– Мне это нравится. Люблю пострелять.
– Вытаскивай свою пушку. Но он не должен видеть наши лица, если надумает сообщить в милицию.
Они достали свои пистолеты из рюкзаков, затем нацепили темные очки и сдвинули на лоб свои американские кепки, чтоб их не узнали. В таком виде они направились к французу, который стоял к ним спиной. Двигались быстро и бесшумно. Когда приблизились, Антон окликнул его:
– Эй, козел, повернись сюда.
От испуга тот вздрогнул, ведь здесь никого не должно быть. Те направили оружья прямо на него и открыли стрельбу без всякого предупреждения. Это случилось так внезапно. Пули летали рядом и со звоном врезались в скалы.
Мишелю стало безумно страшно, глаза его расширились. В первые секунды он точно врос к земле. Когда оцепенение прошло, он схватил небольшой рюкзак и кинулся бежать между валунами. А пули все летели рядом.
Когда Мишель убежал вглубь ущелья, укрываясь за скалами, стрельба прекратилась. Тем не менее страх гнал его все дальше и дальше, и француз остановился, когда весь выдохся.
Антон и Вадим смотрели за убегающей фигурой, которая становилась все меньше и меньше. После этого друзья громко захохотали. Затея удалась, враг бежал в панике. «После такого „кино“ вряд ли он явится сюда», – сказал Вадим. Теперь хозяевами этого ущелья стали они. По такому случаю Антон вынул из рюкзака фляжку с коньяком и немного хлебнул, передав ее другу.
– За удачу, – произнес Вадим и опрокинул фляжку.
– А теперь за дело, – объявил Антон. – Нужно обследовать этот склон. Где-то здесь должен быть вход в пещеру. Мы на верном пути, потому что и француз тоже искал здесь. Интересно было бы взглянуть на его карту.
– Антон, мы с тобой сделали одну глупость. Надо было отобрать у него карту.
– Ты прав, как-то это не пришло в голову. Но сейчас я думаю о другом. Мне кажется, что в свое время люди эмира сами завалили вход в пещеру.
– Точно! Точно! Ведь, спрятав золото, они не могли же оставить ее открытой.
– А ведь француз догадался об этом и потому стал перебирать камни. Вот почему я не смог отыскать пещеру.
Уже день клонил к закату: над ущельем нависли сумерки. Следовало выбрать место для ночлега и поужинать. Решили костер не разжигать, не желая привлекать внимание. Да и мало ли кто еще может быть здесь.
Они заснули под скалой. Ночь прошла спокойно.
Утром начались поиски замурованной пещеры. По склону они отыскивали места скопления камней и такие места разбирали. Искали долго, и все безрезультатно. Было уже полуденное время, а они исследовали лишь часть склона.
– Нам пора возвращаться к дороге, – сказал Антон, сидя на камне с мокрым от пота лицом. – У меня есть идея. Продолжим работу через два дня, а за это время разыщем этого француза и узнаем, откуда у него эта карта. Может, это как-то ускорит наш поиск.
Тут Антон пожалел об одном моменте:
– Мы напугали этого иностранца раньше времени. Надо было вести за ним наблюдение до тех пор, пока он сам не отыскал нам пещеру.
– Нам нужна его карта.
– Наверняка, француз остановился в какой-нибудь гостинице. Мы выкрадем карту, когда его не будет в номере.
– Это хорошая идея.
– Давай, открывай тушенку. Быстро поедим и в обратный путь.
Уже на выходе из каньона Антон глянул на землю и застыл на тропе. Там валялась пустая пачка «Мальборо». Он взял ее и стал смотреть вокруг с беспокойным лицом.
– Что интересного в этой пачке? – спросил Вадим.
– У тебя какие сигареты?
– Вот, «Кэмел».
Антон отказался, махнув рукой.
– Эта пачка свежая, ее выбросили недавно, может быть, сегодня или вчера, – и Антон уставился на друга с задумчивым лицом.
В ответ Вадим широко улыбнулся:
– Здесь мог пройти пастух.
– С каких пор бедные пастухи стали курить такие дорогие сигареты. Даже в Москве не всякий может позволить себе «Мальборо». Может, за нами следят люди Душмана? Помнишь, на базаре видели того?
– Да брось выдумывать. Ты стал какой-то нервный, слишком осторожный.
– Тогда откуда взялась эта свежая пачка?
– Это мог быть француз. Ну, конечно, это он бросил, иностранцы курят такие сигареты, ведь для них это мелочь.
– Этот француз вовсе не курит. Он сам сказал, когда я предложил ему сигарету.
– Ну, тогда не знаю. А может, этот иностранец на самом деле курит, а тебя обманул.
– Такое возможно. Вадя, расслабься. Ты не подумай, что я своими вопросами обвиняю тебя, мол, притащил за собой хвост. Если я не доверял тебе, то разве привел бы сюда?
Антон по-дружески хлопнул Вадима по плечу, и они зашагали по тропе.
Водитель Хамза прибыл к ущелью и стал ждать. Он курил в машине, высунув ноги через окошко, как это делают американцы.
Когда показались две фигуры в желтой и синей футболках, он вышел из машины и махнул им рукой. Затем вежливо принял их рюкзаки и уложил в багажник.
Андре хочет уехать
Всю ночь Мишель шел по горам, а затем по дороге и к утру добрался до своей гостиницы. Дверь комнаты №24 открыл его отец. Старик удивился столь раннему возвращению сына, потому что он ждал его вечером. Ко всему, сын выглядел ужасно уставшим.
