Наконец с официальной частью было покончено. Хороший Волшебник подал знак и из большого сарая в сопровождении гномов выкатил… ну, условно это можно было назвать автомобилем. Больше всего это громоздкое, сияющее позолотой сооружение напоминало огромную, слегка сплюснутую детскую коляску, поставленную на колеса от биг-фута. Мотор, похоже, размещался под днищем, и конструкция его было довольно оригинальной, поскольку с каждой стороны торчало по три небольших выхлопных трубы, украшенных позолоченными фигурками каких-то крылатых зверьков.
– Вот это тыква! – восхитился Сашка.
К счастью, Хороший Волшебник его не услышал. К нему подошел, колобком скатившийся с водительского сиденья, почтенного вида гном и недовольно заворчал, указывая на то, что можно было посчитать багажником. По крайне мере, этот шкафчик с раскрывающимися и болтающимися при движении дверцами больше всего походил на багажник. Хороший Волшебник согласно кивнул и гном, немного косолапя, подошел, закрыл дверцы и, пропустив тонкую бечевку сквозь ручки, завязал ее аккуратным бантиком.
– Это он багажник запер, – прокомментировала Оля. – Что ж, должна сказать, очень впечатляющая… конструкция.
– Правда? Вам нравится? Я все чертежи сам делал! – волшебник сиял от гордости, и лицо его отражало солнечные блики не хуже позолоченного детища.
– Обалдеть! А она… оно… мы на этом поедем, да?
– Разумеется. – Хороший Волшебник напыжился. – Эта самодвижущаяся колесница изготовлена в единственном экземпляре специально для вашего путешествия.
– И с какой скоростью этот сун… э-э… колесница может ехать? Санька, стой на месте, ближе, чем на два метра, не подходи! Если что-нибудь сломаешь, руки оборву, так и знай. Какое горючее? – Сергей задавал вопросы, обходя машину, ощупывая ее, словно врач больного. Он попинал колеса, потом полез под машину и лег на спину, разглядывая мотор. – Что в дороге может отвалиться, и как это тогда присобачить обратно?
Гном-водитель тоже нырнул под машину, и оттуда послышалось его брюзгливое воркование.
– А стартер как же? – голос у Сергея был немного странным, как будто он изо всех сил сдерживался, чтобы не чихнуть. – Да не лопочи ты так быстро, я спрашиваю, как же она без стартера…
Голосок гнома поднялся на октаву выше, заскрежетала какая-то железка.
– Вот оно что, тогда понятно, почему вы ее так вывернули, – в голосе Сергея явственно слышалось уважение. – Ну, мужики, это вы круто придумали. И не подтекает?
Снова зачирикал гном.
– Как это Серега его понимает, – Оля подошла поближе и погладила сияющую поверхность. – Я внутри посмотрю…
– Ха, да он по механике с кем угодно договорится, – хмыкнула Аленка, уже стоящая на подножке с другой стороны. – Помнишь, как он с тем японцем мотоцикл чинил? Ой, как здесь красиво!
Сергей однажды помог починить «Хонду» неведомо как оказавшемуся в их дворе японцу и при этом непрерывно болтал с ним. «Чего тут особенного, – объяснял он потом, – железяка, она и есть железяка, хоть по-нашему, хоть по-японски, чего тут не понять? А мужик в технике волокет, вот и поговорили». История эта была всем хорошо известна, так что Оля только кивнула и тоже влезла в механическое чудо. В кузове машины было очень просторно и очень мягко. Все было украшено ковриками, пушистыми меховыми накидками, плюшевыми драпировками… Ольга с Аленкой радостно завозились в этом мягком царстве, и тут же снизу раздалось душераздирающее чихание.
– Вы что, девчонки, сдурели! – заорал Сергей. – Вся пыль сюда летит! А ну, кончайте прыгать и выметайтесь из машины! Надо будет садиться, вас позовут, а пока дайте мне все осмотреть спокойно.
– Вот он, мужской шовинизм в действии! – трагически вздохнула Оля, послушно выметаясь.
– Не говори, – вздохнула Аленка, спрыгивая вслед за ней с высокой подножки. – И ведь это еще один из лучших представителей…
– Кому сказал, брысь!
– Да ушли мы давно уже, – и девочки, присоединившись к Сашке с Андреем, стали слушать Хорошего Волшебника.
Тот с нескрываемым удовольствием рассказывал, как придумал эту чудо-машину, как договаривался с гномами, сколько времени и сил ушло…
Наконец Сергей с гномом, основательно перемазанные, выбрались из-под машины и подошли к остальным.
– Ну что ж, пожалуй, это чудо технической мысли до места назначения доедет без проблем, – жизнерадостно сообщил Сергей. Гном издал высокий горловой звук и, встав на цыпочки, одобрительно похлопал его по локтю. Сергей ответил ему дружеской улыбкой. Волшебник вытаращил глаза на такую невиданную фамильярность. – Правда в горах могут возникнуть сложности, но сударь Гарольд предполагает, что можно будет…
Его прервал резкий свист. Он перекатывался по двору, ломился в уши, поднимал с земли и кружил в воздухе сухие листья. Ребята оцепенели, а гномы и Хороший Волшебник, наоборот, побежали. Гномы к машине, а волшебник к сараю, из которого ее выкатили. Двор заполнился зелеными ушастыми фигурками, засверкали на солнышке гаечные ключи, отвертки и ножницы по металлу. Росточком не больше гномов, но гораздо более гибкие и быстрые, зеленые, уворачиваясь от разъяренных, вопящих гномов, облепили машину. В воздух полетели коврики и драпировки.
