящая, я согласилась встретиться с ним на следующий день после завтрака.
По дороге в апартаменты я предавалась размышлениям. Подумать только: завтра мне предстоит отправиться на прогулку с очень симпатичным поляком, которому двадцать с чем-то там лет. Впрочем, я себе не изменяла: узнать мнение подружек о нем мне было куда интереснее, чем находиться в его обществе.
Глава 9
К моему удивлению, Антони развлекал меня всю неделю, не пропуская ни дня. Маму я почти и не видела. Она то и дело пропадала на собраниях и, перед тем как лечь спать, всякий раз жаловалась на мужчин: дескать, слишком много болтают. Это утомляло ее до крайности. Уж не знаю, что доставало маму больше: скучные расчеты и аналитика или необходимость находиться в одной комнате с коллегами, которые одновременно и восхищались ею, и злились на нее. Наверное, и то и другое.
Несмотря на теплую погоду, все дни моросил дождь, небо было затянуто облаками, поэтому мы с Антони постоянно ездили в Гданьск и пополняли свой культурный багаж. Антони хорошо знал город и, судя по тому, как светилось его лицо, любил старинную архитектуру. В понедельник и вторник мы посетили три разных музея, а в среду он сначала показал мне торговый квартал, а после мы погуляли по каналам. В четверг свои двери перед нами распахнул самый большой в Европе средневековый Мальборкский замок, объект всемирного наследия ЮНЕСКО, возведенный в потрясающем готическом стиле. Как выяснилось, строили твердыню тевтонские рыцари и крестоносцы.
Я была в полном восторге еще и потому, что мы посетили вечернюю экскурсию, на которой Антони побывал уже трижды, но признался, что замок никогда ему не надоест. Повсюду нас окружали произведения искусства и старинное оружие; путешествуя по лестницам и галереям, мы то и дело попадали в заполненные таинственными тенями внутренние дворики… После экскурсии мы отправились на самостоятельную прогулку по территории замка – уж больно нам не хотелось покидать это место.
Антони приостановился, чтобы полюбоваться скульптурой рыцаря. В этот момент на него удачно упал свет, и я не преминула этим воспользоваться: притворившись, что снимаю что-то позади него, увеличила фокус и сфотографировала моего спутника. Снимок я немедленно отправила подругам, сопроводив его подписью: «Гуляю по Мальборкскому замку с личным экскурсоводом».
Как только я отправила сообщение, Антони задумчиво на меня посмотрел. На щеке его появилась ямочка. Наши взгляды встретились. Он не отводил от меня глаз так долго, что это могло бы показаться неприличным, а потом улыбнулся, и напряжение тотчас спало. Я не удержалась и улыбнулась в ответ.
Ужинать мы пошли в ресторан под названием «Кубицкий». Антони помог мне перевести меню. В еде я не придирчива, поэтому попросила его выбрать для меня любое местное блюдо. В итоге официант принес мне искусно украшенную тарелку с начиненными уткой пирогами, а Антони заказал кабана в имбирном соусе и настоял, чтобы я попробовала. Сочетание вкусов показалось мне весьма необычным, равно как и свидание с парнем, который не учился в той же школе, что и я. Нет, это не свидание, напомнила я себе. Впрочем, разница была почти незаметна.
– Я в семье старший – из детей, – поведал мне Антони за ужином. – У меня есть брат Отто и единоутробная сестра Лидия. Я обожаю обоих, но брат мне ближе. Лидия родилась после того, как мама снова вышла замуж. Сейчас сестра в старших классах, и я для нее не слишком-то крут. А у тебя есть братья или сестры?
Я покачала головой:
– Нет, никого. Зато есть три подруги, которые мне почти как сестры.
– А твой папа? Наверное, он классный мужик, раз добился руки твоей мамы, – ухмыльнулся Антони. – Было бы интересно с ним познакомиться.
– К сожалению, это невозможно. Папа скончался, когда мне было восемь.
Бокал Антони застыл на полпути к губам.
– Сочувствую, – он сделал глоток и поставил бокал на стол. – Моего папы тоже нет в живых. Когда он умер, мне исполнилось пять лет. Рак легких. Заядлый курильщик.
– Отстой, – поморщилась я. – Я тебе тоже сочувствую.
