— Ты, бабушка, что делаешь?
А она говорит:
— Сметану ношу, оладьи вот напекла.
Он говорит:
— Дак возьми чашку да с ней в погреб и сходи.
Старуха обрадовалась:
— Ой, добрый молодец, спасибо тебе: надоумил. Оставайся с нами жить.
А человек ей и отвечает:
— Нет. Пойду. Если дурней тебя найду, дак не приду, а не найду, дак приду.
Пошел дальше. Шел, шел, в деревню одну зашел. Видит: там вся деревня вздымает корову на баню. Он спрашивает. «Че вы, ребяты, тут делаете?» А они ему отвечают: «Дак вот видишь: у нас трава выросла на бане, надо ее убрать, траву-то. Вот мы корову и поднимаем, чтоб она траву выела». Человек сходил, нашел литовку, выкосил сам траву. Люди обрадовались, обедать пошли. Час обедали, два, три. Дело к вечеру — они все еще обедают. А человек прохожий на улице остался, сидит и думает: «Что же это они делают? Ну-ка, я зайду». Поглядел: они сидят все за столом и одной ложкой все едят. Один хлебнет, ложку на полати бросит. Другой сходит, ложку подберет, хлебнет один раз, снова ложку на полати бросит. Так вся деревня и ест.
Подивился человек, достал из рюкзака ложку, кружку, дал им: нате, мол, ешьте, так-то не делайте. Наелись они, потом и человек поел. «Да, — думает, — эти еще дурнее».
104. Солдат и черти
Идет солдат из армии. Пришел в одну деревню, попросился ночевать.
В один дом попросился — его не пустили; в другой дом попросился — опять не пустили; в третий дом попросился — хозяева говорят:
— Да у нас семья очень большая, негде тебе спать-то будет. Вон там у нас свободный дом есть, новый, недавно построенный, дак там черти живут. Мы там и не живем, не знаем, как чертей выгнать.
Он говорит:
— Так вот и пустите меня, я и с чертями заночую.
— Ну, если не боишься чертей, так иди, вместе с чертями и спи.
Вот он пошел в этот дом новый, где черти живут. Сделал постель, поужинал и лег. Откуда ни возьмись выскочил чертенок:
— Чего ты тут на нашей квартире разлегся?
— Я солдат, мне же где-то ночевать надо. Я спросился, мне хозяева сказали: можно с чертями ночевать.
— А что ты умеешь делать?
— Да все умею: я ж солдат!
— А умеешь хоть в карты играть?
— Да, умею.
— Ну так че, давай хоть в карты будем играть, все равно нам вместе ночь коротать.
Встал солдат, сел с чертенком в карты играть и спрашивает:
— А на что играть будем? У меня денег нет, я могу только на щелчки играть. Ну, кто кого обыграет, тот тому щелкает в лоб.
— А сколько раз?
— Ну, хотя бы три щелчка.
— Ну ладно, хорошо, — согласился чертенок.
Играют в карты, и обыграл солдат чертенка.
— Подставляй, — говорит, — лоб.
Чертенок подставил свой лоб.
Солдат ему щелкает: один, два, раз, два, один, два, раз, два, один, два, раз, два, — а три-то не говорит. А чертенок-то счет-то не знает, он ждет, когда солдат скажет «три». А солдат все только «один, два, раз, два». У чертенка уже весь лоб покраснел. Говорит:
— Ладно, так и быть, ночуй, только завтра пораньше уходи отсюда. Я все-таки здесь хозяин.
— А мне, — говорит, — не надо хозяйства, я переночую да дальше уйду.
Так и сделал. Переночевал, а наутро хозяева увидели, что он живой и его черти не заели.
— Ты, — говорят, — как? Видел чертей?
— Видел.
— Дак ты еще ночуй, пожалуйста, а то мы не знаем, как с ними справиться; может, ты нам поможешь их выгнать.
— Если надо — выгоню.
Снова остался солдат ночевать. Чертенок опять выскочил ночью.
— Ну, что, — говорит солдат, — снова будем в карты играть?
— Нет, у меня еще до сих пор лоб не отошел, — чертенок ему отвечает.
— А я, — говорит солдат, — здесь тоже поселился, здесь буду жить. А если не будешь со мной играть, то я вас всех чертей к чертям пошлю.
— Как так?
— А вот так: или в карты играй на щелчки, или отсюда все уходите.
Ну, чертенку делать было нечего: он ушел и всех чертей с собой увел.
А дом-то солдату отдали, за то, что он чертей выгнал.
А солдат жену себе красивую нашел, стал в новом доме жить-поживать да добра наживать.
105. Чертова невеста
Две девки заспорили. Одна говорит:
— Я пойду в пустую избу прясть.
А другая говорит:
— Не сходишь.
Та пошла, села и прядет на голбце. Прядет, лучина светит. У нее веретешко упало. Она наклонилась за веретешком, а веретешко чертенок схватил. Она ему:
— Отдай веретешко!
— Не отдам. Пойдешь за меня замуж — дак отдам веретено, а не пойдешь — нет.
— Пойду, отдай веретено.
Черт ей веретено отдал и говорит:
— Ну, давай, пойдем!
— Нет, у меня нет пары[78] хорошей подвенечной.
Он пришел, пару ей принес.
— Нет, у меня нет шали хорошей под венец ехать. Принес шаль.
— У меня нет шубы хорошей.
Принес шубу.
— У меня нет ботинок хороших.
Принес ботинки.
— У меня нет бруслета.
Принес бруслет.
— У меня нет кольца: венчаться-то кольцо надо. Принес ей кольцо.
