Но благодаря стойкости 20-го корпуса попытка противника взять в клещи всю 10-ю армию провалилась – он прикрыл отход остальных соединений армии, приняв на себя всю мощь ударной группы 2-х германских армий – 8-й и 10-й.
Слабое ориентирование в обстановке, злоупотребления ночными маршами и тяжелая местность не позволили русским частям пробиться из окружения. Авангард корпуса сделал все, что мог. Но командование корпуса энергичными действиями своего авангарда не воспользовалось. Не были использованы и успешные действия боковых авангардов. Попытки прорыва 6 и 8 февраля успехом не увенчались. [166]
Из 14-ти полков соединения из окружения удалось выйти лишь двум. 20-й армейский корпус потерял с 31 января по 8 февраля 34 тыс. человек (60 % потерь всей армии) и 146 орудий, но нанес значительные потери и противнику в нескольких тактически удачных боях.
3. Окружение 48-й пехотной дивизии 24-го армейского корпуса в Карпатах 21–24 апреля 1915 г. После Горлицкого прорыва австро-германские войска перешли в наступление на операционном направлении Перемышль– Львов – во фланг и тыл русским корпусам, находящимся на северном склоне главного Карпатского хребта (от Дуклы до Вышкова).
На специфику отхода русских войск большое влияние оказали условия войны в горах – особое значение приобрела борьба за горные проходы. Войска германского 10-го армейского корпуса, занявшие г. Змигрод, обходили с правого фланга 49-ю пехотную дивизию 24-го армейского корпуса. Коммуникации соединения (шоссе из Дуклы в Кросно) были под огнем артиллерии противника. Командование корпуса выпустило управление из своих рук – вместо того чтобы организовать отход корпуса и следить за его выполнением, оно предоставило это начальникам дивизий. Начальники дивизий не поддерживали связи друг с другом.
Командование 48-й пехотной дивизии, неправильно организовав отход, потеряло много времени. Спецификой окружения этого соединения было то, что дивизия попала в окружение в обстановке отхода. В реализации окружения приняли участие правофланговый корпус германской 11-й армии и левофланговый корпус австрийской 3-й армии. Вместе с тем окружение противником 48-й пехотной дивизии тактически было неполным – полное окружение сложилось вследствие горных условий местности и благодаря недочетам в управлении этим соединением.
Мер к деблокаде дивизии принято не было ни стороны командования корпуса, ни со стороны соседа – 49-й пехотной дивизии. Тактически в основе действий 48-й пехотной дивизии, имевшей приказ об отходе, мог лежать только прорыв. В должной мере он также организован не был.
В итоге, вечером 23 апреля, близ д. Тилов, австрийцы захватили в плен около 8-ми тыс. человек. От 48-й пехотной дивизии сохранились 191-й пехотный Ларго-Кагульский полк, батальон 190-го Очаковского пехотного полка, некоторые тыловые части и 5 орудий.
Заметно, что оперативно-тактические масштабы окружений русских войск постепенно снижались (2,5 корпуса, корпус, дивизия), чтобы в дальнейшем сойти на нет. Русское командование научилось бороться с окружениями как в стратегическом (успешный отход из польского выступа летом 1915 г.), так и в оперативно-тактическом масштабах – особое внимание уделяя флангам и маневрированию резервами.
Присутствует и ряд примеров удачного противодействия русских войск операциям противника на окружение.
1. В Томашовском сражении 1914.
В результате поражения 4-й армии под Красником командование Юго-Западного фронта приказало 5-й армии сделать резкий поворот на запад для оказания помощи левому флангу своего соседа – 4-й армии. 5-я армия должна была выполнять 2 задачи, заставляющие ее направить свои корпуса веером – по двум расходящимся направлениям: на запад (для помощи 4-й армии) и на юг (для обеспечения левого фланга 3-й армии).
В результате 5-я армия подошла к полю сражения двумя группами корпусов (25-й – 19-й и 5-й – 17-й) и растянутой по фронту, попав под фланговый удар наступающей с юга австрийской 4-й армии.
После поражения фланговых корпусов 5-я армия оказалось разобщенной на боевые группы, причем изолированный 19-й армейский корпус сражался с тремя корпусами противника, наступающими на него со всех направлений. В своих воспоминаниях командующий австрийской 4-й армией М. Ауффенберг писал, что «…командующий армией уже 25 августа (нового стиля. – А. О.) после полудня принял решение на широкий развернутый двойной охват противника, который предполагался к северу от Томашова. Этот охват впоследствии был проведен и едва не привел к Каннам»[168]. Но командование 5-й армии устранило рассредоточение своих войск – левофланговый 17-й армейский корпус был подтянут ближе к 5-му (тем самым удалось создать единую группу из трех корпусов), а правофланговый 25-й армейский корпус действовал у Замостья.
Итогом этого стали отбитые 19-м русским армейским корпусом атаки 9-го и 6-го австро-венгерских армейских корпусов. Австрийская 15-я пехотная дивизия 6-го армейского корпуса, направленная в тыл 19-му корпусу, попала под фланговый удар русской 10-й пехотной дивизии 5-го армейского корпуса (в бою у Лащова ее потери убитыми и ранеными достигали несколько тысяч человек – в т. ч. 100 офицеров, 4 тыс. солдат попало в плен).
