я и смерть Рублевского, и «Красная Звезда» и Витькины «Ветки персика»!
* * *
Весь день Мэг готовилась, гладила изысканное красное платье, накручивала бигуди…
К четырем часам она была готова, но до начала празднования оставалась еще уйма времени. Мэг слонялась по квартире, не зная, чем себя занять. Читать ничего не хотелось, от телика с души воротило, Витька… ох, нет! От одной мысли о муже Мэг становилось дурно.
В сотый раз она прокручивала у себя в голове, как они встретятся с Волковым, что он скажет, и что она ответит ему. Безусловно, ей не стоит сразу бросаться ему на шею: эдак он может что-нибудь и заподозрить. Но тем не менее, она изобразит, что ей просто весело и хочется мило поболтать с кем-нибудь привлекательным и неглупым… О, она найдет способ, как заманить его в ловушку! Она будет элегантна, изящна, остроумна…
Мэг просто чувствовала, что сегодня должно случиться что-то чрезвычайно важное. Решимость раз и навсегда покончить с Волковым невероятно возбуждала ее. Ведь столько месяцев прошло в бесплодных попытках заарканить его! И только сейчас ей представлялась возможность сделать что-то реальное, что-то такое, что позволит вышибить его из седла!
Отглаженное платье висело на плечиках, лак на ногтях высох, волосы уложены…
Мэг выглянула на улицу. Уже смеркалось. Пойти прогуляться или не стоит? Черт, и позвонить даже некому!
Внезапно она осознала, что ей до смерти охота поболтать с кем-нибудь, просто перекинуться словечком… Как же давно в ее жизни не было обыкновенных девчоночьих посиделок и безобидных сплетней! Мэг вспомнила, как обрадовалась ей Наташа, тогда, на Витькином показе в «Юпитере». Она явно была рада встретиться с ней, а Мэг убежала, так ничего толком не объяснив. И с чего она взяла, что Наташа обязательно должна жалеть ее и выспрашивать о разводе с мужем?
Разыскав в записной книжке рабочий телефон подруги, Мэг набрала номер. Наташа оказалась на месте.
— Ой, как хорошо, что ты позвонила! — возликовала она, услышав ее голос. — Ты что сейчас делаешь? Ничего? Я работаю до девяти, приезжай, а? У меня в отделе все равно сегодня читателей не будет, так что поболтаем…
От такого напора Мэг аж растерялась.
— Да у меня тут одно мероприятие намечено на семь часов…
Но Наташа ничего не хотела слушать.
— Приезжай! А то ты опять куда-нибудь денешься, и фиг тебя потом достанешь!
Мэг невольно улыбнулась. Ох, как же это приятно, когда на свете есть кто-то, кому ты нужна!
— Хорошо, — произнесла она смущенно. — Только я на минуточку, мне еще надо будет домой вернуться, чтобы переодеться…
— Давай. Жду тебя.
* * *
Последний раз Мэг была в областной библиотеке, когда еще училась в университете, поэтому крайне поразилась произошедшим в ней переменам: из совершенно обшарпанного унылого заведения она превратилась прямо-таки в храм науки — мраморные лестницы, красные дорожки, компьютеры с поисковыми системами…
С трудом отворив тяжелую дверь с большими бронзовыми ручками, Мэг вошла в полумрак отдела редких и ценных изданий. Высокие потолки, стеллажи с книгами, темная хрустальная люстра, какие бывают в театрах и старинных домах.
Читателей действительно не было, Наташа сидела одна за своей конторкой с зеленой настольной лампой.
— Привет! — произнесла Мэг.
— О, здорово! Я и не слышала, как ты подошла: ковров настелили, теперь все ходят как привидения. — Широкоскулое личико Наташи светилось радостью. — Видала, как у нас все отреставрировали?
Мэг уважительно обвела взглядом читальный зал.
— Классно. Это что, мэрия наконец-то раскошелилась?
— Ну конечно! — засмеялась Наташа. — Дождешься от них. Это у нас спонсор объявился — компания «Промхолдинг». Ты слышала о ней?
Переменившись в лице, Мэг медленно кивнула.
— Да… Кое-что…
— Президент «Промхолдинга», Волков Максим Евгеньевич, одно время был нашим постоянным читателем, и вот полгода назад он взял и выделил нам деньги на ремонт.
— Волков ходил в библиотеку?! — пораженно прошептала Мэг. — И что же он читал?
— Все время одну и ту же книгу. Причем из нашего отдела.
Мэг нахмурилась.
— Какую?
— Она называется «Vade mecum». Вообще-то, до нас дошли крайне скудные сведения о ней: не указан ни автор, ни даже год издания. Я предполагаю, что в любом случае она была отпечатана не позже конца XV века. — Наташа увлеченно рассказывала, крайне довольная тем, что подруга слушала ее, затаив дыхание. — Когда-то она принадлежала одному из монастырей на юге Франции, но во времена Великой Революции кто-то из эмигрантов вывез ее в Россию, а потом она хранилась в фамильной библиотеке князей Голицыных…
— А что значит «Vade mecum»? Это на что-либо указывает?
— Если буквально переводить с латыни, то это что-то вроде «Иди со мной». Так раньше называли путеводители, книги, рассказывающие человеку о какой-либо незнакомой местности или городе.
— Но почему именно эта книга?!
