Криво усмехнувшись, Уилфред вернулся на свое место и снова опустился на стул. Адриенна тоже вернулась к столу, Люсьен уже было решил, что неловкость замята, но девушка снова наклонилась к Озрику.
– Дедушка, Лотти не хочет выходить замуж.
– Замолчи, – напустился на нее Уилфред.
– Леди Адриенна – благородная дама и одна из хозяек этого дома, – медленно, с расстановкой проговорил Люсьен, положив ладонь на рукоять висевшего у него на поясе кинжала. – Она будет говорить что захочет и когда захочет.
– Выходит, лорд Уилфред ей не по душе, – задумчиво произнес Озрик, взглянув на Адриенку. – Видимо, у нее на примете есть кто-то другой?
– Нет, дедушка! Лотти всегда хотела стать монахиней и поступить в монастырь в Форде. – Адриенна бросила взгляд через плечо на Люсьена и, понизив голос, продолжила: – Она бы с радостью вернулась в монастырь и принесла священные обеты, поскольку не чувствует склонности к семейной жизни, но не может нарушить данного тебе слова.
– Так вот в чем дело! – Озрик оттолкнул слугу, который собирался наполнить его кубок – Придется, как видно, с ней серьезно поговорить. Я не хочу, чтобы она шла замуж против своей воли.
– О чем это ты, Озрик? – гаркнул Уилфред. – Шарлотта всего лишь женщина, к тому же молодая и неопытная. Мы, мужчины, лучше знаем, как устроить ее счастье. А счастье ее – в браке со мной. В конце концов, Озрик, ты же обещал отдать мне в жены одну из своих воспитанниц!
С этими словами Уилфред наклонился к Адриенне и посмотрел на нее в упор, как бы говоря: «В случае чего и ты мне сгодишься». Однако Люсьен так выразительно поигрывал кинжалом, что Уилфред не стал больше распространяться на эту тему и вернулся к трапезе.
– Ты прав, дедушка, – продолжала Адриенна. – Поговорить с Шарлоттой просто необходимо. Но лучше сделать это завтра, когда она отдохнет.
Озрик кивнул. Кружка эля так и осталась нетронутой. Встретившись взглядом с Люсьеном, он произнес с горькой иронией:
– А я думал, сегодняшний день будет счастливейшим в моей жизни.
Люсьен не мог ему не посочувствовать. В один миг рухнули планы, которые старик вынашивал на протяжении года. По крайней мере часть их. «А вскоре, – подумал Люсьен без малейшего злорадства, – пойдут прахом и все остальные его начинания».
– Что-то у меня совсем пропал аппетит, – сказала Адриенна. – Пойду-ка взгляну, как там Лотти.
Она поднялась из-за стола и устремилась к выходу. Люсьен последовал за ней. Когда она стала подниматься по лестнице, он нагнал ее и крепко взял за локоть.
– Отпусти меня! – крикнула она, вцепившись в ручку двери своей спальни.
– Не отпущу. Мне необходимо переговорить с тобой с глазу на глаз.
Несмотря на ее протесты, Люсьен потащил Адриенну в находившуюся под крышей комнатку, захлопнул дверь и, повернувшись к ней, сказал:
– По-моему, твоя сестра потеряла всякий интерес к этому самовлюбленному борову Уилфреду. А что думаешь ты о нашем браке?
– Зачем тебе это знать? – спросила Адриенна, вздернув вверх подбородок и сложив на груди руки. – Или ты решил проявить благородство и отказаться от меня, если я скажу, что не хочу выходить за тебя?
Адриенна была в смятении и чуть не плакала, хотя держалась гордо и неприступно, как и обычно в присутствии Люсьена, и он хорошо это знал.
– Нет, – усмехнулся Люсьен. – Теперь я от тебя не отстану. Пусть брак Уилфреда и Шарлотты еще не решен, но я сделаю все от меня зависящее, чтобы наше венчание состоялось.
– Я не хочу этого брака.
– Захочешь, уверяю тебя.
Хотя Люсьен не предпринимал попыток к ней приблизиться, Адриенна на всякий случай сделала шаг назад.
– Не захочу.
– Но почему?
– Потому… – Она опустила руки и сжала кулаки. – Потому что ты не хочешь на мне жениться! Иначе попросил бы моей руки в ту самую минуту, как узнал, что я не крестьянка, а благородная леди.
Услышав эти полные негодования слова, Люсьен рассмеялся:
– Все та же песня: я от тебя отказался, не прыгал от счастья до потолка, лишив тебя невинности, не попросил в ту же минуту твоей руки – короче, оскорбил тебя в лучших чувствах. Теперь я сделал тебе предложение, но ты опять кипишь от гнева.
– Я уже забыла прежние обиды и не сержусь на тебя. Но ведь поначалу ты говорил, что вообще не можешь жениться – ни на мне, ни на какой-либо другой женщине, а теперь вдруг попросил моей руки. Это что, уступка? Но уступок в таких делах я не терплю.
– Уступка? – ухмыльнулся Люсьен, обволакивая ее взглядом. – Что ж, можно и так сказать. Я давно хотел заключить с тобой соглашение, которое устроило бы нас обоих.
С этими словами Люсьен сделал шаг вперед и обнял ее заталию.
– Не смей ко мне прикасаться! – Она попыталась высвободиться.
– Скоро я стану твоим мужем, и у меня будут на тебя все права. Я смогу трогать тебя, ласкать, целовать. Разве эта часть нашего будущего соглашения тебя не устраивает?
– Пока что ты мне не муж!
– Но ты не прочь поставить свою подпись под брачным договором?