— Мне еще серьги надо хорошие, чтоб золотые, дутые. Он по серьги-то ушел, а девка назад пятками и убежала.
И все, что ей черт надарил, домой принесла.
А той, второй девке, завидно стало, что эта девка столько богатства нанесла.
Она пошла тоже в пустой дом прясть. Опять веретено упало, подхватил там его чертенок.
Говорит:
— Пойдешь за меня замуж — отдам веретено.
Она говорит:
— Пойду, Только у меня нет шали, нет шубы, нету бруслету, нету кольца, нету пары, нету ботинок.
Он ей все принес. Она одела. И он ее задавил.
106. Баба и черт
Мужик женился, баба у него была упрямая. Мужик и говорит:
— Завтра поеду смотреть покосы, а ты со мной не езди. Выходит, а баба уже на возу сидит. Едут мимо поля, а там один лужок хорошо скошен. Мужик и говорит:
— Гляди, баба, как хорошо скошено, как ножницами пострижено.
А баба:
— Не пострижено, а выбрито.
Мужик подъехал к колодцу и говорит:
— Говори, что пострижено, а то утоплю в колодце.
— А хоть то же, но выбрито.
Бросил мужик бабу в колодец, а сам уехал. А в колодце жил черт. Баба как стала черта гонять: гоняла-гоняла, гоняла-гоняла. Черт стал маленький, как горошина, залез в щелку, а баба все равно его хлещет.
Наутро поехал мужик посмотреть бабу, а черт ему говорит:
— Мужичок, миленький, достань меня отсюда. Чем хочешь, заплачу.
Достал мужик черта из колодца. Говорит ему черт:
— Я пойду к пану, а ты приходи меня выгонять. Пришел мужик в корчму и сказал, что чертей умеет выгонять. Пан дал мужику пятьсот рублей. Пришел мужик к пану, выгнал черта. А черт пошел к другому пану, а мужику говорит:
— Ты за мной не ходи.
А пану уже сказали, что мужик умеет черта выгонять. И тот пан дал ему тысячу золотых, а потом говорит:
— Это ты сам чертей нагоняешь.
Черт ушел к третьему пану и говорит мужику:
— Ты за мной не ходи.
А пан зовет мужика выгнать черта. Мужик приходит, а черт говорит:
— Ты зачем пришел? Я ведь не велел тебе приходить.
А мужик говорит:
— Да я пришел тебе сказать, что та баба из колодца вылезла и бежит, говорит, что тебе еще хлеще будет, чем в колодце.
А тут мышь за окном «шир-шир». Черт испугался и убежал. А мужик получил от пана полторы тысячи золотых.
А черт убежал в болото. Так там и живет.
107. Охотник и леший
Один мужик на охоту пошел. А уже в этой деревне молва была, что охотники теряются. А это какой-то ушлый был мужик. Вот он сделал нодью[79], положил возле этой нодьи чурак и закрыл своим лазаном[80]. А сам ушел подальше. Глядит: идет мужчина. Пришел, раз стрельнул в это бревно, второй раз стрельнул. И говорит: «Десятого на стрелу». Уже десятого мужика убил, значит. Ну, а он там, охотник-то, сидит. Взял, нацелился в него и ранил. Тот бежит домой и кричит: «Ой, оса ожалила, оса ожалила». А кака зимой оса. А охотник по крови пошел за ним. Ну, тот добежал до дому до своева, забежал, посередь пола пал и умер.
Видит охотник: сидит на залавке такой же мужик. Он и в его стрельнул, тот тоже пал. Видит: другой точно такой же сидит на грядочках. Он опять стрельнул, тот опять пал. Жена выбежала на улицу, запричитала:
«За двоих выходила за нормальных мужиков, а за третьего за лешия, и опять житья не стало». Ну, охотник ей и говорит: «Ну, айда, я тебя за себя возьму замуж». И увел ее домой к себе. В самом деле, видимо, есть эти лешие.
108. Мужики и леший
Рассказывал когда-то мой отец. Было их три брата. Пошли они лесовать осенью. Задожжело. Слякоть. Спички у их замокли. Огонь надо достать, а огня нету. Че делать? Когды-ко полезли оне на елку, высоко полезли, глядят: не увидят где-ко огонек. Вот увидели: огонь горит, — они и пошли к этому огню. Когда-ко подошли к огню, там лешой лежит, вкруг огня-то обвился пять раз и лежит.
Первой-от брат подошел, лешой ему и говорит: «Скажи небывальщинку, тогда получишь огонь. А не скажешь небывальщину, то из спины ремень вырежу у тебя». Брат стал рассказывать: «Было, — говорит, — у нас такое: в одну ночь сорок однорядок намолотили, нажали». — «Ну, это все былое, — леший говорит, — давай, ложись». Вот у брата вырезал из спины ремень и отправил его без огня. Другой брат пошел, так же сходил. Тоже без огня пришел.
Потом третий брат пошел, мой отец. Он приходит: «Здорово, дедушко!» — «Здравствуй, добрый молодец. Зачем пришел?» — «Да вот, — говорит, — дедушко, пошли мы лесовать, спички замокли, огонек бы надо». — «Давай, — говорит, — сказку мне расскажи, небывальщину. Расскажешь — вырежешь у меня со спины вожжи и огонь получишь». — «Давай, — говорит отец, — дедушко, садись да слушай: я буду рассказывать тебе!» Восподи! Лешой вился да вился, развился. Он сидя-то выше лесу, а как встанет, так до неба вовсе. Ну, вот.