Но на флангах 5-й армии сохранялось тяжелое положение: 25-й армейский корпус был оторван от центральной группы корпусов (его отход на Красностав дал врагу возможнность обходить его с севера), а 17-й, будучи 15-го августа атакован во фланг армейской группой эрцгерцога Иосифа Фердинанда, стремительно отступал.
К вечеру 15 августа 9,5 пехотным и 3 кавалерийским дивизиям 5-й армии противостояли 12 пехотных и 3 кавалерийских дивизии противника. Вырисовывалась катастрофа центральной группы корпусов русской армии (5-го и 19-го) по образцу «самсоновской» – ее фланги оголены (фланговые 25-й и 17-й корпуса отходят, потерпев поражение). Австрийский 2-й армейский корпус наступал с целью глубокого обхода правого фланга армии, в центре против пяти русских дивизий, 19-го, 5-го и 17-го армейских корпусов сгруппировалось 7,5 пехотных дивизий австрийских 9-го, 6-го и 17-го армейских корпусов, а на левом фланге также обходной маневр осуществляли 3 дивизии армейской группы эрцгерцога Иосифа Фердинанда. Наконец, еще восточнее наступали части австрийской 2-й кавалерийской дивизии.
К вечеру 17 августа положение 5-й армии казалось безнадежным: реализовывался замысел противника по окружению центральной группы корпусов 5-й армии, охваченной полукольцом на фронте 60–65 км – для того, чтобы замкнуть кольцо окружения, австрийцам требовалось преодолеть пространство немногим более одного перехода (а это усилия 1–2 дней).
Но 17 августа командующий 5-й армией генерал от кавалерии П. А. Плеве приказал 25-му армейскому корпусу перейти в наступление и овладеть г. Замостье (и этим облегчить положение соседнего 19-го армейского корпуса) и выбить противника из Красностава, а 19-му, 5-му и 17-му армейским корпусам – «ни шагу назад». В контратаках против австрийцев приняла участие и стоявшая в резерве конница.
Войска 19-го корпуса проявили большую боевую устойчивость, сковав 2,5 австрийских корпуса, и этим стабилизировав положение как на остальном фронте армии, так на своем левом фланге.
Но тактически группировка 5-й армии оставляла желать лучшего, а ее корпуса понесли большие потери (до 50–60 % боевого состава). В этих условиях командарм принял 18 августа решение на вывод армии из-под ударов противника для перегруппировки и дальнейшего наступления.
Был осуществлен грамотный тактический маневр отхода под прикрытием артиллерийского огня арьергарда и конницы: армейская кавалерия (1-я и 5-я Донские казачьи дивизии) во взаимодействии с 25-м армейским корпусом отбросила австрийскую группировку к Замостъю, тем самым ликвидировав угрозу окружения. Дивизии 2-го армейского корпуса противника отхлынули к Замостью, потеряв 10 орудий. Обходящие левый фланг 5-й армии силы противника также были отброшены – частями Сводной и 7-й кавалерийских дивизий.
5-я армия оторвалась от противника и на 3 перехода отошла на север, осуществив новую перегруппировку и вернув себе свободу маневра. Общие потери 5-й армии в ходе Томашевского сражения составили до 30 тыс. человек (в т. ч. 10 тыс. пленными), австрийские же войска потеряли 40 тыс. человек (в т. ч. 20 тыс. пленными).
Таким образом операция на окружение, проводившаяся австрийским командованием, превратилась в обычное оттеснение противника, причем результат не оправдывал понесенных потерь.
2. В Лодзинском сражении 1914 г. германская 9-я армия должна была нанести удар во фланг и тыл русским 2-й и 5-й армиям (в полосе между линиями железных дорог Лодзь – Лович и Торн – Лович) и добиться их окружения.
29—30 октября в ходе боя у Влоцлавска германцы отбросили части 5-го Сибирского армейского корпуса, нанеся после этого удар 20-м армейским и 25-м резервным корпусами в правый фланг русской 2-й армии – по войскам 2-го армейского корпуса. Последний после дня боев отошел на Кути о.
Прорвавшись на стыке между русскими 1-й и 2-й армиями, германцы начали окружение последней. В этой ситуации русская 5-я армия с фронта Пабиянице – Ласк левым флангом нанесла контрудар, остановив продвижение 2-х корпусов противника. Но на правом фланге 2-й армии продолжала продвигаться ударная группа германской 9-й армии.
Тем не менее, именно действия частей 5-й армии и Ловичского отряда 1-й армии привели к тому, что противник не только не смог добиться окружения 2-й армии, к 9 ноября его ударная группа попала в окружение.
В Лодзинской операции отступление окружаемых русских войск имело бы самые неблагоприятные последствия – упорная оборона в сочетании с фланговым маневром явились действенными мерами противодействия операции на окружение со стороны противника: «5-я русская армия как железный клин врезалась между заходящими флангами немцев и не позволила им сомкнуться»