– Олег, будь человеком, отпусти дочь. Она ни в чем не виновата перед тобой.
Тот не стал слушать.
– Олег, ты же мужик, не впутывай детей в наши отношения.
– На моем месте ты сделал бы то же самое. Разве не так? Не зли меня: нервы на пределе.
В таком порядке бандиты с заложниками, чьи руки были связаны за спиной, стали спускаться к вертолету. При этом главарь предупредил своих людей: «Смотрите по сторонам и, если увидите снайпера, то скажите мне, я застрелю девочку. Тогда они поймут, что шутки с нами плохи. А вот иностранцев берегите – это наш настоящий щит». Так бандиты приблизились к вертолету. От мощного винта обдавало сильным ветром. Заложники, подгоняемые бандитами, подбежали к технике и быстро поднялись на борт вертолета. Очутившись внутри, бандиты закрыли дверцу, а Душман направил оружие на пилота.
– Срочно взлетаем, – крикнул он.
– Но сначала вы должны отпустить заложников, – ответил пилот.
– Если не взлетишь, застрелю девчонку, нам терять нечего. Считаю до трех, – предупредил главарь. – Раз, два…
– Хорошо, хорошо, мы взлетаем.
Сабуров потянул на себя рукоятку, и машина начала подниматься. Только тогда главарь отпустил девочку, усадив ее рядом с пленниками. Сами они кинулись к иллюминатору и увидели на склоне растерянные лица военных. Не прошло и минуты, как вертолет уже кружился над ущельем. Бандиты заликовали, больше всех сияло крупное лицо Душмана.
– Еще рано радоваться, – резко оборвал себя Душман и нахмурился. – Надо обыскать пилота: у него может быть оружие.
Один из телохранителей принялся ощупывать тело пилота – ничего. Затем заглянул под сиденье и вокруг – тоже ничего.
– Все равно не своди с него глаз, – дал наказ главарь.
И к Душману вернулась прежняя радость, и он воскликнул:
– Чего не веселитесь, идиоты, ведь мы вырвались прямо из лап смерти.
От восторга все стали кричать, визжать и свистеть, сидя напротив заложников.
– Ну и умен же наш босс! – признался Эдик.
– Со мной не пропадешь. Только будьте преданы мне.
Душман спешно достал из рюкзака бутылку водки и сказал: «Такое событие надо отметить. Ведь это наше второе рождение, понимаете?» Открыв бутылку, он был готов выпить из горла, но что-то его остановило:
– Братки, вот о чем я подумал. Сейчас пить нельзя, потому что через три часа мы будем в Афгане, и представьте, если от нас будет нести запахом спиртного. Они этого не любят.
И главарь отворил дверцу и выбросил за борт три бутылки. Когда же вернулся на место, Эдик спросил:
– А афганцы нас не замочат?
– Не бойся, об этом тоже думал. Мы прикинемся русскими скупщиками наркоты. Таких гостей там уважают, потому что не знают, кому сбыть товар – а тут мы, как снег на голову. Мы купим у них немного «чернухи», якобы для пробы, и заодно установим новые связи. Сейчас это дело намного выгоднее, чем рэкет.
– А что будем делать с заложниками? – поинтересовался Эдик.
– Отдадим афганцам, сделаем им подарок. А моджахеды хорошо наварятся на иностранцах: у их родни потребуют большой выкуп.
После таких слов Душман глянул на испуганного старика, который все слышал, как и его сын. Главарь решил ободрить старика и мигнул ему, хотя это уже была издевка.
– Чего приуныл, старик? Не бойся: хотя афганцы – народ дикий, но не убьют вас. Конечно, вашей родне придется раскошелиться по-крупному. Однако на этих людей не надо обижаться, ведь им тоже хочется жить.
– А что сделаем с девочкой? – спросил второй телохранитель и бросил взгляд на испуганную Аленку, которая сидела между французами, свесив голову.
– Ах, да, про нее забыл. Из-за своего отца она должна была умереть, но чудом выжила. Видимо, Бог не хочет ее забирать. Я согласен с Творцом и не стану убивать ее. Вот как мы поступим с ней: обменяем Аленку на наркотики. Моджахедам такая девочка понравится, голубоглазая, светлая, которая с годами станет красавицей. Тогда они смогут ее продать какому-нибудь полевому командиру или отправят в богатый притон Кабула. Из нее получится хорошая проститутка. А затем я пошлю ее отцу весточку в тюрьму – о будущем его любимой дочки. Уверен, Антон будет счастлив. Это будет отличная месть за моего братишку.
– Олег, а мы летим правильно, может, этот летчик кружит нас по горам и снова привезет к десантникам? Тем более скоро начнет темнеть, и мы не увидим куда летим.
– Об этом я тоже позаботился – не дурак же.
Душман поднялся с места и сел за спиной пилота.
– Слушай меня, летчик, – с угрозой произнес он, – если будешь хитрить и не доставишь нас до места, я застрелю тебя вместе с заложниками. Запомни, я два года служил в Афгане и могу с ходу распознать их кишлаки, людей.
– Я понял тебя.
– Ну-ка покажи свою карту и дай компас. Я сверю, правильно ли мы летим.
Получив карту, Душман развернул ее и велел летчику указать их местонахождение. Сабуров ткнул пальцем, и Душман стал изучать карту, приложив к ней компас. Вскоре убедился, что они летят в сторону Афганистана.
