Первый боец Серова, идущий впереди погиб мгновенно, не успев даже выхватить оружие. Очень трудно это делать, когда в тебя несколько раз воткнули полметра стали. Однако эта смерть — в переулке было достаточно узко, и мертвый солдат перегораживал изрядную ее часть — подарила остальным несколько мгновений, чтобы осознать происходящее. Серов успел выхватить меч, Ариен на одних рефлексах, пытаясь не зацепить своих, бросил вперед простой огнешар, который, впрочем, особого урона не нанес: видимо у нападавших была хорошая противомагическая бижутерия.
В следующий момент на Александра набросилось сразу двое.
— Охраняйте мага, — успел бросить он своим драбантам, прежде чем вступить в схватку. В узком переулке ему гораздо удобнее было бы сражаться в одиночку, тем более что полагаться на фехтовальные таланты вчерашних крестьян все равно смысла не было. Проще потянуть время, пока маг соберет глаза в кучу и просто поджарит этих любителей ночных приключений.
Удар, блок, доворот корпуса — противник, увлекшись атакой проваливается и получает удар по плечу. Меч напарывается на пододетую кольчугу и соскальзывает вбок, вынуждая Серова делать пару шагов назад, чтобы успеть вернуть клинок. Впрочем, кольчуга мало помогает от так сказать «заброневого» воздействия и получивший свое с криком и повисшей безвольно рукой отходит назад, скрываясь за спинами своих товарищей. Минус один.
Видимо то, что так дела не будет, понимали и нападающие, потому что буквально через пару секунд в мага, через голову Александра полетели свертки с уже знакомым составом, заставившим всю группу поддержки и в первую очередь огневика чихать и кашлять.
— Уводите мага, быстро! — Пользы от них теперь все равно никакой, только маневр ограничивают.
— Сделаем! — Услышал Серов, отражая очередной удар. Звук торопливых удаляющихся шагов, а также прекращение кашля за спиной возвестили, о том, что он остался один.
«Ну ладно, теперь посмотрим кто кого», — капитан взвинтил темп и взорвался серией ударов. Косой сверху перетекает в укол, противник отскакивает назад, н обнажает при этом фланг второму нападающему, чем Александр и пользуется, вгоняя острие меча врагу под левую ключицу. Кольчуга на этот раз не спасает, она против колющих ударов защищает не очень хорошо, кольца расходятся и острие клинка вонзается в плоть. Не глубоко и не смертельно, но держать оружие правой рукой этот нападающий ближайшее время точно не сможет.
В какой-то момент Серов так увлекся схваткой, что совсем перестал контролировать обстановку вокруг. Он даже не обратил внимания, что группа бойцов перед ним совершенно незаметно уменьшилась на пару человек, а остальные уже не пытаются его атаковать, лишь сами сдерживая его атаки и потихоньку отступая к выходу из переулка. О том что что-то пошло не так, Александр догадался только тогда, когда почувствовал за спиной чье-то присутствие и услышал соответствующие шорохи. А потом один хорошо поставленный удар чем-то твердым по затылку отправил бравого рубаку в забытье.
Как обычно в таких случаях, в себя Серов приходил тяжело и крайне мучительно. Он далеко не сразу вспомнил, что произошло и почему он лежит на чем-то твердом, ему холодно, да и пахнет вокруг отнюдь не розами. Жутко болела голова, хотелось пить, а лежание на холодном, как было выяснено путем ощупывания, камне отзывалось ломотой в теле и неожиданно появившимся насморком. И да — вокруг было абсолютно темно: толи ночь, то ли помещение, в котором он находился не предполагало наличие окон. Сколько он вот так провалялся Александр понять не мог, и только по косвенным признакам понимал, что явно не пятнадцать минут.
Немного придя в себя, он попытался тактильным путем понять, где находится, и результат его совершенно не обрадовал. Совершенно пустой каменный мешок два метра длинной и чуть больше метра шириной. Даже соломенного топчана пожалели изверги, кто бы это не был.
В отсутствии других развлечений Серов попытался восстановить в голове последовательность событий, приведших его в такое негостеприимное место. Собственно, пенять кроме себя было не на кого: расслабился, потерял концентрацию в неподходящем для этого месте и вот получил.
Да и обращаться напрямую в гильдию наемников, пытаясь выведать имя неизвестного заказчика — глупость несусветная. Пользы от этого никакой, а вот вреда — полная котомка: засветился перед всеми заинтересованными лицами как новогодняя елка.
Главный вопрос, на самом деле, заключается в том, кто его сдал — наемники или юристы. Или и те и другие вместе. Впрочем, к чему задавать себе такие вопросы, когда главным насущным вопросом должен был быть вопрос освобождения. Вот только в его узилище был только один выход — даже на ощупь толстая, зачем-то дополнительно обитая железом дверь, и никакой хоть сколько-нибудь разумной возможности ее открыть или тем более выломать у Серова не было. Так что оставалось только ждать.
Сложно сказать сколько прошло времени — может час, может три, может пять. Когда у тебя до предела ограничено поступление информации от основных органов чувств, внутренние часы могут врать в очень широком диапазоне. Поэтому, когда снаружи лязгнул засов, Серов был практически рад — все лучше, чем сидеть в неизвестности.