— Понятия не имею! Честно говоря, все на ней точно помешались. Представляешь, бывший директор нашей библиотеки Петр Андреевич Ильин действительно чокнулся из-за нее. А он, между прочим, доктор исторических наук, преподаватель университета и один из крупнейших специалистов по части средневековой западноевропейской литературы…
— А можно посмотреть эту книгу? — спросила Мэг.
Но Наташа покачала головой.
— Нет, к сожалению. Несколько месяцев назад ее увезли на реставрацию в Питер. Во всяком случае, так говорят.
— А что, есть основания не верить?
— Ну, я, конечно, не совсем в курсе… Просто наши девчонки утверждают, что все это… — Наташа пространно показала на новенькие столы и книжные полки, — было своего рода выкупом за «Vade mecum». Я не знаю почему, но Ильин считал, что эта книга — главное сокровище нашей библиотеки, и он трясся над ней, как ни над одним другим изданием. Вот наверное из-за этого он и загремел в психушку… Когда на место Ильина пришел нынешний директор, «Vade mecum» увезли реставрировать, а вместо него появились деньги на ремонт и компьютеры.
— Если это так, то дорого же Волков заплатил за книжечку… задумчиво протянула Мэг. — Но зачем она ему? Просто для коллекции?
— Понятия не имею. Честно говоря, мне странно, что вокруг нее разгорелся весь этот сыр-бор. Листала я эту книгу — бред какой-то. Знаешь, что-то вроде предсказаний о приходе в мир дьявола…
В этот момент на Наташином столе задребезжал телефон. Не договорив, она подняла трубку.
— Слушаю! Да. Сейчас спущусь. — Она перевел взгляд на Мэг. — Посиди здесь немного, меня завотделом вызывает. Я мигом.
— Хорошо, — тихо произнесла Мэг.
Оставшись одна в этом полутемном, наполненным старинными книгами зале, она опустилась на стоявший поблизости стул.
Только что ее глазам открылся совершенно новый пласт жизни Волкова, о котором она не имела ни малейшего представления. То, что он может интересоваться чем-то еще, кроме политики и коммерции, просто не укладывалось в голове. Книга предсказаний о дьяволе… Зачем она ему? Если то, что сообщила Наташа, верно, и Волков действительно отдал такие огромные деньги за какой-то пыльный фолиант, то, скорее всего, он стоил того. Насколько Мэг знала, Максим Евгеньевич никогда ничего не делал просто так…
Наташа почему-то задерживалась. Мэг было как-то неуютно в этом зале с высокими потолками. Полумрак и тишина действовали на нее угнетающе. И ей почему-то стало казаться, что она совершенно одна во всем здании библиотеки.
Внезапно свет в зеленой лампе резко дернулся и погас. И тут же Мэг почувствовала, как у нее по ногам прошелся ледяной сквозняк. Осознание какой-то неведомой и неотвратимой опасности прокралось в душу, наполняя ее тяжелым детским страхом.
— Вот черт! Электричество у них отключили, что ли! — прошептала она вслух, и тут же сама удивилась, как испуганно и неуверенно прозвучал ее голос.
Посидев какое-то время во мраке и ничего не дождавшись, Мэг решила, что надо найти кого-либо из сотрудников, и начала ощупью пробираться к выходу.
— Не зовите нечистого по имени, он может и услышать, — произнес кто-то из темноты.
Мэг вздрогнула всем телом, обернулась, и в ту же секунду настольная лампа на библиотекарской конторке вновь вспыхнула зеленым светом. Максим Евгеньевич Волков сидел на ее месте и по обыкновению усмехался. Только на этот раз его улыбка была какой-то злой и отчужденной.
— Вечер добрый, прекрасная Маргарита! Как поживаете?
Мэг не сразу пришла в себя от изумления. Ведь он не может сейчас быть здесь! Она точно знала, что его самолет должен приземлиться в 18:45! А сейчас нет и пяти вечера!
— Стало быть, интересуетесь средневековыми предсказаниями? — осведомился Волков и вдруг поднялся и быстрым шагом приблизился к ней.
— Странные пристрастия для секретаря-референта, вы не находите?
Мэг смотрела на него во все глаза и не могла сдвинуться с места. Откуда ему может быть известно об их разговоре с Наташей? Как он вообще тут очутился?!
Он схватил ее за плечи и теперь его зрачки были так близко, что Мэг захотелось отодвинуться, отшатнуться… Но она не могла.
— Значит, вам захотелось узнать, что именно записано в «Vade mecum», звучал в ее голове низкий гипнотизирующий голос. — Вы когда-нибудь держали в руках Библию? Нет? А зря. В ней имеются прелюбопытные места. Например, о судном дне, о приходе в мир некоего зверя… Так вот, книга, о которой вы расспрашивали свою знакомую, — не что иное, как откровения неизвестного средневекового пророка, ныне к счастью забытого… В ней он растолковывает, как понимать библейские предсказания об Апокалипсисе.
Внезапно Мэг почувствовала, что его рука скользнула по ее бедру вверх, под юбку.
— Но только такими книгами не надо интересоваться из праздного любопытства. Если вам так хотелось узнать, что я читаю, вы должны были просто спросить и не навлекать на себя гнева высших сил… Проклятия не смываются ничем, кроме крови…
Мир раскачивался перед глазами Мэг, она ощущала на своей коже прикосновения чуть прохладных ладоней — чужих, вражеских! — но вопреки всему сердце ее билось в каком-то нереальном безумном экстазе.