Действительно, лучше и полнее высказаться обо всем этом трудно. Спасибо, Савва Васильевич, что не пожалели старания, дабы разобраться во всей этой нечисти и высказаться прямо и определенно. Тут требовались немалая выдержка и терпение, я вот не могу отличить Жванецкого от Жуховицкого и Дубовицкую от Диброва. По мне так все они на одно лицо. Только очень уж неприятное…
Поразительное сходство 1920-х и 1990-х годов нашего столетия настолько очевидно, так бросается в глаза, что толковать о том стало уже делом привычным. Да, конечно, сегодня не казнят людей по подвалам и оврагам, но убыль-то русского народа идет в неменьшей степени, чем тогда, а сопротивления никакого пока не наблюдается. Впрочем, оставим этот сюжет, у нас идет речь об искусстве.
Тогда в этой сфере тоже господствовали русофобские силы. Поносили МХАТ и знаменитый русский балет, Есенина, Алексея Толстого и Булгакова, кисло встретили «Тихий Дон». Зато на съезде ВКП(б) выступал с докладом «комсомольский поэт» Саша Безыменский, причем сварганил свое выступление в неких «стихах». В школах «проходили» сочинения земляков и дальних родственников Безыменского, учили наизусть, читали со сцен и трибун. Не стоит даже упоминать, что все те сочинители вскоре были отринуты от властных постов, давно забыты, а многие закончили дни свои грешные печально.
Как известно, чужой опыт, даже печальный, никого не учит. Нынешние разрушители тоже убеждены, что господство их вечно, почему с такой дикарской наглостью выставляют себя на всеобщий осмотр. Они ошибаются, мы убеждены в этом вместе с большинством русского образованного сословии. Впрочем, не станем заниматься предположениями, они зыбки и неубедительны. Обратим внимание на один совершенно очевидный признак в сравнении уровня искусств в 1920-х годах и в наше нынешнее неопределенное и неустойчивое время. Грозный признак проглядывает тут.
Кинем общий взгляд на уровень советского искусства в итоге первого десятилетия советской власти. Только что закончилось безумное кровопролитие Гражданской войны, для очень многих ее итоги еще не казались завершенными, и не только в эмиграции. И что же? Во славу новой, еще не устоявшейся власти были созданы многие произведения самых разных жанров и какого уровня!
Можно как угодно относиться к политическим взглядам Маяковского, но несомненно, что это был великий поэт, оказавший влияние на всю мировую литературу. Его поэма «Владимир Ильич Ленин», законченная уже в октябре 1924 года, это поэтический шедевр. Картина художника Петрова-Водки-на «Смерть комиссара» – это шедевр мировой живописи. В те же годы прославленный ныне Филонов создает композицию «Формула петроградского пролетариата». Чуть раньше Кустодиев пишет своего знаменитого «Большевика», потом «Праздник в честь Коминтерна». Кинорежиссер Эйзенштейн снял тогда же «Броненосец «Потемкин» и «Октябрь», к его эстетике можно относиться по-разному, но обе картины почитаются шедеврами мировой кинематографии.
Кинем краткий взор на архитектуру, одно из самых древнейших и впечатляющих искусств. Заметим попутно, искусство из самых дорогостоящих, а Советская страна тогда лежала в разорении и подвергалась свирепой блокаде богатым буржуазным Западом. И что же? Уже в 1924 году был составлен в основных чертах, а уже в конце 1920-х получил свое общее завершение Мавзолей Ленина – одно из чудес мировой архитектуры, с чем никакой Швыдкой не осмелится поспорить. Зато сегодня столица Российской Федерации загажена чучелами Церетели и Шемякина. И еще многоэтажными миллионе реки ми шишами, которые так уродуют наш русский исторический город.
Прервем перечень, ибо сказанного довольно.
Теперь перенесемся в наше время, эпоху неразвитого капитализма. Мыслимо ли вообразить, чтобы некий ныне живущий стихосочинитель сотворил (за любые баксы!) поэму «Борис Абрамович Березовский»? Или современный живописец начертал бы полотно «Смерть Абрамовича», даже наш великий Илья Сергеевич не решится на такое. Многостаночный лауреат Марк Захаров даже с помощью дочки и зятя не поставит ничего подобного «Броненосцу». Новоявленный Фадеев не написал бы роман «Разгром» в честь Гусинского, а Серафимович – роман «Железный банкир» в честь Ходорковского. И лауреат Государственной премии Российской Федерации
Новелла Николаевна Матвеева при всем своем долгом жизненном и поэтическом опыте не создаст «По долинам и по взгорьям» в честь освоения нефтяной Сибири Фридманом.
Однако хватит обо всех них и их несостоявшихся певцах.
Итак, «олигархи», правящие ныне в развороченной России, не смогли руками своей обслуги создать ничего ценного в искусстве. Это не случайность и не мелочь. Это убедительное свидетельство их ничтожества, а значит, и внутренней слабости. Таковое они пытаются прикрыть помпезными «праздниками», наградами и парадами, но народ испытывает от подобной суетни не только скуку, но и растущее раздражение. «Олигархическое правление» обречено изнутри. Ибо за любые деньги не создать высокого искусства и не обрести народной любви.
