а заметив боковым зрением приближение капитана, она вскочила на ноги и без разговоров ткнула его появившимся как будто из ниоткуда кинжалом, после чего так же молча рванула к выходу, опрокинув на пути пару стульев и полового с тарелками.
— Ты как? — Подскочил к Серову видевший все это дело маг.
— Нормально, — капитан расстегнул камзол, под которым в качестве незаметной защиты он носил кевларовый бронежилет. Еще после прошлогодних событий в Берсонзоне, когда ему в поединке попортили шкуру, он достал из своего земного защитного снаряжения металлические пластины — сам кевлар отлично держит удары холодным оружием — и стал носить его под одеждой в качестве скрытой защиты. — До тела не достало.
— Что это было? — Ариен удивленно посмотрел вслед сбежавшей девушке.
— А что б я знал, — поморщившись ответил барон. Кевларовая ткань хоть и не дала ножу порезать шкуру, однако приятного в этом все равно мало: сам импульс-то никуда не девается. — Видят Боги я к ней больше никогда не подойду. Психованная дурочка, одни проблемы от нее.
Одно из центральных мест у входа в Большую Арену занимала огромное деревянное табло, на котором мелом организаторы расписывали сетку будущих соревнований. Серов подошёл к нему в надежде увидеть имя барона Понтер среди записавшихся на завтрашние бои. По сведениям Диная этот владетель несколько раз принимал участие в турнире и именно в соревновании пеших бойцов.
Зачем капитану участие барона в турнире? Банально: как в огромном по местным меркам городе, переполненном дополнительно приезжими, найти одного нужного тебе ублюдка? Авенбург больше напоминал разворошенный улей чем город, все гостиницы были забиты, по дорогам во всех направлениях слонялось куча народа, а сама Арена вмещала тысяч эдак сто пятьдесят зрителей, — возможно полное население герцогства в спокойное время — и постоянно была заполнена до отказа. Как тут искать конкретного человека — вопрос, что называется, на миллион.
«Горин, Лапре, Дорвк, Хорув, Кус», — Саров сверху вниз пробегал по строчкам предстоящих схваток не особо вчитываясь: знакомых рыцарей, которые могли бы сегодня присутствовать в Авенбурге у капитана не было. — «Прогер, Жорт, Алировай, Кортунг, Фористор, Серов, Уког. Стоп!».
Александра как будто пробило молнией. Он несколько раз моргнул, потрусил головой пытаясь изгнать наваждение и поднял взгляд обратно на написанные ровными рядами строчки. Все верно, он не ошибся и на галлюцинацию это тоже было похоже весьма слабо.
— Какого хрена! — Стоявшие рядом люди от громкого восклицания на незнакомом языке дернулись и удивленно посмотрели на возмутителя спокойствия, на что, впрочем, капитан внимания не обратил, его другое занимало. — Все верно барон А. Серов, никакой ошибки или явления однофамильца. Надо разобраться.
Серов дернулся было уже ругаться с организаторами, но сначала решил закончить то, зачем пришел. Список фамилий был хоть и очень большим — пешие схватки, они самые щадящие в плане необходимой экипировки, да и небольшой вступительный взнос делал эту дисциплину наиболее популярной.
Имя барона Понтер по закону подлости оказалось в самом низу, однако радоваться Серов не спешил, сначала нужно было разобраться с его фамилией на стенде.
— Что значит не может быть ошибки!? — Серов с трудом сдерживал себя в руках. Улыбающийся во все тридцать два зуба распорядитель лишь кивал, теребил козлиную бородку и талдычил, что ошибка исключена и, если имя Серова есть на доске, значит он сам подал заявку на участие. — Демоны! Я этого не делал, провалами в памяти не страдаю!
— Вот журнал, ваша милость — служащий арены одним движением водрузил на стол приличных размеров гроссбух, открыл его и перелистнув несколько страниц ткнул пальцем в нужную строчку. — Вот запись. Барон А. Серов, «лично», вот подпись о внесении платы за участие.
— Ааа! Врёшь, борода! — Серов жестом фокусника вытащил из внутреннего кармана герцогское приглашение и сунул его под нос распорядителю, — Вот! Если бы я регистрировался сам, то не стал бы платить. У меня есть личное приглашение правителя!
В глазах бородатого на секунду мелькнуло сомнение, однако на словах это никак не отразилось.
— Сожалею, господин барон, однако никаких сомнений в достоверности записи быть не может!
— И что? Любой может вот так просто зайти к вам и зарегистрироваться от имени другого человека?
— Как? Что вы такое говорите, ваша милость. Ни разу такого не было, это же какой скандал получился бы?! — Замахал руками бородатый, однако по отведённому на мгновение взгляду Серов предположил, что на самом деле такое случается не первый раз.
— А если я просто откажусь выходить на арену? Я участвовать не хотел и не хочу, а вашу плату можете оставить себе.
— Вы что, ваша милость, — бородатый опять активировал режим ветряной мельницы, — это же урон чести какой? Позор! Никак нельзя на отказаться ристалище выходить. Это же глашатаи всем объявят, что рыцарь не явился, все знать будут!