Успокоившись, главарь вернулся на место.
Пока бандиты летят к границе, мы вернемся к тем, кто остался в ущелье.
Когда вертолет с заложниками стал подниматься над ущельем, Камилов и Тополев тотчас поняли: их обманули.
– Вот суки, – выругался полковник, задрав голову в небо, – этих подлых бандюг надо было пристрелить до подхода к вертолету.
– Может, вы и правы, – согласился Саид, – но ведь не было уверенности, что ваши стрелки смогут разом уничтожить всех бандитов. Ничего не скажешь, красиво нас кинули. Я не ожидал такого. Зачем им заложники?
– Бандиты боятся, что их могут сбить.
– Это исключено, ведь тогда погибнет и наш летчик.
Все наблюдали за удаляющимся вертолетом. Даже стрелки с автоматами встали во весь рост и смотрели в сторону заснеженных вершин. Когда вращающаяся техника скрылась за горой, Камилов очнулся и попросил лейтенанта связать его с городом. Нужно было сообщить о случившемся.
А спустя час десантники Тополева уже возвращались в город на другом вертолете. С ними находился Антон. Он сидел между десантниками в наручниках. Все молчали, были подавлены. Операция опять провалились. Камилов глянул в круглое окошко иллюминатора: за бортом стояла темень. С тревогой он думал о вертолете с заложниками: как они там?
А между тем бандиты приближались к афганской границе. Душман со своими ребятами уже строили планы на будущее.
– Олег, а как мы выберемся из Афгана? – спросил Эдик.
– По тайным тропам афганцы переправят нас в Таджикистан. Сейчас границу охраняют слабо: все республики заняты своими проблемами, идет дележка власти.
Аленка сидела рядом со стариком и тоже усердно думала о чем-то своем. Ее застывшее лицо обрело черты взрослого человека. Временами украдкой она поглядывала на разговаривавших бандитов, пока испуганные глаза ребенка не остановились на старике. Она искала защиты. Андре сразу улыбнулся и нежно произнес: «Не бойся, девочка, дедушка тебя не бросит».
Бедное дитя прижалось к седому дедушке, обхватив его руку. Андре поцеловал ее в лоб и признался сыну: «Уже давно я мечтаю о такой внучке». Мишель глянул на отца, оба поняли друг друга: они не бросят девочку, хотя их будущее не ясно.
– Дедушка, почему эти люди хотят убить меня? – все недоумевала Аленка. – Я ничего плохого не сделала. Зачем мы приехали сюда и снова здесь эти бандиты? Вы знаете, когда они зашли в квартиру, то тетя Роза обняла меня и не хотела отпускать. Тогда они били ее ногами, а вон тот стрелял в хозяйку несколько раз. Этот бандит стрелял и в мою маму.
– Девочка, не смотри на них, – попросил старик, – это может им не понравиться. Они очень плохие люди. Сейчас лучше не вспоминать об этом, давай будем молиться Богу. На душе станет легче.
– Дедушка, я не знаю ни одной молитвы.
– Я научу тебя, это нетрудно. Тихо повторяй за мной. О, Отче наш, милосердный, смилуйся над нашими грешными душами и даруй им…
В ту самую минуту Душман перестал говорить с ребятами и спросил недовольным тоном:
– Эй, старик, что там шепчешься с девчонкой. Может, хочешь ее соблазнить?
Все бандиты стали громко хохотать.
– Я учу девочку православной молитве.
– Зачем ей? В Афгане это не понадобится. Чтоб выжить там, надо принять ислам.
– В трудные минуты жизни молитва нужна каждому.
– Ладно, я не против религии, в самом деле, она иногда помогает – по себе знаю.
Тут Душман вспомнил о пилоте и подсел к нему. Снова затребовал карту, компас и сверил движение вертолета. Убедившись, что пилот держит курс прямо к границе, спросил:
– Когда мы пересечем границу?
– Примерно через полчаса.
– Когда окажемся в Афгане, ты совершишь посадку в первом же кишлаке. Но сначала предупреди меня.
– Понял.
Душман вернулся на место и хлопнул Эдика по ляжке – тот вздрогнул.
– Чего приуныл, давай расскажи какой-нибудь анекдот.
– Не хочется, еще не то настроение. Дома расскажу.
– Ладно, помолчим, но не своди глаз с пилота: вдруг у него пистолет где-нибудь спрятан.
В десять вечера Камилов вернулся в город и в кабинете Караева ждал сообщения о заложниках. Это должен был сделать летчик Сабуров после приземления. Была надежда, что тогда бандиты отпустят заложников и пилот доставит их в Карши. В комнате вместе с ним находились еще два сотрудника – подполковник и майор. Все сидели в напряжении, нервы были на пределе. В основном молчали и пили кофе, чай. Сейчас любое лишнее слово раздражало их, потому что они оставались в неведении о судьбе заложников. Временами из Ташкента звонил начальник Камилова и задавал один и тот же вопрос: есть ли какие-нибудь новости о заложниках? Последний звонок был от генерала, замначальника управления Батырова. Голос его звучал грозно:
– Камилов, ну-ка объясните, как вы допустили, что они забрали с собой заложников?
– Они обманули нас. К тому же у нас не было выбора.
– Майор, неужели ты такой тупой и наивный, что поверил бандитам?