– Черт бы тебя побрал, Люсьен! Ты же знаешь, что у меня нет выбора, тем более если Лотти откажет Уилфреду – а я молю Бога, чтобы у нее достало на это смелости.
Он привлек ее к себе, и тела их соприкоснулись.
– Хочешь сказать, что, выходя за меня замуж, лишь исполняешь волю своего опекуна?
– Да. Но есть еще одна причина. Если Лотти откажется от брака с Уилфредом, а я – от брака с тобой, мне придется выйти за Уилфреда.
Люсьен выпустил ее из объятий.
– Значит, выходя за меня, ты просто выбрала меньшее из двух зол?
– Тебя это удивляет? Напрасно. – Адриенна подняла голову, чтобы лучше видеть его лицо. – Ты ведь тоже женишься на мне не по любви, а по какой-то другой, неизвестной мне причине. Что-то заставило тебя решиться на этот брак!
Люсьен с подозрением на нее посмотрел.
– Заставило? Но что именно?
Она не сводила с него глаз.
– Так что же, Адди? Что?
– Не знаю! Все что угодно, только не любовь! – Напряжение в тот же миг покинуло Люсьена. Выяснив, что она ничего о его планах не знает, он смотрел в ее глаза, к которых сомнение боролось с желанием. Он снова привлек ее к себе, нежно поцеловал в висок и прошептал:
– Моя нежная, прекрасная Адди. Позволь мне сказать тебе то, что ты желаешь от меня услышать: я люблю тебя.
– Я не желаю слышать ложь.
– Но это не ложь. Это правда – я люблю тебя.
– Нет, не любишь.
– Люблю. – Люсьен языком пощекотал ее ушко, а затем шею. – Я бы давно тебе в этом признался, просто удобного случая не представилось.
Продолжая ласкать ее, он развязал шнуровку на ее платье, и оно упало к ногам, за платьем последовала крахмальная нижняя юбка. Адриенна осталась в короткой нижней рубашке и туфлях.
– Теперь я верю, что у нас есть будущее, а потому могу повторять снова и снова: я люблю тебя, я люблю тебя… – Спустив с ее плеч лямки тонкой нижней рубашки и обнажив груди, он торжественно произнес: – Леди Адриенна, сэр Люсьен любит тебя!
Люсьен неожиданно осознал, что говорит чистую правду. Он и впрямь был счастлив, и мысль о том, что они с Адриенной скоро поженятся, заставляла сильнее биться сердце. Завоевать любовь Адриенны, сделать ее своей женой – вот главная цель его жизни. Все остальное отступило на второй план – даже его заветная мечта вернуть Эйншем.
– Лю… Люсьен, не надо… мы не должны!
Он закрыл ей рот поцелуем, сорвал с себя тунику, узкие штаны, сбросил туфли. Подхватив Адриенну на руки, осторожно уложил ее на пол, покрытый опилками, и разорвал на ней рубашку. Ее пухлые алые губы были приоткрыты, грудь трепетала, соски затвердели. Люсьен подсунул руки под ее упругие ягодицы, приподнял ее бедра и вошел в горячее влажное лоно, затем вышел, оставив лишь верхушку своего жезла, затем опять вошел и снова стал извлекать свой жезл – медленно, дюйм за дюймом. И так несколько раз, пока не достиг пика страсти.
– Я получил наслаждение. Теперь твоя очередь.
Он снова вошел в нее и стал двигаться сначала медленно, потом все быстрее и быстрее, пока не услышал стон удовлетворения, вырвавшийся из груди Адриенны.
Пламя страсти постепенно угасало. Они лежали, усталые и умиротворенные. Адриенна склонила голову на плечо Люсьену. Он положил руку ей на живот и время от времени проводил пальцами по ее бархатной коже, отчего она слегка вздрагивала.
– Ты и сейчас считаешь, что, выйдя замуж за меня, а не за Уилфреда, выбираешь меньшее из двух зол?
– Ах, Люсьен, я влюбилась в тебя с первого взгляда и хотела от тебя только любви, – сказала Адриенна, обдав его лицо горячим дыханием.
– Да, я тебя люблю. – Люсьен пощекотал пальцами ее ухо.
– Ты скажешь, почему вдруг передумал и решил на мне жениться?
Люсьен отрицательно покачал головой, но Адриенна этого не заметила.
– Почему я решил на тебе жениться? Да потому, что ты самая красивая женщина на свете. К тому же ты была девственницей. Сама мысль о том, что у тебя будет другой мужчина, сводила меня с ума. Я много думал и пришел к выводу, что мне ничего не остается, как стать твоим мужем и защитником.
– Это все отговорки, – произнесла Адриенна, сладко потягиваясь. – Что-то в твоей жизни изменилось, я уверена, не пойму только что. Быть может, ты уже исполнил своп обет? Нашел то, что у тебя похитили, а я об этом ничего не знаю?
– Как тебе сказать? Пока нет, но скоро найду.
– Так вот почему ты уезжаешь из Эйншема? Иногда мне кажется, что твоя миссия не имеет ничего общего с королевской службой.
– Ты слишком умна, а как сказано в Библии, «во многия мудрости многая печали. Впрочем, моя миссия имеет отношение к его величеству – даю тебе в том рыцарское слово.
– Как в таком случае?..
– Ни слова больше. – Люсьен приподнял ее лицо, отыскал губами ее губы и страстно поцеловал. Она ответила ему со всем пылом влюбленной женщины. Неожиданно голой спины Адриенны коснулась струя холодного ночного воздуха, и девушка, испуганно охнув, отпрянула от своего избранника.