Дверь открылась, по глазам резанул яркий свет — ну как яркий, после нескольких часов в темноте, любой свет будет таким. Александр попытался было прикрыться ладонью, но несколько рук подхватили его, подняли с пола и весьма профессионально скрутив повели вперед. Чувствовалось, что делают неизвестные конвоиры все это отнюдь не первый раз. И главное, опять не получалось ничего рассмотреть, только мелькающие каменные плиты пола перед глазами.
Долго идти не пришлось: неведомые конвоиры так же ловко завели его в другое помещение, усадили в массивное деревянное кресло и специальными ремнями зафиксировали его руки, ноги и шею, так что даже дернуться Серов не мог.
Происходящее нравилось капитану все меньше и меньше. Слишком обыденно, слишком профессионально работали неизвестные, а главное — абсолютно спокойно и обезличено. Лучше бы его начли материть с порога и дали по лицу — было бы хотя бы понятно, что делать, а такой холодный подход настораживал, заставляя мурашки бесконечно бегать вверх-вниз по позвоночнику.
Проморгавшись Александр смог осмотреться и увиденное ему не понравилось: кроме кресла, на котором он сидел, в комнате присутствовал стол, стул, а также несколько странных приспособлений, почему-то навевающих мысли о БДСМ развлечениях. Вот только очень вряд ли эти приспособы стоят тут для получения удовольствия, скорее наоборот.
Вновь открылась дверь и внутрь зашла колоритная пара — худенький плешивый мужичок с тетрадью и письменными принадлежностями в руках и здоровый бугай, с совершенно звериным лицом. Что будет происходить дальше вопрос отпал мгновенно, благо основные техники допросов не менялись тысячелетиями и Серову как-то даже приходилось в этом деле участвовать. Не в качестве вопрошающего, правда, а в качестве того, кто делает больно.
— Итак, молодой человек, — ботан сел на стул, открыл тетрадь и немного лениво посмотрел на капитана. Бугай стал за креслом вне зоны видимости. — Поведайте нам кто вы, и чем занимаетесь по жизни и в Нолидже.
Запираться Серов не стал, смысла в этом не было никакого. Понятное дело без особых подробностей — в этом деле существует правило отвечать только на поставленные вопросы — но рассказал и о себе и деле, которое привело его в город.
— Очень интересно, значит в Нолидже вы искали тех, кто мог бы заказать нападение на вас и ваших людей?
— Именно так.
— Прекрасно! А расскажите в таком случае, где и как вы познакомились с графиней Аннией ан-Уврит.
— Анния ан-Уврит?
— Именно. Графиня.
— Первый раз слышу это имя, — Серов был изрядно сбит с толку. Только что он думал, что его взяли из-за его прошлого и собирался косить на дурачка, соглашаясь отвечать на любые вопросы кроме самых важных, и тут его неожиданно поставили в тупик.
— Ну вот, а так хорошо начали, — на лице плешивого отобразилось искреннее разочарование. — Ровд!
В тот же момент Серову сзади прилетела по правому уху добрая плюха, отозвавшаяся звоном колокольчиков в голове.
— Давайте попробуем еще раз, молодой человек, — дознаватель сделал какую-то пометку в тетради. — И не советую запираться, мы все равно узнаем все что необходимо.
— Я и не думал запираться, — совершенно искренне возмутился Александр, — но я действительно не знаю ни одной графини!
— Ровд, еще!
Вторая плюха, видимо для разнообразия прилетела слева, но при этом была ни капельки не слабее — бугай, стоящий за спиной, был человеком талантливым и владел обеими руками одинаково хорошо.
«Настоящий амбидекстр, мать его», — мысленно выматерился капитан, но в слух ничего произносить не стал: выводить из себя надсмотрщика — занятие глупое и откровенно вредное для здоровья.
— Итак, отвечать на вопрос о графине вы отказываетесь? Я правильно понимаю?
— Почему отказываюсь? — Серов попытался отрицательно мотнуть головой, но ремень на шее сделать это не дал. — Я просто не знаю женщину с таким именем. Может вы опишите как она выглядит, и я попытаюсь вспомнить. Или расскажете, с чего вы взяли, что я могу знать эту вашу Анну.
— Аннию, — машинально поправил дознаватель и перелистнул тетрадь на несколько страниц назад. — Девушка восемнадцать лет, роста среднего, телосложения худощавого, длинные темные волосы, глаза зеленые, особые приметы — шрам на правой руке от укуса собаки. Знакомо?
Серов задумался на несколько секунд, но ничего подходящего под описание в голову не приходило. Он вообще последнее время не очень много общался с женским полом — достаточно уединенная замковая жизнь не способствует большому количеству новых знакомств. Жена, Никара, замковая прислуга, может быть ученики Ариена — вот, пожалуй, и все, с кем он мог пересекаться хоть сколько-нибудь близко.
— Нет, вроде ни с какими молодыми девушками не знакомился последнее время, — задумчиво протянул Серов, понимая, что ничем хорошим это для него не обернется. И оказался прав: по кивку плешивого надсмотрщик опять съездил ему по голове.