- А те двадцать, которые проголосуют против, потом займут места тех, которые уже болтаются на виселице? ' - Не надо массовых репрессий. Нам нужно население. Речь идет о психологическом шоке, только об этом. Я же не говорю, что я вошел в Кремль - и начались расстрелы. Я предлагаю новые условия. Не выполняете, с вами будут разговаривать в другом месте. И вы выполните. Тем более, ктому времени весь мир будет под контролем. Почему мне выгоден контроль всемирный? Они никуда бежать не будут, ни в Лондон, ни на Кипр, никуда.
- А стоит ради такого будущего доживать до 2016 года?
- Да прекрасная жизнь, понимаете? Полная свобода. Что хотите, то и делайте, но - в условиях безопасности. И футбол выиграем. У меня выиграют и чемпионат мира, и Европы. Только русский спорт везде, только медали будут давать русским спортсменам. И народ будет счастлив.
- А футбол мы как выиграем?
- Очень просто. В каждом дворе будут играть.
- Понял. А если команда проиграет, то старшего тренера на виселицу?
- Они не возвращаются в страну. Лишаются российского гражданства. Жены в сумасшедший дом, дети - в детский дом. Вот пускай он думает там, что он никогда не вернется в Россию, жена погибает в дурдоме, а детей насилуют в интернате.
- Ну настоящая демократия.
- Нужен авторитет власти. Мы переименуем должность. Это дурацкое, чужое, американское слово "президент". Верховный правитель России! Нужен авторитет, нужен учтель, нужен Всевышний. Вот в Кремле он сидит, наш с вами общий Всевышний. Конституция - это он, Уголовный кодекс - это он. Не надо его культа личности, портреты там везде - это я буду запрещать, нигде не будет ни одного моего портрета. Будет обращение к нации раз в год, поздравление с Новым годом.
Напрямую, глаза в глаза со своим народом. Ну, выступления в парламенте, встречи с какими-то президентами. Это глава государства, его будут слышать, видеть, но не должно быть его культа. Не должно быть упоминания фамилии, портретов и подобострастия, еще не должно быть клеветы. Не должно быть такого, знаете, очернения: мол, авторитарный режим. Слушайте, а как мы наведем порядок? Вы наведите порядок без авторитарного режима. Полицейское государство? Давайте без полиции. Убираем полицию, жандармерию, ГАИ, армию. Никого нет, только вы, ваши дорогие бизнесмены и ваша дорогая интеллигенция. Вы изуродуете страну, она вся погибнет.
Америка сегодня полицейское государство, и спасибо, что это полицейское государство, иначе террористы были бы уже ближе к Москве. Америка их там сдерживает.
Евгений ПРИМАКОВ:
"Не думаю, что олигархи могут купить коммунистическую партию" ‹6июня 2004 г.› - Евгений Максимович, вы только что вернулись с Кавказа и из Закавказья. Что там происходит? Уж очень много разговоров: и Азербайджан грозит Армении, и в Грузии какие-то непонятные колонны маршируют.
- Как маршируют колонны, я не видел. В Ереване спокойно. Ничто не напоминает напряженности, которая была еще несколько лет тому назад. Это очень хорошо.
Я не думаю, что сейчас можно говорить о каком-либо столкновении между Азербайджаном и Арменией.
- Почему? Россия не позволит?
- Это не решение вопроса, это все понимают. Ну что! Россия? Если даже Россия будет абсолютно нейтральна,! гипотетически я говорю, потому что она нейтральна не мо-1 жет быть, то все равно Россия не сможет оградить Северный Кавказ от вмешательств. Вот над этим нужно серьезно думать.
- От чьих вмешательств?
- Я считаю, что северокавказские отдельные добровольцы будут вмешиваться, и будут на стороне тех же абхазцев.
- Повторится ситуация с Конгрессом горских народов?
- Да. Этого нельзя допускать. И думаю, что этого не будет. Потому что я встречался несколько раз с Саакашвили, он произвел на меня очень хорошее впечатление. Я чувствовал здравомыслие этого человека. У меня нет впечатления, что он готовит какой-то аншлюс, что эти непокорные, так сказать, племена будут восстановлены в составе единой Грузии.
Понимаете, в чем дело? Конечно, территориальное единство сейчас - это бесспорная ценность. Был период антиколониальной борьбы, когда в многонациональных государствах угнетали меньшинства. И мы говорили о том, что существует право на самоопределение вплоть до отделения. И это даже попало в Устав Организации Объединенных Наций.
Но если представить две с половиной тысячи этносов, различных национальных групп…
- И каждый захочет стать страной…
- Что из этого получится? Хаос будет. И я думаю, что сейчас нужно говорить о самоопределении при необязательном отделении.
- Мы ставим право государства выше, чем право этноса?
- Я бы по-другому поставил вопрос. Не право государства, а право общества, в которое входит и этот этнос. Вот возьмите Грузию и Абхазию. Нельзя говорить только о правах абхазцев. Есть и права другой части населения. И ну но, чтобы они договорились, причем договорились при сохранении территориальной целостности. Чтобы та же Абхазия, та же Южная Осетия имели максимальные права автономии.