Sapienti sat.
Данная глава была уже закончена и отдана в печать, когда пришлось делать тут срочное добавление. Оно того стоит. В августе 2003 года в «Литературной газете» появилось небольшое сообщение, как оказалось, имеющее прямое отношение к нашей теме, назвать это можно было бы так: «Искусство и публика». В курортном городе Сочи, заполненном в августовскую жару праздными отдыхающими, торжественно объявили: в Зимнем театре состоится творческая встреча с телезвездой Шендеровичем. Так вот, из 1000 мест было продано… 25 билетов. «Встречу» отменили.
Мрачный вывод для всех Шендеровичей отсюда следует. Во-первых, все они до смерти всем надоели, а во-вторых, выяснилось, что по «ихнему» «телику» их всучивают нам насильно. Такова подлинная цена культурной обслуги «олигархов».
Мы, русские патриоты, не возлагаем надежд на «доброго царя»! Воистину, «никто не даст нам избавленья», если мы сами не займемся этим делом, и поскорее. Власть не выклянчивают, ее завоевывают в борьбе. Всякой. Разумеется, мы имеем в виду только борьбу за власть в «Государстве Останкино».
Какая странная премия…
В 1990-х годах вышел в переводе на русский язык американский двухтомник «Лауреаты Нобелевской премии». Даны биографии всех без исключения 552 лауреатов (не считая коллективных, так сказать, премий). Даны с портретом каждого и подробной библиографией: труды его самого и о нем. Построены биографии одинаково: родители, научная карьера (или какая иная), семья, любимые увлечения, суждения самого героя по разным поводам и оценка его другими знаменитыми лицами.
Так у русских читателей появилась – впервые со дня вручения первой премии в 1901 году – объективная возможность для изучения немаловажного вопроса: каков же собирательный портрет лауреатов?
Нам с детства внушали мысль, что Нобелевская премия есть чуть ли не вершина земного признания. Нет, не в школе нас тому учили и не на уроках марксизма-ленинизма в университетах, а как бы вроде и ниоткуда, зато настойчиво. Как-то считалось даже неловким сомневаться во всеобъемлющей ее ценности. Мы не раз слышали и читали, что уровень науки и культуры любой страны чуть ли не определяется числом этих самых лауреатов. Разумеется, Россия, а потом СССР плелись где-то в хвосте общего списка, находясь на уровне примерно Голландии, но сильно уступая Дании.
Что же прежде всего бросается в глаза, когда внимательно ознакомишься с полным пантеоном нобелевских лауреатов? Прежде всего некоторая пристрастность их подбора. О том, что в области литературы имеются всякие, скажем так, случайности, вполне убедительно высказался В. Кожинов (Дневник писателя. Мифы. Март-апрель 1996. «Столица»). Скажем, о том, что Шведская академия наук «не заметила» знаменитейших Ибсена, Золя, Герберта Уэллса, не говоря уже о Льве Толстом. Эти сюжеты более или менее у всех на слуху, как и то, что среди писателей, удостоенных такой премии, есть имена вроде бы необязательные.
Однако есть тут и некоторые иные обстоятельства, вызывающие вопросы. О них и пойдет далее речь. Прежде всего нельзя не заметить, что очень уж большая доля лауреатов приходится на скандинавские страны. Ну ладно, понятный вроде бы патриотизм, однако нельзя не отметить, что эти провинциально-земляческие чувства все же не могут так или иначе чуть не понизить всесветный авторитет премии.
Второе. Явное преобладание американцев. Причем не только коренных, но и граждан других стран и континентов, работавших в США. Никто не сможет отрицать выдающиеся достижения американской науки и культуры во второй половине XX столетия, вот почему она (наряду с другими причинами) стала сверхдержавой. Так, но почему столь ничтожно мало представлена среди лауреатов советская сверхдержава? Получается по этому наградному списку что Америка превосходила нас по всем статьям в десять и более раз. И подчеркнем: речь идет о временах ДО «перестройки». Всякому объективному наблюдателю ясно, что такого перепада между США и СССР не было. И тут самое время напомнить, что Шведская академия наук есть учреждение нейтральной страны. Однако политическое воздействие тут неоспоримо.
Теперь о религиозной стороне дела. Отчетливо заметно среди лауреатов преобладание деятелей разного рода протестантских толков, баптистов, квакеров и т. д. до бесконечности. Напомним, что Швеция – одна из старейших протестантских стран в Европе. Опять скостим немного на местный патриотизм. Католичество представлено только известной матерью Терезой. Хорошо, но почему нет ни одного католического прелата? А ведь во время движения Сопротивления, например, много католических епископов и священников проявили себя истинно героически. В Польше, скажем.
И совсем уж нет православных деятелей. Это тем более подозрительно, что из всех Христианских церквей наибольшие земные муки выпали в XX веке именно на нашу веру. Факт столь очевидный и так хорошо теперь известный, что не стоит продолжать далее. Добавим лишь, что Нобелевской премией не отмечены также православные деятели среди болгар, греков, румын и героических сербов. А из русских православных мирян вообще набралось только два человека – Павлов и Бунин (оба, кстати, Ивана). Заявляет о своем православии, и часто, Солженицын, но не станем отвлекаться.