Из чего следует, что Вайол нельзя передавать мою историю даже в самых общих чертах. Что бы я ни сказал, от меня рано или поздно потребуют полного отчета. Если же я верну Судный Камень на место без всяких объяснений, никто не станет меня допытывать, и все еще может обойтись. Зачем лгать, если есть способ избежать расспросов?
Я размышлял дальше. Все, чего я хочу, – оградить усталого, занятого человека от лишних забот. Он ничем, или почти ничем, не может мне помочь. Противостояние Логруса и Пути важно лишь в метафизическом смысле, на практическом уровне оно не должно иметь никаких последствий – ни хороших, ни дурных. В крайнем случае я всегда успею сказать Рэндому.
Отлично. Чем хороши рассуждения – всегда можно убедить себя, что поступаешь благородно, а не, скажем, трусливо. Я потянулся, хрустнул суставами.
– Призрак? – спросил я тихо.
Нет ответа.
Я потянулся за картами, но не успел их достать, как в комнату вкатилось светящееся кольцо.
– Ты ведь слышал!..
– Я почувствовал, что нужен тебе, – отвечал он.
– Ладно, – сказал я, снимая через голову цепочку и держа Камень рядом с собой. – Сможешь ты незаметно вернуть его в монаршьи покои, в потайное укрытие возле камина?
– Я боюсь его трогать, – сообщил Призрак. – Не знаю, как его структуры повлияют на мои.
– Ладно, – сказал я, – видимо, придется мне сделать это самому. Однако пора проверить одну гипотезу. Если Путь попробует причинить мне вред, пожалуйста, перенести меня в безопасное место.
– Хорошо.
Я положил Камень на соседний столик.
В следующие полминуты я понял, что весь напрягся, ожидая нападения со стороны Пути. Я расслабил плечи. Глубоко вздохнул. Я был цел. Возможно, Дворкин прав и Путь оставит меня в покое. К тому же теперь я могу призывать Путь из Камня, как призывал Знак Логруса. По словам Дворкина, некоторые магические действия совершаются только таким способом, хотя он и не удосужился объяснить мне, какие именно, – мол, чародей сумеет разобраться сам. Я решил, что это не горит. Сейчас у меня не было охоты связываться с Путем в любом из его воплощений.
– Эй, Путь, – сказал я. – Идешь на мировую?
Ответа не последовало.
– Мне кажется, он знает, где ты и что сейчас сделал, – промолвил Призрак. – Я чувствую его присутствие. Возможно, ты и впрямь счастливо отделался.
– Возможно, – кивнул я, доставая карты.
– С кем ты хочешь поговорить?
– Меня интересует Люк, все ли с ним хорошо. Еще меня заботит Мэндор. Ты вроде отправил его в безопасное место?
– В самое что ни на есть, – отвечал Призрак. – Королеву Джасру тоже. Хочешь видеть и ее?
– Вовсе нет. Вообще не хочу никого из них видеть. Только узнать…
Я не успел договорить, как Призрак уже исчез. Даже не знаю, что лучше – его прежняя враждебность или теперешнее желание угодить.
Я вытащил карту Люка и сосредоточился.
В коридоре раздались шаги. Кто-то, не задерживаясь, миновал мою комнату.
Люк явно ощутил мое появление, однако я ничего не видел.
– Люк, ты меня слышишь? – спросил я.
– Ага, – отвечал он. – С тобой все хорошо, Мерль?
– Со мной-то да, а с тобой? После такого сражения…
– У меня все замечательно.
– Я слышу твой голос, но ни шиша не вижу.
– Я поставил на карту заглушку. Ты разве не умеешь?
– Никогда не пробовал. При случае научишь. А зачем это?
– Чтобы ко мне нельзя было заглянуть и проникнуть в мои ближайшие планы.
– Если ты вздумал совершить разбойный набег на Амбер, я сильно обижусь.
– Да ну тебя! Я же поклялся! Это совсем другое.
– Я думал, ты в плену у Далта.
– Мое положение не изменилось.
– Слушай, раз он тебя чуть не убил, а на днях разгромил в пух и прах…
– Первый раз он наступил на оставленное Шару заклятие-ловушку, второй раз это было по делу. А сейчас – молчок, и вообще, мне пора бежать. Пока.
Люк отключился.
Шаги смолкли. Я слышал, как открылась и закрылась дверь, но не слышал, чтобы кто-нибудь разговаривал. Странно. Стучали близко, то есть либо ко мне, либо к Бенедикту. Бенедикта точно нет, а я, кажется, забыл, уходя, запереть дверь. А значит…
Я взял Судный Камень, пересек комнату и вышел в коридор. Подергал дверь к Бенедикту. Заперта. Заглянул в поперечный коридор, дошел до лестницы – никого. Вернулся к своей двери и прислушался. Оттуда не доносилось ни звука. Оставались комнаты Джерарда в боковом коридоре и Брэнда – следующие за моими. Одно время я подумывал сломать стенку – в духе затеянных Рэндомом переустройств – и расширить свои апартаменты за счет Брэндовых. Остановили меня слухи о якобы водящихся там привидениях да ночные стоны из-за стены.
Я постучал сперва к Брэнду, потому к Джерарду, подергал ручки. Никто не ответил. Обе двери были заперты. Все страннее и страннее.
Когда я тронул дверь к Брэнду, Фракир дернулась. Я насторожился, но ничего дурного не произошло. Я уже решился списать это на обрывки зловещих чар, которые иногда проплывают по коридору, когда увидел, что Судный Камень пульсирует.