- А может, просто взять их в Россию? Они же так давно просят. В Абхазии почти все имеют российские паспорта.
- Тогда надо кого-то отдавать, кто хочет уходить из России. Если мы таким образом будем решать все национальные вопросы, то наступит хаос.
- Но президент сказал, что хватит. Уже нараздава-лись. Теперь будем только брать.
- Если брать, то с очень большим разбором. Вот появилось турецкое государство на Кипре, так?
- Да.
- Кто его признал? Одна Турция, Азербайджан. Понимаете, у всех над головой висит дамоклов меч сепаратизма.
- У каждого есть маленькая собственная война.
- Конечно, конечно. И поэтому нужно находить выход из ситуации путем наделения маленьких этносов максимальными правами в рамках единого государства.
- У многих людей ощущение, что с нами не считаются.
- Я бы так не говорил. Нужно диктовать свои условия.
Но можно это делать и с улыбкой на лице.
- Пока не получается. Последний раз мы действительно проявили характер, когда вы развернули самолет над Атлантикой. После этого мы постоянно идем на уступки американцам и каждый раз наблюдаем, как о нас вытирают ноги.
- Не согласен с вами категорически. Американцы осуществили акцию против Ирака, и мы выступали против с самого начала. Мы сохранили свою позицию: нельзя действовать в обход Организации Объединенных Наций, не имеет права одна Америка определять степень угрозы со стороны предполагаемого агрессора…
- И степень его вины…
- И степень его вины. Мы сохранили свою позицию. Но в то же самое время мы не полезли еще больше против американцев. Если бы мы дали перерасти этой политике в антиамериканизм, мы бы многое потеряли внутри России. Мы бы тем самым разжигали антиамериканизм внутри страны. И в чем бы мы потеряли? Представьте, можно ли бороться против международного терроризма без амери-| канцев? Можем ли мы без американцев что-то сделать про-| тив распространения оружия массового поражения?
- Согласен, ничего. А вот в Чечне они нам особо не помогают, источники арабских денег не перекрывают.
- Нам и не нужна их помощь в Чечне. Нам нужно, чтобы не было двойных стандартов.
В отношении Чечни одно, а в отношении…
- Себя любимых - другое…
- Нуда, конечно. Но я хочу сказать: нельзя было дават перерастать этому в антиамериканскую направленность." Чего бы мы добились? Возвращения к "холодной войне"? А мы бы выдержали гонку вооружений? Вот я вас спрашиваю сейчас.
- Я бы не выдержал.
- И я бы не выдержал.
- Просто нет сил.
- И государство наше бы не выдержало. Нужно вести такую политику, чтобы не попадать в западню.
- Но мы ведь попадаем в другую западню, в нефтяную. Нам начинает казаться, что в стране все хорошо. А де-факто мы оказываемся в хвосте мировой экономики.
- Согласен. В первый раз я с вами полностью согласен. Нельзя сидеть на нефтяной игле. Ни в коем случае. Нужно проводить деструктуризацию экономики. Нужно получать те средства, которые накоплены в нефтяном секторе, и переводить их както в обрабатывающую промышленность.
- Да, но непонятно как. Непонятны подходы. Потому что многие крупные промышленники и предприниматели испуганы. Они не понимают, чего от них хочет власть. Они не понимают, какие подходы будут завтра. Государство должно четко объяснить, как собираютс деньги из одного сектора направить в другой. Что будет с олигархами и со страной в дальнейшем?
- Странно было бы ожидать, что новый президент начнет снимать головы. Он не пошел на это. И с моей точки зрения, вполне правильно, потому что это бы дестабилизировало обстановку и сделало бы экономику неустойчивой. Президент - это широкие массы не заметили - начал эволюционные изменения. Мне кажется, что здесь была какая-то степень договоренности с олигархами, которые накопили огромные средства неправедным образом, если по-настоящему говорить. И они вязли на себя, очевидно, обязательства платить честно налоги, не заниматься оптимизацией налогов…
- Какой красивый термин! Оптимизация налогов - это что?
- А это значит на законных основаниях, с помощью юристов, брать деньги из кармана государства и переводить в свой карман.
- Это сложная система воровства, при которой сначала проплачиваешь немалую сумму депутатам, чтобы они приняли хитрый закон…
- Не только… Там много составляющих. И второе - олигархи обязались, или зареклись, не лезть грубо в политику.
- Не лезть в СМИ.
- Да, и в СМИ, конечно. Это самый острый политический механизм - СМИ.
- Понял. Олигархам разрешили покупать "Челси", но запретили покупать коммунистическую партию.
- Да.
- А если кто-то перепутал, то за это был наказан.
- Я не думаю, что олигархи могли бы купить коммунистическую партию, это труднее, чем "Челси". А вот подкупить там некоторых людей для того, чтобы пройти в Думу, - это они могли сделать. И делали, причем грубо делали. Я был в Думе, я видел, как там иногда грубейшим образом лоббировались интересы каких-то структур. И это очень плохо.