– Прости, Руж! – смущенно пробормотала она.
– Все нормально, – ответил лидер группы. – Давай повнимательнее, Ксюха!
Сколько они двигались по тоннелю, прежде чем вышли в следующую камеру, Оксана не смогла бы сказать. Журналистка прилично устала к этому моменту. О том, что теперь они уже не в трубе, поняла не сразу. Сначала неприятно удивил перепад уровня воды. Раньше ее было то по щиколотку, то по голень, а теперь стало чуть ли не по колено. Киловольт развернул Оксану, направил ее в угол водосборной камеры. Там была куча гравия и мусора. Журналистка с трудом взобралась на этот «пригорок». Вода ручьями стекала по ногам, по кроссовкам. Оксана собрала налипшие на лицо волосы, затолкала их под каску. Провела лучом фонаря по сторонам, осматриваясь. Камера очень сильно напоминала ту, через которую они попали в коллектор. Девушка направила луч вертикально вверх и увидела над собой две железные крышки. Люки, которые вели на поверхность. В город. Очень захотелось бросить все и оказаться там, на улице. Журналистка закрыла глаза, прислонилась к стене, пытаясь одолеть приступ малодушия, безволия.
– Устала! – Кил остановился рядом с девушкой. – Может, дальше не надо?
Оксана слабо улыбнулась. Кирилл опять почувствовал, что ей плохо и трудно…
– Нет, все нормально! – помедлив, отозвалась она. – Погодите минутку. Дух переведу.
– Ксюха, ты это… если сил больше нет – так и скажи, – Руж встал с другой стороны от девушки, подпирая бетонную стену. – Мы сюда не для того влезли, чтоб загонять тебя вусмерть. Посмотрела на коллектор – и ладно.
– Там, дальше, есть что-нибудь интересное? – не открывая глаз, спросила журналистка.
– Да, – помявшись, ответил лидер группы. – Это только начало. Скоро труба закончится, дальше – бетонная галерея. Огромная! Там легче идти.
– Тогда о чем вы, ребята? – вздохнула девушка. – Пошли!
Руж вопросительно посмотрел на друга, словно оставляя право выбора за ним. Киловольт отлепился от стены, встал перед Оксаной. Поднял ее лицо за подбородок.
– Ксан! – сказал диггер. – Точно идем? Не надо лишнего геройства. Ты женщина нормальная. Не надо быть мужественной, оставь это нам, мужчинам. Хорошо?
– Идем! – упрямо повторила девушка.
– Тогда так! – чуть сердито сказал Кил. – Если почувствуешь, что силы на исходе, сразу известишь меня. Без этого – с места не двинемся. Обещаешь?
– Хорошо, – журналистка посмотрела ему в глаза. – Даю слово, Кирилл.
– Пошли, – решил диггер.
Лидер группы пожал плечами, вновь двинулся вперед по трубе. Они миновали еще один пролет, до следующего коллектора, причем этот переход показался Оксане значительно более длинным. Теперь Киловольт шел вплотную за спиной у девушки, словно готовясь подхватить ее, поддержать в случае малейшей ошибки. Но Оксана, несмотря на усталость, на онемевшие ноги, старательно – из упрямства – выполняла все наставления диггеров. Не упала ни разу.
Они шли очень долго, журналистке стало казаться, что минула целая вечность, прежде чем услышала сильный, мощный шум впереди. Руж обернулся, посмотрел на спутников, стал двигаться чуть быстрее. Потом его спина исчезла из светового конуса, диггер шагнул куда-то вбок. Оксана выбралась в следующую камеру вслед за лидером группы и поняла, что не зря мучилась. Не зря, нет, не зря она проявила характер, шла на упрямстве!
Новая водосборная камера оказалась значительно больше, чем предыдущие. Справа, в стене, была огромная решетка. Через нее в подземный коллектор впадала целая река! Новый поток был в два – нет, в три, в пять раз! – крупнее, чем тот, по которому сюда пришли диггеры. Оксана не удержалась, посветила лучом фонарика назад. Теперь подземная речка, по которой она только что прошла, казалась детским ручейком.
Мощный поток врывался в бетонную коробку, сквозь толстые прутья решетки. Журналистка остановилась в стороне от водопада, с уважением глядя на него. Кил замер у нее за спиной, давая девушке возможность передохнуть, прислониться к опоре. Луч своего фонаря направил на решетку, как и Оксана. Они стояли молча. Глядели на черную воду, яростно бившуюся о прутья. Заворачивавшуюся в водовороты, пенившуюся, устремлявшуюся далее по проходу.
Лишь проследив за тем, куда утекала мощная река, журналистка поняла, что хотели показать ей диггеры. Дальше не было трубы, по которой исследователи пришли сюда. Еще недавно Оксане казалось, что она видела настоящее подземное чудо – огромный коридор двухметровой высоты, по которому можно двигаться в полный рост.
Теперь ей оставалось лишь открыть рот от восторга. Дальше под землей шла огромная бетонная галерея! Оксана, забыв про усталость, двинулась туда, пробираясь по завалам из палок, кучам мусора, покрытым илом. Журналистка с трудом выдергивала ноги, скользила, но упрямо лезла вперед, чтоб получше разглядеть бетонную галерею. Оказавшись в ней, замерла в восхищении. Кто бы мог подумать, что в Питере, под землей, существуют такие невероятные сооружения! Бетонный потолок, как показалось Оксане, был очень высоко. По крайней мере, не ниже, чем в ее квартире. То есть «крыша» находилась где-то на уровне трех метров. Определить на глаз ширину коридора журналистка не смогла. Она подозвала Кила и Ружа. Трое исследователей встали поперек коллектора, взявшись за руки. Руж, который был первым, до левой стены доставал. Оксана, третья в шеренге, не могла прикоснуться ко второй боковой стене даже пальчиком! Хотя не хватало совсем немного.
