В какой-то момент ей удалось вырваться, и она быстро побежала по дороге навстречу фарам приближающегося автомобиля. Еще издали замахала руками. «Лада», русский вариант «фиата», вильнула в сторону и, не сбавляя скорости, обогнула Джуди, скрылась в темноте дороги.
И тут же сзади ее настигли сильные руки Алексея, грубо ухватили за куртку, встряхнули, как тряпичную куклу.
– Иди в машину!
Но Джуди, казалось, потеряла рассудок. Она извивалась в его руках, визжала и пыталась коленом ударить в пах.
Рассвирепев, Алексей отстранился от нее и наотмашь ударил по лицу. Джуди вскрикнула, оглушенно обвисла на его руках. Он поднял ее, понес к машине. И не посадил, а швырнул на заднее сиденье и с силой захлопнул дверь. От этого удара она пришла в себя. Перед ней на спинке сиденья висел мужской кожаный пояс с металлической пряжкой.
Джуди в ужасе зажала себе рот.
Алексей обошел машину, сел за руль.
– Послушай! – сказал он, слегка задыхаясь. Снял со спинки пояс, начал вдевать его в брюки. – Ты можешь нормально соображать?
Джуди молчала.
– Пойми, у нас не было выхода… – сказал он торопливо и нервно, не попадая ремнем в петельку на брюках.
Джуди всхлипнула. Он повернулся к ней и долго молча смотрел на ее побелевшее в темноте лицо. Только сейчас он понял, что убийство гебешников еще не решило всей проблемы. Даже для нее. Плюнув на незастегнутый ремень, он взялся за руль.
– Сейчас мы поедем в Москву! – жестко сказал он. – И вы с бабкой немедленно отвалите из Союза. Первым же самолетом! В Париж, Лондон, хрен знает куда, неважно! Главное, чтобы до утра вас уже не было в Союзе!
Джуди невидящими глазами смотрела в переднее стекло. Шоссе было старое, узкое и разбитое. Но они мчались на большой скорости, и при каждом толчке Джуди больно ударялась головой о крышу салона.
Вцепившись в спинку переднего сиденья, она с ненавистью смотрела на жесткий профиль Алексея. Это все его вина! Если бы он поверил им с самого начала, все было бы нормально! Ей не пришлось бы приезжать к нему снова, она не встретилась бы с этими сотрудниками КГБ, и не было бы никакого убийства!
Перед ее глазами снова возник обезображенный профиль Стаса. Убийца!
Задушил одного, убил другого! Пусть они работали в КГБ, но ведь и они люди! У них наверняка есть матери, жены, дети! Тварь! Он и меня может так же спокойно, из-за спины… Ничего себе мужа она собиралась привезти в Америку!
От накатившей волны страха Джуди стало жарко, она непроизвольно громко икнула.
– Ты чего? – не поворачиваясь, спросил Алексей.
– Ничего… – испуганно прошептала она.
– А-а-а… – неопределенно протянул он и снова замолчал.
За окном забелели длинные высокие дома с редко светящимися окнами. Машина съехала с шоссе, по узкой дорожке подкатила к ближайшему дому и остановилась у освещенной телефонной будки.
– Сейчас позвонишь старухе. Ничего ей не говори, только намекнешь, чтобы не спала. Пусть тебя ждет уже одетая. И все. Поняла? – отрывисто приказал Алексей.
– Да… – покорно ответила она. Мысль, что он может ее убить, так же, как тех, парализовала. Конечно! Ведь она же единственная свидетельница его преступления! Сейчас, в этой телефонной будке, он ударит ее гаечным ключом по голове или тем же поясом задушит…
Джуди испуганно сжалась в углу на заднем сиденье.
– Выходи! – Алексей повернулся к ней и удивленно застыл. – Ты чего?
– Не трогай меня! Прошу тебя! Я никому не скажу! Не убивай меня! – зашептала она.
Он рассматривал ее, ей показалось, целую вечность.
– Дура! – сказал он огорченно. – Американская дура! Я же из-за тебя их убил.
И замолчал. И теперь она уставилась на него в изумлении. То, как он это сказал, не позволяло не поверить ему.
– Из-за меня? Почему?
Действительно, что могли ей сделать в КГБ? Ей – американке! Она не совершила никакого преступления. Ну, поехала без разрешения в Мытищи на свидание – что из этого? Мало ли американских туристов тайно и открыто встречаются с русскими диссидентами или еврейскими активистами в СССР!..
– Почему, почему! По кочану! – с досадой передразнил ее Алексей. – Они мне «измену Родине» шили, чтобы заставить на них работать. Мой дружок на Запад сбежал, они его поймать хотят. С моей помощью. А тут ты, американка! Ты же слышала, он сказал, что я вас сам сюда вызвал, чтобы Юрку предупредить. Они бы и тебе и бабке шпионаж пришили – от них не отвертишься! Я от них уже месяц бегаю. Э, да ты не поймешь! – его раздражало, что он должен ей это объяснять. И, главное, она же все равно не поймет ни хрена!
А Джуди с ненавистью смотрела на него. Так вот в чем дело! Он преступник, он скрывается от властей!..
– Иди позвони. Монета есть? – сказал Алексей.
– Я позвоню в коллект… – заторопилась она из машины, желая только одного: поскорее услышать Танин голос, сказать, что сейчас приедет, и отделаться от этого «князя». Она действительно мало что поняла из того, что пытался объяснить ей Алексей.
– Что значит «в коллект»? – ухватил он ее за куртку.
– Ну… через оператора. А потом нам на гостиничный счет запишут.
