Полонофилы 1992–2010 гг., подобно Вяземскому, Герцену, Бакунину и всяким там Устряловым, очень плохо разбираются в истории, а сами по себе поляки им безразличны. Полонофилия — не цель, а лишь средство достижения собственных целей. Так, например, и политику, и университетскому профессору выгодно разглагольствовать о Катыни, Варшавском восстании, пакте Молотова — Риббентропа и т. д. для дискредитации своих левых оппонентов и конкурентов в борьбе за власть и гранты в своем университете.
Бизнесмены и журналисты, демонстративно славящие поляков, надеются на выгодные коммерческие сделки и приглашения в Польшу.
Создается впечатление, что рафинированные интеллигенты и журналисты не читают газет Германии, Англии, Франции, Италии и других государств и не видят «вровень противства» Польши в объединенной Европе. Там давно смеются над польскими претензиями.
Ну а надежды Кремля на установление дружественных отношений с Польшей, мягко говоря, беспочвенны. Любая уступка Варшаве лишь увеличивает аппетит как политиков, так и обывателей. Заглянув в Интернет, любой желающий может составить большой список уступок, сделанных Кремлем Варшаве с 1991 г. Ну а что поляки дали нам взамен? Братские объятия и заявления, мол, не все русские плохие… А что еще?
Российские премьеры и президенты становятся на колени в Катыни. В буквальном смысле! Ну а поляки устраивают «Съезды чеченского народа», то есть кавказских бандитов. А что, поляки всегда так вели себя со слабыми. То ли еще будет!
А что делать? Ну, во-первых, политикам и СМИ пора прекратить поливать грязью историю своей страны, как советского, так и царского периода. Пусть об опричнине и Гулаге издаются солидные монографии. Пусть будут открыты все архивы ОГПУ — НКВД (я сам в десятках статей требовал этого от властей). Но в выступлениях государственных деятелей потоки грязи на своих далеких предшественников как минимум неуместны.
Как я уже писал, в торговом и культурном обмене РФ заинтересована в куда меньшей степени, нежели Республика Польша. Посему пора предложить очистить торговые и культурные отношения от дешевой русофобии, даже при том, если ее маскируют под видом критика царизма или большевизма. Не хотите, так нам ничего вашего и не надо, и вам же, панове, будет плохо.
Давно пора каждого заезжего поляка, начиная с Анджея Вайды и кончая президентом, спросить: «Чьи Кресы?» Причем даже не спорить, а только спросить и смотреть, как лях корчится, будто уж на сковородке. Признать Кресы исконно польскими землями, в чем уверено подавляющее большинство поляков, никак нельзя. Прямые или даже косвенные территориальные претензии на Кресы вызовут бурю возмущения в Литве, Беларуси и на Украине, и даже гневные окрики из Брюсселя и Вашингтона.
Сказать «нет» также нельзя. Признать, что Червонная, Белая и Малая Русь еще в IX веке объединилась в Древнерусское государство, когда польского государства еще не существовало? Признать, что православие в эти земли пришло раньше, чем католицизм в Польшу[265]?
Но тогда как карточный домик рассыплются все польские претензии и обиды, накопленные за пять последних столетий. Ведь ни Алексей Тишайший, ни Екатерина Великая, ни Сталин не взяли ни одной пяди земли, где коренным населением были поляки, или, как говорят историки, земель Пястов. Они вернули лишь исконно русские территории.
Таких примеров в истории Европы предостаточно. И никому не приходит в голову называть испанских монархов агрессорами за то, что они в ходе пятивековой реконкисты отвоевали Пиренейский полуостров у мавров, или французских королей, которые во время 100-летней войны вернули себе земли, захваченные англичанами. Хотя и испанцы, и французы совершили множество жестокостей, в том числе по отношению к пленным и мирному населению.
И какие могут быть претензии к России за деяния Алексея Михайловича, Екатерины II и Сталина? Ах, они не с теми дружили, когда выгоняли поляков из Кресов! Так если на Руси вор стащил кошелек, то никто и никогда не спрашивал паспортов у людей, отзывавшихся на клич «держи вора!». Великая царица и великий вождь вернули России свое! А что они не просили у Фридриха Фридриховича и Адольфа Алоизовича характеристик из парткома о благопристойном поведении, так уж не обессудьте, панове.
Рискну показаться наивным, но считаю, что точку в «давнем споре славян» могут поставить и должны сделать это наши независимые историки и журналисты. Надо писать правду, правду и только правду. Тыкать ляхам документы XI, XII… XIX и XX веков. Никогда не давать полякам переводить конкретный спор в слюни и эмоции. Не в силе Бог, а в правде!
Постскриптум
Книга была уже написана, когда автор получил информацию о новых финансовых претензиях Польши к РФ.
