Что ж ты тих, как день ненастный?
Опечалился чему?» —
Говорит она ему.
Князь Гвидон ей отвечает:
«Грусть-тоска меня съедает:
Люди женятся; гляжу,
Не женат лишь я хожу». —
«А кого же на примете
Ты имеешь?» – «Да на свете,
Говорят, царевна есть,
Что не можно глаз отвесть.
Днём свет Божий затмевает,
Ночью землю освещает —
Месяц под косой блестит,
А во лбу звезда горит.
А сама-то величава,
Выступает, будто пава;
Сладку речь-то говорит,
Будто реченька журчит…»
Тут она, взмахнув крылами,
Полетела над волнами
И на берег с высоты
Опустилася в кусты,
Встрепенулась, отряхнулась
И царевной обернулась:
Месяц под косой блестит,
А во лбу звезда горит;
А сама-то величава,
Выступает, будто пава;
А как речь-то говорит,
Словно реченька журчит.
Приписывая превращения влиянию злого колдовства и в то же время признавая души человеческие за существа стихийные, способные менять свои телесные одежды, предки наши пришли к убеждению, что некоторые люди наделены даром оборотничества. В первую очередь это относится к лебединым девам – вещим красавицам, которые превращаются то в лебедей (или горлинок), то в девушек.
Во всех сказаниях колдуны, ведьмы и нечистые духи могут превращать людей в различных животных.
ОвинникКак овинник за мужика заступился
Сошлась молодёжь на посиделки, а в деревне недавно старуха умерла.
Один парень возьми да и скажи, что покойников боится, так его приятели задразнили: ну, де, теперь тебе непременно мёртвая явится. Он разозлился, хлопнул дверью и ушёл домой.
А на крыльце та самая старуха его уже поджидала – накликали молодые дурни неосторожными насмешками! Он от неё бежать, она за ним, вот-вот схватит. Тут на пути овин. Вбежал туда парень, взмолился:
– Батюшка-овинник, не выдай, помилосердствуй!
И вдруг из-под кучи снопов выбежал какой-то маленький, косматый, весь как бы в соломе и начал со старухой мёртвой драться. Дрались долго, чуть не заломала овинника покойница, а всё же он парня не выдал.
Прокричали петухи – и всё исчезло.
Парень едва живой домой побрёл, овинника благословляя.
Как видно из названия, жил этот дух в овинах (на гумнах) – строениях, где крестьяне в старину снопы сушили. Известно из древних книжных памятников, что именно в овинах наши предки-славяне чаще всего молились огню-Сварожичу. Потом там поселился овинник, который сидел в самом дальнем углу днём и ночью, – глаза горели калёными угольями, как у кошки, да и сам он был похож на огромного кота – весь чёрный и лохматый, сажей измазанный. Иногда его видели в образе белой или чёрной собаки. Овинник умел лаять по-собачьи, хлопать в ладоши и хохотать, когда удавалось ему наказать нерадивого хозяина.
Суждено было овиннику стеречь овин, чтоб огонь не разгорелся больше нужного, чтоб не было пожара; следить за укладкою снопов, наблюдать за временем и сроками, как и когда затоплять овин, не позволять делать этого под большие праздники. В случае нарушения этого завета, бывало, так пихнёт в бок ослушника, что тот едва соберёт дыхание; ну а на худой конец, разгневавшись, может и сам овин поджечь. Не дозволял он также сушить снопы во время сильных ветров и безжалостно за это наказывал. Нельзя было работать в овине и в Михайлов день (8/21 ноября); если кто затопит здесь печь раньше Воздвиженья (14/27 сентября), овин сгорит.
Овинник считался самым зловредным из всех духов, окружающих крестьянина в его повседневной жизни: если залютует, ублажить его было нелегко! Разве что принести к овину пироги и петуха: петуху у входа отрубали голову и кровью кропили по всем углам, а пирог оставляли в подлазе. Вообще, угощение и почёт овинник любил так же, как все его нечистые сородичи. Опытные хозяева не иначе начинали топить овин, как попросив у «хозяина» позволения. А после того, как мужик сбрасывал последний сноп, прежде чем идти домой, обращался к овину лицом, снимал шапку и с низким поклоном говорил: «Спасибо, батюшка-овинник: послужил ты нынешней осенью верой и правдой!» Именины его отмечали на Воздвиженье и на Покров (1/14 октября). Внимательным хозяевам он не вредил, а отплачивал добром за почёт.
В овинах, как и в банях, любили девушки гадать в старину.
ПереругСтроптивец
Когда Сварог в начале мира распределял обязанности между божествами, одному мелкому божку предложил он заведовать течением облаков над землёй. Тот отказался, сославшись на желание быть поближе к земле.
