Мишка оглянулся.
— Ты что стекла колотишь? — улыбнулся врач.
Мишка удивленно посмотрел на свой окровавленный кулак.
Врач сорвал с лица повязку и сунул в рот сигарету.
— Нина?.. — тихо спросил Мишка.
— Пришла в себя. Все обойдется без последствий. Иди, пусть тебе руку перевяжут. Потом — домой. Отдыхай!..
Мишка послушно пошел. Из полуоткрытой двери третьей палаты торчал толстый хвост Бобика. Больные весело смеялись. Пес гавкнул и хохот стал гомерическим.
— Сиволапов, колбасу прячь!..
— «Академик» с проверкой пришел!..
Леночка подошла сзади и уткнулась носом в плечо Виктора Степановича. Девушка тихо всхлипнула.
— Дурак!.. — сказала она. — Какой же ты дурак!
— Наверное… Я раньше не понимал, почему так быстро летит время, — быстро заговорил врач. — А Мишка взял и рассадил кулаком стекло. Мне порой хочется сделать тоже самое. Чудеса все-таки есть, да?..
— Это не ее пес, — сказала Леночка.
— Что?!..
— Бобик никогда не принадлежал Нине, — повторила Леночка. — Это собака водителя. Нина удивилась. Я соврала, что водитель лежит в соседней палате.
Девушка заплакала и стукнула кулачком по руке доктора Семушкина.
— Боже мой!.. — громко закричала она. — Я же люблю тебя! Уже целых полтора года люблю! А кого ты видишь, кроме себя? О чудесах тут каких-то говоришь, а сам?!..
Виктор Степанович не знал, куда деть глаза от смущения.
Когда вдруг вернулся Мишка, он облегченно вздохнул.
— Вот, — сказал Мишка, протягивая всхлипывающей Леночке баночку с чем-то темным. — Клубничное варенье для Нины.
— Какое еще варенье? — удивился Виктор Степаныч.
— Обыкновенное, — сказала Леночка. — Нина попросила.
«Но Мишка еще не видел Нину!..» — пронеслось в голове врача.
Мишка потоптался на месте и, не зная, что сказать, виновато улыбнулся…
Мишка шел к автобусной остановке вместе с Бобиком. Пес весело лаял на кошек и казалось, был в самом веселом расположении духа.
Виктор Степанович и Леночка смотрели в окно.
— Слов нет!.. — улыбаясь, сказал Виктор Степанович. — На Мишку никто и не смотрел даже. Курлянцева гнала… А он… Если бы не он… Хотя кто знает?
— Тебя Курлянцева вызывает, — вдруг сухо перебила Леночка. — Нужно подписать бумаги для ее научного талмуда.
— Констатация чуда? — улыбнулся врач.
Возле двери Виктор Степанович оглянулся.
— Леночка, сегодня я приглашаю тебя на свидание, — весело сказал он. — В шесть, возле «Пролетария». Придешь?..
— Конечно, нет! — фыркнула Леночка.
— Хорошо, — улыбка врача стала шире. — Тогда я буду просто стоять и ждать неизвестно чего.
Леночка еще долго стояла у окна и смотрела на дождь. Она подумала о том, что чудеса все-таки иногда случаются. Правда, настоящее чудеса никогда не случаются только ради одного человека… А когда людей двое, то это уже судьба… Или нет — дорога!..
Иуда
Всю неделю Толику снились запахи. Запахи были самыми разными, начиная от упоительного «фимиама» жареного поросенка и заканчивая ароматом чистейшего спирта, настоянного на сорока травах.
— Я готов! — Толик пригладил ладошкой упрямый хохолок на голове и отошел от зеркала.
Люся вязала в кресле.
— Ну, чего ты?.. — Толик удивленно смотрел на жену. — Опоздаем же!
— Мы никуда не пойдем, — не поднимая головы, сухо и твердо сказала Люся. — Я поссорилась с Наташкой.
Толик медленно опустился на стул.
— Как это поссорилась?! — его голос трагически дрогнул.
— Очень просто — на всю жизнь.
Субботние вечеринки у Петровых продолжались весь октябрь. Годовщину свадьбы сменила целая серия дней рождений. Розовощекая теща Петровых с регулярным постоянством курсировала между городом и деревней. Когда женщина с аппетитно пахнущими сумками шла от остановки автобуса к подъезду дочери, участковый милиционер не переставал удивляться обилию бездомных собак в своем районе.
Толик сглотнул слюну. Веселый праздник хмельного застолья испарился как дым.
— А может, ничего, а?.. — Толик умоляюще смотрел на жену. — Пошли!
Люся подняла глаза. У Толика было жалкое, растерянное лицо.
— Нет! — коротко и холодно бросила Люся.
Толик целую минуту тупо рассматривал телевизор в углу.
— Мне в гараж нужно, — наконец с трудом выдавил он. — Я, в общем… Я пойду…
Люся ничего не ответила. Стараясь не смотреть на жену, Толик вышел из комнаты. В прихожей тихо хлопнула входная дверь.
Люся вдруг поняла, что сейчас заплачет.
«Сбежал, подлец! — мысль была жгучей, как крапива. — К Петровым ушел, иуда!!..»
Люся бросила вязание и закрыла лицо руками…
Петровы жили на двумя этажами ниже. Дверь открыла сама хозяйка.
— А Люся где? — на лице Наташки было неподдельное удивление.
— Она это… — Толик смущено рассматривал свои ботинки. — Она заболела, в общем! А я так… Я к вам не надолго зашел.