14 октября 2010 г. польская газета «Rzeczpospolita» обнародовала некоторые аспекты письма, или, как его именуют польские СМИ, «меморандума», который правительство Польши месяц назад направило в Европейский суд по правам человека в Страсбурге. В польском меморандуме говорится о нарушениях Россией Европейской конвенции по правам человека в отношении семей польских офицеров, расстрелянных в Катыни.
По словам историка Владислава Шведа, «в ноябре 2009 г. Европейский суд принял к рассмотрению иски к России тринадцати родственников „катынских жертв“. Рассмотрению этих исков был придан приоритетный статус. 19 марта 2010 г. Россия направила в Страсбург ответы на обвинения, содержавшиеся в исках польских граждан. Правительство Польши, принявшее решение выступить в Европейском суде на стороне своих граждан в качестве третьего лица, ознакомившись с этими ответами, подготовило и направило в сентябре 2010 г. в Страсбург вышеупомянутый меморандум на 33-х страницах…
Крайнее неудовольствие поляков вызвало то, что в российском ответе в Европейский суд для определения расстрела польских военнопленных было использовано определение „катынские события“, а не „преступление“.
Далее в меморандуме отмечается, что Россия не провела эффективного следствия по расследованию всех обстоятельств катынского преступления. Серьезным упущением поляки считают тот факт, что в период судебного разбирательства родственники погибших польских офицеров не были признаны российскими правоохранительными органами потерпевшими. Несмотря на неоднократные обращения родственников погибших офицеров в соответствующие российские инстанции, польские граждане, расстрелянные в Катыни, не были реабилитированы.
Польская сторона обвинила Россию в том, что она искусственно затруднила доступ родственникам погибших к материалам следствия по Катынскому делу. Поляки сочли необоснованным засекречивание, а точнее сокрытие, большинства материалов Катынского дела, а также постановления о его прекращении. Они также считают недопустимым тот факт, что Россия отказывается процессуально установить и обнародовать персональный состав виновных в катынском преступлении…
В меморандуме польская сторона напомнила о том, что в январе 2002 г. во время визита в Польшу тогдашний президент РФ Владимир Путин осудил катынское преступление и заявил о том, что: „В российском законодательстве изыскивается правовая возможность для компенсаций польским жертвам сталинских репрессий“. Однако, как отмечается в меморандуме, в этом направлении Россия ничего не сделала.
Информацию по данному вопросу дополнил пресс-секретарь МИД Польши Марцин Босацки. Он заявил, что Польша считает „обязательной реабилитацию всех жертв преступления, рассекречивание всех документов следствия по данному вопросу и обращает внимание на вопрос о компенсации семьям убитых“. Это крайне важное заявление чиновника МИДа, которое не могло быть сделано без согласования „наверху“. Польское руководство вновь подтвердило намерение поддержать требования родственников „катынских жертв“ о материальных компенсациях.
Напомним, что впервые такое требование прозвучало из уст министра иностранных дел тогда еще Польской Народной Республики Кшиштофа Скубишевского во время визита последнего в Москву в октябре 1989 г. Второй раз об этом обмолвился в июне 2008 г. премьер-министр Польши Дональд Туск. После встречи в Варшаве с членами группы по сложным вопросам польско-российских отношений он заявил, что работа группы позволяет надеяться на то, что „в течение нескольких месяцев мы будем иметь возможность представить первые сообщения о конкретных решениях по наиболее трудным историческим вопросам, таким, как Катынь — и с юридической, и с финансовой точек зрения“.
Так что ни о каком „красивом“ закрытии этой печальной страницы в польско-российских отношениях речь идти не может. Дело теперь за Европейским судом. Судьи в Страсбурге могут на основании полученных из Польши и России документов либо начать разбирательство, либо вынести решение без него.
Причем Европейский суд может принять решение, исходя не только из недочетов, изложенных в польском меморандуме и исках польских граждан, но и по чисто формальным основаниям. Дело в том, что факт негуманного отношения российских властей к родственникам катынских жертв, вытекающий из того, что их держали в неведении о судьбе близких, налицо и не требует особого разбирательства. Недопущение такого отношения — одно из важнейших положений, которое защищает Европейский суд по правам человека. Поэтому суду в Страсбурге для вынесения вердикта вполне достаточно факта нарушения прав родственников.
В случае удовлетворения Европейским судом исков тринадцати польских родственников катынских жертв остальные двадцать тысяч потомков катынских жертв получат право потребовать от России, как правопреемницы СССР, материальной компенсации. Она может составить несколько десятков миллиардов евро»[266].
Как было сказано раньше, компенсации от РФ требуют и многие десятки тысяч членов Союза поляков-сибиряков, которые-де принудительно работали в Сибири. Поднят вопрос о компенсации «жертвам Варшавского восстания» за неоказание должной помощи Красно