Тогда Сварог спросил, не желает ли он повелевать радугами? Опять отказ. А вихрями? И вихри были отвергнуты.
Тут другие боги-Сварожичи начали укорять не в меру разборчивого собрата за строптивость. К удивлению верховного владыки, божок с каждым вступал в яростный спор, так что в конце концов со всеми переругался.
И тогда Сварог изрёк:
– Быть тебе отныне Переругом. И заведовать на веки вечные ссорами, склоками, дрязгами, руганью среди людей. А облаками, радугами и вихрями займутся другие. Сейчас же лети на землю! И навсегда забудь о небесах!
Переруг – мелкое божество древних славян, недобрый дух, подобный злыдням, в которых и теперь некоторые люди верят. Недобрая природа Переруга явствовала из самого его имени: всех он норовил перессорить, во всякую семью или компанию раздор вносил! Жертвенник его никогда не пустовал, ибо каждый стремился задобрить сего сварливого бога: кому же охота, чтобы внезапные ссоры разрушали все начинания и замыслы, чтобы везде царило уныние?!
Говорят, в святилище Переруга всегда не хватало жрецов: они беспрестанно ссорились между собою, даже дрались, а потому уходили служить другим богам. Наконец остался один старый-престарый старик класть требы Переругу, но и он то и дело норовил сцепиться с приходившими в храм. А когда никого не было, сей старик или бранился с самим божеством, или щипал себе руку, чтобы себя же как можно сильнее разозлить и с собою же покрепче поссориться.
ПерунМ. Херасков«Владимириада»
Боги велики; но страшен Перун;
Ужас наводит тяжёла стопа,
Как он, в предшествии молний своих,
Мраком одеян, вихрями повит,
Грозные тучи ведёт за собой.
Ступит на облак – огни из-под пят;
Ризой махнёт – побагровеет твердь;
Взглянет на землю – встрепещет земля;
Взглянет на море – котлом закипит.
Клонятся горы былинкой пред ним.
Страшный! Свой гнев ты от нас отврати!
Перун – грозное славянское божество, сын пробога Неба-Сварога. Молнии были его оружие – меч и стрелы; радуга – его лук; тучи – одежда или борода и кудри; гром – далеко звучащее слово (обычный эпитет Перуна – «громовник»); ветры и бури – дыхание, дожди – оплодотворяющее семя. Как творец небесного пламени, рождаемого в громах, Перун признаётся и богом земного огня, принесённого им с небес в дар смертным; как владыка дождевых облаков, издревле уподоблявшихся водным источникам, получает название бога морей и рек, а как верховный распорядитель вихрей и бурь, сопровождающих грозу, называется богом ветров.
Перун разъезжает в колеснице на огненных драконах или на крылатом коне; в левой руке носит колчан стрел, а в правой лук; пущенная им стрела поражает тех, в кого направлена, и производит пожары. Воплощение его – орёл.
По некоторым сказаниям, могучий и деятельный в летние месяцы года, Перун умирает на зиму; морозы запечатывают его громовые уста, меч-молния выпадает из его ослабевших рук, и с того времени он недвижимо покоится в гробе-туче, одетый чёрным траурным покровом, – пока наступившая весна не воззовёт его снова к жизни.
Истукан сего божества был в Киеве самым почитаемым и имел несколько святилищ. По свидетельствам современников, идол был сделан не из одного вещества: стан вырезан из дерева; голова вылита из серебра; уши и усы изваяны из золота; ноги же выкованы из железа; в руке держал молнию, которую представляли вместе составленные рубины и карбункулы. Перед ним горел неугасимый пламень, за небрежение коего жрец наказывался смертью, состоящею в сожжении его как врага божества сего. Из посвящённых ему вещей были целые леса и рощи, из коих взятие всякого сучка почиталось достойным смерти святотатством. Священное дерево Перуна – дуб, символ крепости и здоровья, иногда его до сих пор так и называют – «Перуново древо».
ПеруницаЮ. Медведев«Копьеносица»
…Но едва лишь восток по уходу
стражей ночи зазолотится —
открывает ключами ворота небесного свода
копьеносица Перуница.
Для богов и людей
возвещает приход светозарного Солнца
и на тройке ретивых коней
по небесному кругу несётся.
Мрак ночной обращается вспять
под её пламенеющим взором,
и заря начинает играть
над земным и небесным простором.
И сверкают её золочёные латы,
а небесные птицы
славословье поют
в честь божественной Лады —
копьеносицы Перуницы.
Скакунам златогривым
летать в небесах до заката —
дождь прольётся на нивы,