— Понятно… — задумчиво протянул барон. И сто тысяч человек включая цвет дворянства со всего континента будет знать, что барон Серов — трус. С такими репутационными потерями останется только стереть персонажа и начать прокачку с ноля. — Спрыгнуть, значит уже не получится, придется участвовать.
Вот она ловушка, о которой он все время думал. Вообще ехать сюда не стоило, плохая была идея.
Глава 11
— Следующая пара! Барон Серов, из Вольных Баронств против сэра Уког из Ветлана, — голос глашатая, усиленный медными трубами, возвестил о начале первого для Александра турнирного поединка.
Капитан, не торопясь вышел из-под каменной арки на желтый песок. С этой точки зрения арена выглядела еще более внушительно: уходящие в небо трибуны давили на психику, подавляли своим величием. Если бы капитан в своей жизни не видел зданий и побольше, вероятно, ему было бы совсем не уютно. Страшно даже представить, что может ощущать какой-нибудь провинциальный рыцарь, ничего кроме отческого замка в жизни не видевший.
Серов обернулся вокруг совей оси рассматривая трибуны. Интересный выверт межмировых корреляций. В Риме на похожей арене — разве что Колизей поменьше все же был — дрались рабы, а тут рыцари считают за честь выступать на потеху «почтенной» публике. Чувствовался во всем этом какой-то легкий привкус тухлятины.
Несколько взмахов мечом — это все же турнир, поэтому использовались затупленные болванки, за чем внимательно следили маршалы — привыкая к несколько отличавшемуся балансу, и вот перед ним появляется его первый противник. Была у Серова мысль намеренно проиграть в первом же туре, чтобы свести риск нарваться на специально подосланного человека — после произошедшего с регистрацией, сомнений в «честности» будущих жеребьевок у него и близко не возникало — к минимуму, однако чувство самосохранения вопило об опасности и требовало защищать свою шкуру всерьез.
Противник на вид ничем особо примечательным не отличался: стандартный рост, длинная до середины бедра кольчуга, наручи, щит и меч в руках, на голове закрытый шлем. Это было одно из правил турнира, открытые шлемы не допускались: организаторы старались блюсти хотя бы видимость заботы о жизни и здоровье участников турнира, хотя и при таких раскладах смерти случались почти каждый год. К чести герцога, тех кто не погибал прямо на арене до остановки поединка маршалами, лечили местные целители, причем совершенно бесплатно, а поскольку цели именно убить противника во время поединка никто особо не ставил, летальных случаев действительно было куда меньше, чем могло бы.
Впрочем, и тут был один забавный нюанс, отлично характеризующий все местное общество в целом, и рыцарское сословие в частности. Правила допускали вызов на поединок до смерти или до результата между двумя рыцарями, сражающимися на одной стадии турнира. Правда для этого должны были быть соблюдены целый ряд условий: сословное равенство — рыцарь не мог вызвать барона, а барон графа — плюс турнирная комиссия должна была признать причины такого вызова обоснованными: откровенных убийств наемными бретёрами, понятное дело, допускать никто не собирался. Для репутации такие эксцессы не сильно полезны.
Серов, узнав было про последнее правило, думал тут же своего несостоявшегося — дважды — убийцу и вызвать, решив, таким образом, проблему раз и на всегда, однако в последний момент природная осторожность взяла верх. Это в своем баронстве он был самой крупной щукой, а выехав в места поцивилизованнее вполне можно было бы нарваться на специалиста и покруче. Несмотря на то, что прошло два года, бывший спецназовец до сих пор отлично помнил, как двигался тот самый убитый мастер меча, с которого он гномий клинок подобрал. Если он от пуль умудрялся уворачиваться, то такого мамкиного бойца как Александр — насчет своих умений у него сомнений не было — пошикует в орочий клец за пару секунд. Было бы очень глупо так закончить свою только начавшую восходить к вершинам карьеру самовластного феодала. Так что Серов решил сделать паузу и посмотреть, а потом уже во втором круге думать над вызовом барона.
Поединок начался с удара гонга, из-за большого количества участников в первом круге одновременно на разных концах арены стартовали сразу две пары, однако другие два участника турнира, находящиеся от него в тридцати метрах, Серова волновали до крайности мало. Рыцарь перед ним, раскусивший в Александре неопытного поединщика, сходу ринулся вперед, намереваясь смутить напором, ошеломить, затоптать и, вообще, не дать опомниться.
Тут конечно, вышла у рыцаря с парой золотых львов в изумрудном поле на щите промашка. Вот уж чем-чем, а попыткой насадить себя на длинный кусок стали Серова смутить было сложно, слишком уж часто подобные ситуации возникали в жизни барона последние пару лет. Да и до того жизнь капитана была очень далека от понятия «спокойствие».
Не суетясь, Серов просто отступил назад-влево, уходя с вектора атаки и заставляя противника «догонять». Тот, недолго думая широко рубанул мечом, пытаясь кончиком достать Александра, однако Серов поднырнул под меч — уже тут стало понятно, что львиный рыцарь ему не противник — и шитом как тарном ударил во вражеский корпус.