— Но ирландцы сами не знают — где деньги!
— Не совсем так. Они, скорее всего, у них же. Мы думаем, что убийцы вашего отца забрали их. И теперь скрывают это от своего главаря, Томпсона. В любом случае, курьер был свидетелем, как они зашли внутрь лавки вашего отца. Они, к сожалению, успели первыми. После их ухода он проник в дом, когда пожар уже начинался. И ничего не нашёл в тайнике.
— И не спас моего отца?
— Он был уже мёртв к тому времени. Его пытали и застрелили.
— Почему вы сами не заберёте деньги?
— Зачем? — улыбнулся Фрол, — Для этого придётся подвергать риску обнаружения наших людей. Вдруг что-то пойдёт не так. И заставить ирландцев искать нас. Вы же не думаете, что воров оставили бы в живых? Воры должны быть наказаны. А деньги — возвращены нам. Мы рассматривали открытое нападение на Томпсона как крайний вариант. А тут подвернулись вы. Вам нужна информация, и срочно. Нам нужны наши деньги. Банда Томпсона стала проблемой. Здесь они нам мешают. А с Горским ещё придётся разбираться. Мы уверены, что пока было неизвестно — у кого деньги, он думал, что их взяли ирландцы и не стали соблюдать договор. В свою очередь те могли тоже подозревать Горского. Так что я думаю, вы с ним столкнётесь. Он же тоже сложит два и два по поводу вашего внезапного обогащения. Я уверен в этом на все сто процентов. Видите, это наш жест доброй воли — вы предупреждены. Нам выгоднее работать с вами, чем с ним.
— А что мешает мне прямо сейчас сдать вас в полицию? Вас посадят в тюрьму. Или вышлют. Но скорее всего, первое.
— Ну, вы же не сможете сначала пытать меня, чтобы узнать о месте, где сегодня будет Томпсон? А потом сдать детективам. У полиции возникнут вопросы к вам, — тихонько и едко засмеялся Фрол, — Тем более, я просто курьер. Организация будет жить и без меня… Ну и вдобавок информация о вашем бизнесе и деятельности тут же попадёт в полицию. Уж мы постараемся. А дальше… Акт Волстеда заработает, Сухой закон начнётся. И все, что вы сделали — развалится. Поверьте, если вы начнёте прятать и переносить свой бизнес — наша организация узнает об этом. Мы приглядываем за вами уже несколько недель. Даже если вы решите пожертвовать ради бизнеса своей девушкой — Алевтиной, то вам всё равно выбирать: или работать с нами и покончить с ирландцами Томпсона быстро, или затяжная уличная война…
— Гэрри Томпсон как-то связан с Чикаго? — допытывался я у большевика-шпиона.
— Вы думаете в правильном направлении, Алексей, — усмехнулся Фрол, — Скажу так. Долгие разборки точно спровоцируют приезд сюда людей из Чикаго. И тогда вам будет уже оч-чень тяжело…
Я нахмурился. Действительно. Сдам его просто так — не узнаю, где ирландцы, и не узнаю где Аля. Выбью из него информацию — у полиции натурально возникнут вопросы. А бизнес и все чего добились — придётся сворачивать, иначе меня арестуют в январе за бутлегерство в особо крупных размерах.
— Не волнуйтесь, — мягко произнёс Фрол, — Мы не будем злоупотреблять вашими возможностями и временем. И в следующий раз обратимся нескоро. Если вообще обратимся… Мы осторожны. Меня вы вряд ли ещё увидите. Если вы будете нужны, то с вами свяжется уже другой человек. И сотрудничество с нами, как видите, может быть выгодным…
Сказал он это мягко, а смотрел, как будто удавку затягивал. Ну-ну…
Я думал с минуту. Фрол молча стоял рядом, засунув руки в карманы пальто и осматривая двор.
— Кто убил моего отца? — наконец, ответил я.
— Вы согласны с нами работать?
— Если бы не был согласен, не задавал бы сейчас этого вопроса.
— Что ж. Приму ответ за «да». Убийцами были Пит МакКарри и ещё один его подручный.
— Дэнни «Пёс»?
— Нет. Курьер не видел его тогда среди убийц.
Интересно кино получается. Долговязый Пит, похоже, решил кинуть и своего двоюродного брата Гэрри Томпсона, и вечно таскающегося за ним кузена-отморозка. Смело.
— Найдёте их, найдёте и деньги, — пояснил Фрол.
— А Алевтина? — спросил я.
— Этого мы не знаем. Вам придётся «спросить» у ирландцев об этом самостоятельно.
— Вы знаете, где обычно бывают другие члены банды?
— Не все, но ещё на пару человек можем навести. Большинство сегодня будет в одном месте.
— Где?
— У Томпсона есть странность. Он ярый поклонник покера. И каждую неделю в этот день он играет в одном из притонов, который их банда использует, чтобы «отдохнуть». Пит играет там же с ним. Оба не пропустили ни одной игры в году.
— Вы уверены?
— Абсолютно. Наш человек видел их сегодня вечером рядом с этим местом. Я продиктую адрес.
— А как я отдам вам эти тридцать тысяч?
— Если всё у вас получится, с вами свяжется другой курьер и заберёт деньги.
Я внимательно посмотрел на Фрола. А затем спросил:
— Что вы чувствуете, когда приходится вот так постоянно скрываться и иногда работать с преступниками?
Фрол посмотрел куда-то в одну точку, словно вгляделся в только ему видимую даль, и с расстановкой глухо произнёс:
— Цель и идея оправдывают средства, Алексей Иванович.
Я задумался. Что ж… Покер так покер. Пора сыграть по своим правилам.