По лицу Наташки скользнула легкая тень.
— Проходи, пожалуйста, Толя, — она улыбнулась.
В зале Толика приветствовали радостные крики гостей. Наташа усадила его за стол. Царство ароматных запахов распахнуло свои двери до предела.
— Штрафную ему!.. — весело рявкнул муж Наташки Сергей.
Слегка разведенный спирт пах луговыми цветами и пчелиным медом. Первые пятьдесят грамм огнем прошлись по горлу и уютно устроились в желудке Толика.
— Ну, как, братан? — Сергей по-заговорщески подмигнул.
Толик блаженно улыбнулся. Куски мяса таяли во рту, а рядом с локтем уже стоял второй, полный до краев, стаканчик…
Сначала Люся не обратила внимания на звонок. Потом она оставила в покое уже порядком покусанный кулачок и поплелась в прихожую.
За дверью стояла улыбающаяся Наташка. Она держала перед собой поднос, прикрытый сверху большой салфеткой.
— А я к тебе! — Наташка весело подмигнула. — Пустишь в гости?
Люся растерянно улыбнулась в ответ и посторонилась.
— Ну, их, этих мужиков, — не теряя непринужденной веселости, болтала Наташка. В комнате она сразу же принялась накрывать на стол. — Я по тебе соскучилась. Люсечка, милая, прости меня, пожалуйста, а?.. Иногда я такое ляпну, что потом сама удивляюсь.
Люся радостно кивнула.
— Я ведь тоже погорячилась… — она робко улыбнулась. — Правда?
— Правда. Только дура все-таки я, а не ты.
Люське вдруг хотелось засмеяться от облегчения.
— Так, за что выпьем? — Наташка потерла ладошки. — Кстати, ты что стоишь? Садись! За мужиков пить не будем, им пока и без нас весело. Давай за тебя?
— И за тебя!..
— Мужики, анекдот! — Серега размахивал руками как дирижер. — Здоровая баба говорит милиционеру: «Товарищ милиционер, вон мужик лежит, он вырвал у меня сумочку!» Милиционер спрашивает: «Ну, если вы сами нокаутировали грабителя, значит все в порядке, да?..» Баба: «Товарищ милиционер, вы — бездельник! Немедленно подайте даме сумочку!..»
Толик ерзал на стуле и посматривал на часы. Стрелки показывали уже половину девятого. Толик с тоской думал о своем возвращении домой и откладывал его с минуты на минуту…
…Люська смеялась до слез.
— Или вот еще, — продолжала Наташка. — Пьяный мужик приходит домой. Он молча протиснулся мимо жены, но споткнулся о трехколесный велосипед сына и шлепнулся на пол. Жена злорадно говорит: «Ага!.. Вот видишь, я тебя предупреждала!» Муж бормочет себе под нос: «Действительно!.. И зачем только я купил этот велосипедик?!»
Наташка достала сигареты. Взглянув на закрытую форточку, она встала подошла к окну, но уже протянув вверх руку вдруг замерла.
— Наташ, расскажи еще что-нибудь! — Люська восторженно смотрела на подругу. — Пожалуйста!..
— Подожди, — Наташка ткнула незажженной сигаретой в окно. — Посмотри, вон Толик сидит, как гриб под дождем. Наверное, домой боится идти.
Люська быстро встала.
— Где?
Толик сидел на лавочке возле подъезда, подняв воротник легкого плаща. Он сильно горбился и немного кренился на бок.
— Правильно делает, что боится, — твердо сказала Люся. — Предатель!
— Ты знаешь, так нельзя, — Наташка мягко улыбнулась. — В конце концов, можно понять и простить любого человека.
— Даже этого иуду?!
— Иуду?.. — Наташка покачала головой. — Может быть, я и не очень хороший адвокат, Люся, но твоего Толика я смогла бы оправдать даже перед средневековой инквизицией!..
Холод пробирал до костей и тепло держалось только в желудке.
«В гараж пойти ночевать, что ли?.. — Толик нашарил в кармане пачку сигарет, и спички. — Околеешь тут совсем…»
Он оглянулся и тоской посмотрел на окна своей квартиры. На мгновение ему показалось, что за шторой мелькнула чья-то тень.
Толик поежился. Спички были мокрыми. Толик с трудом зажег одну и вдруг заметил, что у него предательски дрожат руки…
Лицо Наташки было строгим, как у судьи.
— Хорошо, давай во всем спокойно разберемся. Скажи, твой Толик виноват в нашей ссоре?
— Нет, — Люся пожала плечами. — Но какая разница виноват он в ней или нет?
— Не спеши!.. Итак, Толик узнал о нашей ссоре только перед уходом. Скажи, когда Толик уходил, ты знала, что он пойдет к нам?
— Да.
— Ты пыталась удержать его?
— Нет. Он же взрослый человек!
— Взрослый?.. — Наташка снисходительно улыбнулась. — Отлично! Теперь давай поставим самих себя на место твоего мужа…
Люся поморщилась и снова — теперь уже более осторожно — выглянула в окно. С высоты третьего этажа фигура на лавочке под дождем казалась маленькой и жалкой.
«Толик фуражку не надел, — механически подумала Люся. — Простудится еще…»
— Значит, обвинение не возражает?.. — Разгоряченное лицо Наташки уже светилось от азарта. — Итак, во-первых, я абсолютно уверена в том, что Толик очень ждал эту субботу. Очень ждал, понимаешь?..