– Где-то четыре-пять метров, – поняв, что хотела выяснить журналистка, громко сказал Киловольт. – Если хочешь, можно измерить. У нас есть грузик на длинной веревке. Растянем поперек – будет точно известно.
– Нет, не надо! – крикнула в ответ Оксана. Глаза девушки светились от восторга. – Я лучше так и напишу: три человека не могут стен достать, встав рядом, взявшись за руки. Читателям будет проще представить…
Журналистка забыла и про усталость, и про замерзшие ноги. Она пошла вперед по бетонному тоннелю, направляя луч фонаря то на стены, то в потолок. Руж и Кил переглянулись, двинулись следом за ней.
– Осторожнее! – попросил Киловольт. – Пожалуйста, не забывай о правилах безопасности. Здесь, конечно, не так, как в трубе. Широкое ровное дно. Но за спиной у нас – река, что сбоку в коллектор впадает! Вспомни, какая мощь! Это все – у нас под ногами.
Оксана кивнула, вновь убрала с лица мокрые волосы. Журналистка брела вперед, чуть ли не по колено в воде. До следующей водосборной камеры добрались сравнительно быстро. «Видимо, – подумала Оксана, – тут было небольшое расстояние». Новая комната оказалась завалена палками и бревнами. По ним удалось без труда перебраться на другую сторону, до следующего тоннеля.
– Откуда здесь столько деревяшек? – крикнула журналистка. – Просто как в заповеднике бобров каком-то!
Диггеры переглянулись. Кил с усмешкой показал пальцем вверх. Оксана посветила туда фонариком и увидела три люка.
– Через люки? – удивилась она.
– Народ балуется! – пояснил Руж. – Стащат крышку, посмотрят вниз. Каждому палку бросить охота, поразвлечься. Вспомни, сколько входов-спусков в коллектор осталось позади нас! Каждый любитель по палочке бросит – это все несется по подземной реке. Вода тащит. Где-то бревно в ил воткнулось или поперек встало – вот и получается затор, На нем ил нарастает. Гравий прикатывается. Потом всякие палки, сучья липнут. Не сразу. Много времени проходит, пока такая фигня, как здесь, вырастет. Потому и промывают коллектор.
Оксана с изумлением посветила фонарем на кучу мусора. «Это ж сколько дубин надо сбросить через люки, чтоб такая куча вышла!» – хотелось воскликнуть ей. А потом она вспомнила, что в детстве сама обожала пускать кораблики по ручейкам. И даже на спор, с друзьями: чей раньше к финишу придет, чей застрянет. Видимо, народ играл здесь в кораблики. А размеры их определялись исключительно возрастом игроков.
Оксана перелезла через завал и ухнула в воду. Оказалось, что после этой водосборной камеры уровень воды в коллекторе еще повысился. Теперь он был выше колена. Киловольт спрыгнул в воду рядом с ней.
– Может, хватит? – спросил он. – Давай наверх?
– Нет! – девушка умоляюще сложила руки на груди. – Кил, милый, пожалуйста! Давай пройдем вперед еще немного. Очень интересно!
– Замерзнешь! – предупредил ее диггер.
Оксана преданно посмотрела ему в глаза, обхватила голову парня, прижалась губами к уху.
– Будешь меня лечить, если заболею?
– Конечно! – страшно удивился Кил. – И на руках носить, и лекарствами с ложечки поить. Мы ведь с тобой вместе! И в радости, и в беде.
Оксана нежно поцеловала его в губы.
– Тогда еще немного пройдем, ладно?
Кил посмотрел на девушку, осуждающе покачал головой. Оксана Лаптева – журналистка из «Тайн Петербурга» – была совсем другой. Не его Ксаной, Не той хрупкой и ранимой девушкой, которую любил. Кил подумал, что в человека, которого он вроде бы знал, словно бы кто-то загнал стальной стержень воли и упрямства.
– Ну что, выбираемся наверх? – догнал их Руж. – Как?
– Нет! – отрицательно помотала головой Оксана. – Идем дальше!
Лидер группы вновь посмотрел на Киловольта, но тот ничего не сказал, лишь молча кивнул. Двинулся вслед за девушкой. Руж негромко выматерился – знал, что можно. Упрямая журналистка не услышит из-за гула переотражений плеска воды.
Они двигались по огромному бетонному коллектору, почти по пояс в воде. Холодной, неприятной. От «зайчиков» рябило в глазах – лучи фонарей все время отражались от движущегося потока, зрачки устали от напряжения. Руж шел последним, замыкая колонну. Кил держал Оксану за руку, та сильно устала, то и дело теряла равновесие. Журналистке приходилось труднее, чем парням, из-за роста. Как только выбрались в следующую камеру водосбора, Руж громко окликнул пару.
– Все, хватит! – больше не задавая никаких вопросов, приказал лидер группы. – Выбираемся наверх!
У Оксаны уже не оставалось сил, чтоб протестовать. Руж быстро полез по металлической лесенке вверх, до люка. До поверхности земли было дальше, чем в исходно пункте, где троица исследователей «нырнула» в коллектор. Перепад высот образовался из-за наклона тоннеля. Руж уперся ладонью в крышку люка, нажал, но та не поддалась.