– Ну как ты можешь доказать? – вспылила Лайма. – Вечно у тебя какие-то безумные идеи!
– У меня умные идеи, – возразил Корнеев и, взяв ее руками за плечи, развернул в сторону лестницы. – Посмотри внимательно вниз.
Лайма посмотрела, сощурилась, потерла глаза кулаками, снова посмотрела и охнула. Внизу стоял Геннадий Шаталов и, задрав подбородок, смотрел прямо на нее. Подбородок у него был упрямым, глаза жесткими и внимательными, а губы твердыми на вид, но на самом деле такими нежными…
Лайма внезапно всхлипнула и, посмотрев по очереди на своих друзей, прошептала:
– Это он!
– Конечно, это он, – ворчливо сказал Корнеев. – Не понимаю, почему ты стоишь тут, а не летишь к нему сломя голову?
Лайма раскинула руки и помчалась по ступенькам, чувствуя, как сердце колотится о ребра – от восторга и безумной надежды на счастье. Шаталов ждал ее внизу, сгорая от нетерпения.
– Я опять ничего не понял, – сказал Медведь и даже головой потряс. – Как этот парень здесь очутился? Этого просто не может быть. Волшебство какое-то.
– Когда рядом с тобой женщина с разбитым сердцем, поневоле хочется ненадолго стать волшебником, – усмехнулся Корнеев. – В конце концов, что такое чудо? Порой всего лишь один телефонный звонок.