– Привет, папа, – еле сказал сын, прошел в комнату и в грязных ботинках свалился на кровать.
Андре присел на свою кровать и спросил:
– Мишель, что случилось? Почему бледен, ты случайно не болен?
– Папа, случилось нечто ужасное, даже не знаю, с чего начать свой рассказ. Одним словом, наши дела плохи. Вчера я был близок к цели и уже думал, что найду пещеру. Но, откуда ни возьмись, явились двое русских парней, лет тридцати и стали стрелять в меня из пистолетов. Пули летели рядом. Мне удалось убежать. Шел всю ночь и с трудом нашел дорогу.
– О, Господи! Что это за люди, что сказали?
– Ничего, только стреляли в меня.
– О, какой ужас. Какое счастье, что ни одна пуля не попала в тебя. Мне страшно, срочно возвращаться домой.
– Не спеши, папа. Мы уже у цели и теперь не можем уехать. Речь идет об огромном количестве золота. А впрочем, папа, уезжай один. Дальше сам справлюсь. Ты не обижайся, все-таки ты уже стар и не можешь мне ничем помочь.
– Об этом и слышать не хочу, глупый мальчишка, – вскочил с места Андре и принялся ходить по комнате. – Или мы едем вместе, или я остаюсь с тобой. Но будет лучше, если уедем вместе, пока не случилось горе. Поверь, жизнь человека дороже, чем это золото. У нас есть старинный ресторан моего отца, и он прокормит нас.
– Папа, зачем обманываешь себя? Ты сам знаешь, что с каждым годом наши дела идут все хуже и хуже, скоро это заведение станет убыточным. Если мы не найдем много денег, то нашему бизнесу придет конец. Мы не можем уже брать больше кредиты.
– Я понимаю твое состояние. Прости меня, сын, я виноват перед тобой. Когда был молод, у меня было достаточно денег, но я истратил их на развлечения, вместо того, чтобы вложить в какое-нибудь дело.
– Про это ты ничего не рассказывал.
– Стыдно было. Эти деньги достались мне от мамы, которую никогда не видел. А произошло это так. После побега из Бухары отец приехал в Париж, но путь был очень долгий и опасный. Однако, как тебе известно, спустя шесть лет моего отца застрелили возле дома, у подъезда. Хоть тогда я был маленьким, но помню. Кто-то из соседей стал стучаться в нашу дверь. Моя мачеха, она была француженка, открыла дверь, и соседи сказали, что в моего отца стреляли. Мы побежали вниз и у дверей подъезда увидели лежащего отца. У него под головой уже образовалась лужа крови, как сейчас помню. Мы склонились над ним, и я начал сильно плакать: «Папочка, не оставляй меня одного!»
От воспоминаний у старого Андре потекли слезы. Он продолжил:
– И папа услышал меня, с трудом открыл глаза. Я перестал плакать. А он тихо сказал: «Сынок, наклонись ко мне». Я растерялся. Тогда соседи велели мне наклониться, потому что отец хочет что-то сказать. И отец зашептал по-русски: «Карта, карта Бухары, найди пещеру, она обозначена крестиком. Запомни, сынок». Это были его последние слова, и папа закрыл глаза навсегда. Тогда я ничего не понял, но слова запомнил. Эта ужасная картина часто снилась в детстве. Через год мачеха решила избавиться от меня, и я оказался в пансионе. Кроме этого, она завладела отцовским рестораном, хотя по закону он должен был принадлежать мне. Когда я вырос, с трудом вернул себе этот бизнес. По этому поводу состоялись три судебных процесса. Но до этого, когда мне исполнилось двадцать, вдруг меня вызвал адвокат отца. В то время я работал таксистом и с ужасом думал: неужели вся жизнь пройдет в бедности? Но мне улыбнулось счастье. Адвокат передал мне папины вещи, согласно завещанию. Это была небольшая коробка. Я вернулся домой, поставил ее на стол и сразу открыл. В ней оказалась папина рукопись и перламутровая шкатулка с миниатюрным ключиком на золотой цепочке. У меня забилось сердце. Стоило поднять крышку, как там засверкали камушки – это были алмазы, изумруды, сапфиры, рубины. Я был так поражен, что из глаз брызнули слезы.
Под камушками оказалась записка: «Сынок, Андрей, это тебе от мамы Натальи Ивановны Сомовой». Там же была и карта. И уже прочитав воспоминания отца, я понял, о какой карте говорил папа перед смертью. Однако в советские годы я не мог приехать в СССР: коммунисты не позволили бы искать пещеру. Шли годы, и я стал забывать об этом, потому что в Советском Союзе ничего не менялось. Казалось, советский строй будет вечным.
– Убийцу моего деда нашли? – спросил сын.
– Нет. Я уверен, его убили люди эмира. Во-первых, отец обманул Алимхана и к тому же владел самой большой тайной Бухары. К чему я все это вспомнил? Ах, да, хотел рассказать о камушках, которые достались от мамы. Я продал их и получил большие деньги. С их помощью смог вернуть себе ресторан, но оставшуюся часть денег я истратил впустую, на удовольствия. Так бывает с бедными людьми, когда на их голову сваливаются целое состояние. Голова шла кругом. А ведь на них можно было купить какой-нибудь заводик. Ах, молодость, молодость! Вот что значит расти без отца.