Глава 26Покер на крови
— Это здесь?
Я осмотрел запущенное строение на углу двух улиц в Бронксе. Одна из них кончалась тупичком. В это время, да в такую погоду, когда добрый хозяин собаку из дома не выпустит — на улице не было почти никого.
— Адрес этот! — кивнул Гарри.
Я присмотрелся к фигуре, маячившей под козырьком на входе закрытого бара. Точно тут. Всё, как описал Фрол. Охранник на улице на месте. Дальше должен быть проезд внутрь двора. Там оставляют машины. Скорее всего, там ещё пара-тройка ребят. И вот это самая большая проблема. Но на этот случай у меня был Синицын с его подопечными. Он обещал сделать всё так, как надо. Будем надеяться, капитану удастся провернуть задуманное. Из наших с ним разговоров я понял, что офицер ходил и в штыковые атаки, и занимался подрывом коммуникаций. Ему и двоим «пассажирам» того парохода было не впервой сталкиваться с диверсионной работой.
Ещё раз мысленно похвалив себя за то, что «разглядел» капитана и заманил на работу, я легонько стукнул ладонью по плечу Гарри:
— Трогай.
Форд неторопливо поехал дальше, разбрызгивая колёсами воду из луж. Дождь обрушился на Нью-Йорк внезапно и лил больше часа, как будто бы хотел смыть город в Атлантику. Машина уже почти подкатила к охраннику, когда я сказал:
— Этого типа не было в тот день у Томпсона…
— Понял!
Как только машина, скрипнув, остановилась, я распахнул дверь и буквально вывалился наружу, спотыкаясь и заплетаясь в ногах.
— Э-эй, мелкий! Ты слышишь, бой! Поди-ка сюда! — пьяным голосом заблажил я.
— Мужик, ты чё? Какой я тебе бой? — произнёс охранник с ирландским акцентом и засунул руку за пазуху. Похоже, у него там ствол. Я так и думал.
— Прости, мужик! Я не разглядел! Ик! Я слышал, что тут наливают! Я хочу выпить! — с пьяной счастливой улыбкой чуть ли не растянулся я на тротуаре, запнувшись о яму.
— Сэр! Нам надо ехать! — подыграл мне Гарри.
— Вот именно! Вали отсюда! Мы уже закрылись! — злобно ощерился мужик, но видно было, что руку он расслабил, успокоившись и приняв меня за вечернего гуляку, который просаживает деньги.
— Не-ет! Я хочу выпить! Прямо сейчас! — обиженно забрюзжал я и шагнул к охраннику. Споткнулся и буквально повис на нём.
— Отвали! — оттолкнул меня ирландец, добавив пару непечатных слов.
Но не тут-то было. Я мёртвой хваткой уцепился за него, и прежде чем он успел что-то сказать, вонзил длинный нож в сердце, перехватив его руку. Ещё один удар ниже. Ирландец широко раскрыл рот, но оттуда вырвалось только сипение. Глаза удивлённо посмотрели на меня, и он начал сползать вниз.
Я толкнул дверь внутрь здания. Следом за мною скользнул Гарри, затаскивая убитого охранника. Грузный бармен возился спиной к нам за стойкой, вытягивая затёртую кегу из-под полки.
— Что там, Бенни? Раз зашёл, помоги мне с этой…
— Рот закрыл! Руки поднял!
Ствол Кольта уткнулся в затылок бармена. Тот даже присел на мгновение и заговорил осипшим голосом:
— Вы чё, охренели совсем?
— Привет от Горского… — добавил я.
Глухой удар и бармен повалился спать. Чем это его Гарри так? Ну да, получить от ветерана войны прикладом — так себе удовольствие. Но действует безотказно.
Мы быстро проверили помещение и обыскали оглушённого мужика. Затем скрутили по рукам и ногам, заткнули рот и завязали глаза. На всякий случай я прихватил и его связку ключей. Делать это всё в перчатках было неудобно, но предосторожности — превыше всего.
Гарри выглянул на улицу и дал условный знак в темноту. Вскоре мимо бара проехал чёрный Форд, быстро свернувший во двор. Надеюсь, Синицын знает, что делает. Лишний шум сейчас не нужен.
Прямо в конце коридора, который начинался сбоку от бара, вниз уходила лестница, а далее нас ждала закрытая дверь. То, что мы спустились вниз нам было на руку. Звуки выстрелов за глухими стенами, да ещё и под землёй почти не будут слышны. А на улице шумит гроза и ливень.
Пошарив в связке, мы нашли нужный ключ и очутились в тёмной комнате, заставленной ящиками. Она была проходной, впереди нас ждала ещё одна дверь. Я припал на колено и посмотрел в замочную скважину, благо тут она была старая и широкая под сувальдный ключ.
Тёмное помещение с лампочкой в абажуре, свисающей с потолка. Какие-то старые полки, заставленные алкоголем. Рядом бар со снедью. Около него притулился один из ирландских торпед. Видимо, выполняет роль официанта на встрече. А вот посреди комнатки стоял массивный стол, обтянутый дорогим сукном. Его вид выбивался из всей картины. За ним сидел Гэрри Томпсон, Пит МакКарри, какой-то тип, и ещё двое игроков к нам спиной. Одного из них я почти не видел — не хватало обзора скважины.
— Ну что, Крэгс, останешься сегодня снова с пустыми карманами? — самодовольно усмехнулся Томпсон.
— Ты мухлюешь, Гэрри! — лениво ответил ему сидящий спиной мужик. На его затылке было аж три больших складки, подпираемые воротничком рубашки. Впрочем, по его голосу было слышно, что он говорит это лишь для того, чтобы поддержать беседу.