Я поднял цепочку и заглянул в Камень. Да, там обретала очертания картинка. Отчетливо виднелись коридор за углом и две мои двери. Левая – та, что ведет в спальню, – была обведена красным и мигала. Означает ли это, что я должен бежать туда – или оттуда? Беда с мистическими советами.
Я вернулся за угол. Камень, видимо, уловил мои сомнения и решил уточнить – я на картинке открыл очерченную красным дверь и вошел. И, разумеется, она-то и оказалась заперта.
Я перерывал карманы в поисках ключа и думал, что не смогу даже ворваться в комнату с обнаженным мечом в руке – Грейсвандир остался у отца. Правда, я вооружился парой хорошеньких заклятий. Может, они меня и спасут. Может, и нет.
Я повернул ключ и рывком открыл дверь.
– Мерль! – вскрикнула женщина, и я увидел, что это – Корэл. Она стояла над своей мнимой сестрой – ти’игой и при моем появлении спрятала руку за спину. – Ой, ты меня напугал.
– А ты – меня, – сказал я. – Что случилось, сударыня?
– Я вернулась сказать тебе, что нашла отца и успокоила его твоей историей про Зеркальный Коридор. А здесь и впрямь такой есть?
– Есть. Хотя в путеводителях ты его не найдешь. Он исчезает и появляется. Значит, с отцом ты разобралась?
– Угу. Но теперь он гадает, куда запропастилась Найда.
– Это хуже.
– Ага.
Корэл покраснела и прятала глаза. Она явно видела, что от меня не скрылось ее смущение.
– Я сказала, что она, наверное, тоже бродит по замку.
– М-м-м.
Я перевел взгляд на Найду. Корэл тут же встала между нами, положила руку мне на плечо, приникла к груди.
– Я думала, ты собираешься лечь, – сказала она.
– Я и собирался. И даже лег. А сейчас занимался кое-какими делами.
– Не понимаю.
– Временные линии, – объяснил я. – Удалось выгадать несколько часов и отдохнуть.
– Здорово, – сказала она, касаясь губами моих губ. – Я рада, что ты отдохнул.
– Корэл, – произнес я, слегка обнимая ее плечи, – нечего мне вкручивать. Когда ты уходила, я падал от усталости, и ты это прекрасно видела. Идя сюда, ты ожидала застать меня спящим.
Левый кулак она по-прежнему держала за спиной. Я поймал ее запястье, крепко сжал и вытащил вперед. Корэл сопротивлялась – я не ожидал, что она окажется такой сильной. Я не стал разжимать ей пальцы, поскольку и без того видел, что у нее в кулаке – колдовской шарик Мэндора. Я отпустил ее запястье. Корэл не отпрыгнула, а наоборот – подняла голову, взглянула мне прямо в глаза и твердо заявила:
– Я все объясню.
– Уж пожалуйста, – сказал я. – Хотя это следовало бы сделать раньше.
– Может, это и правда, что тебе сказали насчет Найды – будто она умерла и в нее вселился демон. Только в последнее время она была ко мне добра. Наконец-то у меня появилась сестра, о которой я всегда мечтала. И вот я вижу ее у тебя в таком состоянии и не знаю, как ты собираешься с ней поступить…
– Поверь, Корэл, я не сделаю ей ничего дурного, – перебил я. – Хотя бы в благодарность за… ну, за прошлое. На Теневой Земле – я тогда был молодым и наивным – она несколько раз спасала меня от смерти. Можешь за нее не тревожиться.
Корэл склонила голову и прищурила глаз.
– Из того, что ты мне сказал, это никак не следовало, – промолвила она. – Я вернулась, рассчитывая, что ты спишь, что мне удастся снять заклятие – хотя бы настолько, чтоб с ней поговорить. Я хотела убедиться сама, моя ли это сестра или кто-то другой.
Я вздохнул и собрался потрепать ее по плечу, но тут заметил, что левой рукой по-прежнему держу Судный Камень. Поэтому я правой сжал ее локоть и произнес:
– Слушай, я все понимаю. Конечно, это было свинство – показать тебе ее спящей и ничего толком не объяснить. Постарайся меня простить – я действительно страшно замотан. Уверяю тебя, ей не больно. Только прошу – не пытайся снять заклятие прямо сейчас. Не я его наложил, и…
В это самое мгновение Найда тихо застонала. Я с минуту глядел на нее, но ничего больше не произошло.
– Откуда ты взяла этот металлический шарик? – спросил я. – Не из воздуха же?
Корэл помотала головой:
– Он был у нее на груди. Под ладонью.
– Как ты догадалась туда заглянуть?
– Рука лежала неестественно. Вот и все. На, держи.
Она протянула мне шарик. Я взял, взвесил его на ладони. Я понятия не имел, как им пользоваться. Металлические шарики для Мэндора – то же, что Фракир для меня: сугубо личное колдовское орудие, вызванное в сердце Логруса из его подсознания.
– Ты положишь это на место? – спросила Корэл.
– Нет. Как я уже говорил, это не мое заклятие. Я не знаю, как оно действует, и предпочитаю с ним не шутить.
– Мерлин? – прошептала Найда, не открывая глаз.
– Поговорим-ка в другой комнате, – сказал я. – Только прежде я наложу на нее свое собственное заклятие. Обычное снотворное…
Воздух за спиной Корэл заискрился, закружился. Увидев по моим глазам, что там что-то не так, она обернулась.