– Нет, у нас так не делается. Без денег не позвонишь, – он пошарил у себя в карманах и протянул ей двухкопеечную монету. – На…
Джуди, оглянувшись на Алексея, вошла в открытую дверь телефонной будки и полезла в сумку, чтобы достать записную книжку. И тут она вспомнила, что книжка осталась у блондина. В квартире у Марии он взял ее и не вернул. «Шит!»[19] – Джуди в бессильной злобе ударила кулаком по телефону. И высунулась из будки:
– Как у вас звонить в информацию?
– Какую информацию?
– Ну, чтобы номер отеля узнать. Моя записная книжка осталась у… ну, у этого из КГБ.
– У нас это называется «справочное», – Алексей сам набрал 09 и получил номер «России».
– А ты номер ее комнаты знаешь? – спросил он у Джуди, набирая номер гостиницы. – Это коммутатор. Когда ответят, говори по-английски… – и передал ей трубку.
В номере Тани ответили сразу же после первого гудка. В трубке прозвучал напряженный голос княгини:
– Алло?
– Хай! Это я… – начала Джуди и остановилась, услышав торопливый, но четкий, как приказ, голос Тани:
– Вы ошиблись номером! Здесь таких нет, и я вам советую больше сюда не звонить!
Короткие гудки отбоя ударили по слуху. Джуди удивленно повернулась к стоящему рядом Алексею.
– Что? – настороженно спросил он.
– Она бросила трубку!
– Б…и, они уже прихватили ее! – Алексей рванулся из будки к машине.
– Кто «они»? – заспешила за ним Джуди.
– КГБ. Кто!
– Откуда ты знаешь?
– Знаю! – Алексей плюхнулся на сиденье. – Что она сказала?
– Чтобы я больше туда не звонила… – Джуди села рядом с ним.
– Ну и бабка у меня! Молодец! Она предупредила, чтобы ты не появлялась, понимаешь?! Кто-то из КГБ уже сидит у нее! Значит, у тебя один путь – в аэропорт, на самолет и… – он завел машину.
– Подожди! У меня же ни паспорта, ни билета. Все в гостинице…
Несколько долгих секунд они сидели молча.
– Дай мне еще монету! – вдруг оживилась Джуди. Как это она забыла: надо позвонить в посольство. – Я позвоню в американское посольство.
– Ты знаешь их номер телефона? – надежда мелькнула в его лице.
– Нет, но можно через информацию… то есть, через справочное узнать… – Джуди торопливо выскочила из машины, нырнула в телефонную будку и, как минуту назад Алексей, набрала 09.
– Справочное! – откликнулся женский голос.
– Номер американского посольства, пожалуйста.
– А зачем вам?
– То есть как? – изумилась Джуди. – Какое ваше дело?
– Телефоны иностранных посольств мы не сообщаем, – холодно сказал голос и отключился.
Джуди ошарашенно застыла в будке. Фигура Алексея возникла рядом.
– Не дали, конечно… – сказал он.
– Но почему?
– По кочану! – снова раздраженно отрезал Алексей и пошел к машине.
Он начал понимать, что девчонка повисла на нем тяжелым камнем.
– Тогда… Тогда отвези меня туда! – она села в машину, на переднее сиденье. – Ты знаешь, где наше посольство? Это где-то в центре должно быть…
– Я знаю, но это не пойдет! Там у входа менты круглосуточно дежурят, без американского паспорта не только не впустят, а наоборот, тут же и захомутают…
– Тогда… О Господи, что же мне делать? Как мне выбраться из этой ловушки? – Джуди в истерике заметалась на сиденье.
Алексей, сильно газанув, тронул машину.
«Надо с Ярославского шоссе побыстрее соскочить на кольцевую дорогу, – думал он, стараясь не слышать громких рыданий Джуди. – Оттуда драть по Щелковскому из Москвы. Или по Осташковскому, оно ближе… И срочно поменять машину! Угнать какой-нибудь „Жигуленок“, хозяин только утром в милицию побежит, а до утра можно далеко отвалить! Тела гебешников они, конечно, найдут не скоро, особенно если бросить эту „Волгу“ где-нибудь на другом шоссе. Но искать нас и их начнут через час-полтора. Оповестят все посты вокруг Москвы и тогда… Вот дура, как воет! Аж в ушах закладывает! И что с ней делать? Ну, я зароюсь в какую-нибудь глухомань, но даже если буду кочумать, все равно через год, два, от силы три – найдут, за убийство гебешников – „вышку“! А она?! Куда ее девать? Ее ж в гостинице уже ждут из КГБ! Черт! Только такой дурак, как я, мог решить, что она гебешница! Но и таскать ее за собой опасно, она на любой ерунде проколется – говорит с акцентом, нашей жизни ни хрена не знает. Вот, б…ь, западня какая!..»
– Куда мы едем? – затихнув, спросила Джуди.
– Не знаю, – после паузы ответил Алексей. – Подальше от Москвы.
«Почему?» – хотелось ей спросить, но, вспомнив его непонятную присказку «по кочану», она промолчала. И не все ли равно теперь, почему и куда они несутся по этой темной заснеженной дороге?! Рядом сидит убийца, а в Москве ее ожидают люди из КГБ, для которых она преступница – хотела вывезти из Советского Союза изменника Родины, так он сам себя называл! А когда их арестовали, они вдвоем совершили убийство. Поди докажи, что Алексей один справился с двумя крепкими сотрудниками КГБ, что ее рвота не была спектаклем! Получается, что Алексей прав: ей нельзя в Москву. Ес