Хороший Волшебник выскочил из сарая, угрожающе потрясая огромной метлой, и кинулся к шевелящейся куче-мале, которая образовалась над машиной. Не успел он размахнуться, как раздался ужасающий хруст, куча осела, и двор снова потряс вопль, на этот раз ликующий. Зеленые фигурки, словно ртуть, скатились на землю и собрались вместе. Гномы с удвоенной силой кинулись на них, и драка снова закипела, медленно продвигаясь к воротам. Волшебник работал метлой, не очень разбирая, кому достается удар, гномам или зеленым разрушителям. Наконец шевелящийся, пыхтящий, визжащий и ругающийся разными голосами, клубок выкатился за ворота. Драка продолжилась в лесу. Волшебник плюнул и, не закрыв ворота, вернулся к ребятам, которые растерянно топтались на месте, пытаясь понять, что происходит. Хороший Волшебник посмотрел на них, тяжело оперся о метлу и снова сплюнул.
– Гремлины, – произнес он, словно выругался.
Откуда-то из-за сарая появились Пушок и Вагнер. Вагнер, зеленый хохолок которого торчал теперь как-то вбок, выглядел смущенным. Он стряхивал пыль с шерстки, нервно дергал крыльями и все время косился на Пушка. Тот же, как обычно невозмутимый, разлегся на солнце и закрыл глаза.
– Гремлины, – виновато поддакнул Вагнер.
Все продолжали молча смотреть на Хорошего Волшебника. Ну, гремлины, ну и что?
Волшебник не глядя, устало махнул метлой в сторону машины.
– Развинчивают. С гномами враждуют… Все, до чего могут добраться, развинчивают, – он судорожно вздохнул. – Не уследили…
Наконец ребята заметили, во что превратилась машина. Аленка зачем-то подняла один из меховых ковриков и стояла, прижав его к себе. Сергей присел, зачерпнул горсть деталей и медленно дал им ссыпаться обратно. Ничего, крупнее гайки. Вся машина, минуту назад сверкающая великолепием, «чудо технической мысли», была настрижена гремлинами на мелкие кусочки.
Сверху на этой куче металлолома лежала веревочка с нетронутым бантиком.
– Что же это… ведь такую тачку раскурочили! – Сергей обернулся к волшебнику, упрекнул: – Неужели с какими-то гремлинами задрызганными справиться нельзя? Почему они у вас так распустились?
– Их давно в наших краях не было… – Хороший Волшебник на глазах погружался в задумчивость. – Похоже на то… Да, скорее всего, так и выходит…
– Что выходит? – нервно спросила Оля. – Пока что ничего не выходит! И не выезжает, если на то пошло! Ведь это была машина, на которой мы должны были ехать за короной!
– А я о чем?.. – рассеянно откликнулся волшебник. – Похоже, что ваши приключения уже начались, благородные рыцари, хранители артефактов, спасители Государственной Короны…
– Да, похоже на то, – неожиданно согласился с ним Андрей. Его спокойный голос звучал громко и уверенно. – Как вы вчера и говорили, первая попытка остановить нас. Лихо работает ваш коллега, а?
Почему-то всем сразу стало легче. Ребята зашевелились, заговорили, засмеялись. Естественно, стали обсуждать, на чем ехать теперь.
– Теперь придется, как все, на лошадях, – виновато вздохнул Хороший Волшебник.
– Не поеду! – тут же взвизгнула Аленка, тряхнув коврик, который все еще держала в руках. – На лошадях без меня! Я вас здесь подожду.
Аленку Хороший Волшебник уговаривал сам. Ушло у него на эту нелегкую работу минут двадцать. Остальные объезжали лошадей, которых привел Пушок. Собственно, объезжали, это сильно сказано. Таких непередаваемо спокойных животных, Андрей не видел никогда в жизни. Они невозмутимо схрупали сахар, на скорую руку наколдованный Олей, не менее невозмутимо подождали, пока седоки не заберутся в седла, потом, по-прежнему невозмутимо, медленно двинулись по двору.
– И что Аленка такие ужасы рассказывала? – громко удивилась Оля. – Не знаю, какого зверя ей тогда подсунули, но с этой лошади, даже если заснешь, не свалишься.
– Точно! Аэродром, – поддержал ее Сашка и, потрепав свою конягу по шее, прикрикнул: – А ну, быстрее! Пошла!
Лошадь повернула голову и оценивающе поглядела на седока. Очевидно, Сашка вполне удовлетворил ее эстетические запросы: она согласно кивнула и поскакала. Сергей тут же рванулся в погоню на своей кобылке. Оля что-то пошептала на ухо серой лошадке, на которой сидела, и через минуту была далеко впереди братьев. Глядя на эти скачки, Аленка поддалась на уговоры волшебника и согласилась хотя бы попробовать сесть в седло.
– Здесь так удобно! И просторно… и совсем не страшно! – она с удивлением смотрела с высоты на Хорошего Волшебника. – Почему я не боюсь упасть? Это что, колдовство?
– Магия, – скромно улыбнулся он ей в ответ. – Совсем немножко. Так, для удобства путешествия.
Таким образом, последнее препятствие было устранено. Можно было отправляться в путь.
Ехали весь день, сделав только один привал часа в два. Подкрепились пончиками, запили их газировкой и поехали дальше. Отряд из пяти всадников в джинсовых костюмах, в сопровождении громадного зверя, выглядел очень внушительно. Особенно привлекал внимание Пушок, ведь что ни говори, а он, при всем своем добродушии, производил на неподготовленного человека впечатление довольно сильное. Впрочем, люди им пока не встречались. Собственно, звери тоже. Местность была на редкость пустынная.