Он задумчиво на меня посмотрел.
– Похоже, мы с тобой оба почти всю жизнь росли без отцов.
Я кивнула, и сердце мое кольнуло знакомое чувство. Горе представлялось мне морским чудовищем, которое спряталось на самой глубине и порой хватало меня холодным щупальцем за лодыжку, собираясь утащить вниз. Когда-то давно монстр обвивал меня всю и душил, но спустя годы хватка его ослабла. Правда, время от времени он напоминал мне, что не исчез совсем.
Я вычистила тарелку коркой пирога и бросила ее в рот, и тут подошел официант, чтобы унести грязную посуду и приборы. Я решила закрыть тему наших умерших отцов и спросила моего спутника:
– Как ты устроился к Мартиниушу?
Прежде чем Антони успел ответить, официант подошел снова и задал ему вопрос. Они о чем-то поговорили по-польски, после чего Антони обратился ко мне:
– Ты любишь клубнику? У них она сегодня на десерт.
– Конечно!
Официант кивнул и удалился.
– Я получил степень по деловому администрированию. Во время последнего учебного года мне посчастливилось попасть на четырехмесячную стажировку в «Новак». Должно быть, я хорошо себя проявил, поскольку директор коммерческого отдела по имени Ламберт Пикельк предложил мне устроиться к нему ассистентом на постоянной основе. Вскоре он стал приглашать меня на стратегические сессии, что позволило мне более тесно работать с Мартиниушем.
Официант вернулся и заменил пустую тарелку Антони на миску густого розового супа, поверхность которого украшала симпатичная клякса белой молочно-белой субстанции. Аналогичная посудина появилась и передо мной. Я поблагодарила официанта по-польски, и оба мужчины улыбнулись. Видимо, я все переврала и сказала какую-то чушь.
Антони смотрел, как я с некоторой опаской изучаю десерт.
– Это клубничный суп с муссом из белого шоколада, – пояснил он.
Я зачерпнула суп ложкой, сунула ее в рот и закрыла глаза, ощущая кисло-сладкий вкус, проглотила лакомство и облизала губы.
– Ого. Можно мне сразу бочку?
Антони засмеялся – так весело и заразительно, что мне тоже стало смешно.
Пока мы наслаждались десертом, поляк продолжал свой рассказ:
– Как-то раз Мартиниуш спросил, как я смотрю на то, чтобы попробовать себя в роли его личного ассистента, и я тотчас ухватился за эту возможность. Я составляю его персональный график и сопровождаю на деловых встречах. А должность эта мне интересна прежде всего потому, что я хочу всему у него научиться. Мартиниуш – блестящий бизнесмен.
– Так к чему ты в итоге стремишься? – спросила я Антони, когда мы доели десерт.
– Конечно, я бы слукавил, если бы не сказал, что надеюсь однажды дорасти до коммерческого директора. У «Новака» прекрасная репутация и низкая текучка кадров. Они продвигают по карьерной лестнице собственных сотрудников, а не ищут их на стороне. Но я молод, а в штате немало умных людей, которые работают в компании долгое время. Мне потребуется доказать, что я чего-то стою, чтобы они восприняли меня всерьез.
– Похоже, ты полон энтузиазма. – Я слизала остатки десерта с ложки и, посмотрев на пустую миску, нахмурилась. – А вот я по-прежнему не знаю, чем хочу заниматься в жизни.
– Не торопись, – улыбнулся он. – Всему свое время.
– Кстати, почему это ты разгуливаешь с подростком, вместо того чтобы строить карьеру? Наверное, ты меня немного презираешь, – конечно, я пошутила, но поняла, что нечаянно задела Антони за живое, увидев, что он застыл с полуоткрытым ртом.
– Ты слишком проницательна для своего возраста, – сказал он наконец.
– То есть я не ошиблась? – Щеки мои горели от смущения. Мне совсем не хотелось проводить время с человеком, считавшим меня обузой.
– Отвечу так. Во-первых, когда Мартиниуш просит меня об услуге, мне совсем нетрудно отложить свои личные дела. Работать на него – одно удовольствие. А во-вторых, даже если я когда-либо сомневался, что мне понравится с тобой общаться, сейчас я с радостью признаю, что был неправ. Мое место здесь, рядом с тобой.