- Подожди… Так… - Саске вдруг понял, что ему надо думать о чем-то другом. – Э, мы сейчас про что?
Кабуто вздохнул.
- Ты скасаль, что нам нушно что-то притумать…
- Ну, я подал идею. А ты чего ждешь – думай давай!
«Са какие крехи ты послал мне этто испытание? – спрашивал себя Кабуто уже в 335 раз. – Что я стелать в своей шисни не так?»
- Хорошо, - произнес Саске, досчитав длину коридора, - здесь мы точно ничего нормального не найдем.
- Токта?..
- Тогда надо снова в Коноху идти. Там есть один магазинчик, где торгуют всякими рабами, ему понравится…
- А у тебья есть деньги?
- А у тебя?
Они молча вывернули карманы…
- А я знаю, где можно взять, – Кабуто повернулся и быстро пошел по коридору.
- Где? – Саске побежал за ним - он тоже хотел знать, где можно поживиться, а то Орыч даже на карманные расходы не давал.
- Там, в комнате у Орочимару…
- Ээ, я туда без шубы и унтов не пойду.
- Мы там толко не пропутем. Я хотель скасать, что у Орочимару на шее висит ключ от квартиры…
- Где деньги лежат? – оживился Учиха.
- Ньет, ключ от квартиры, где спрятан шифр от тайника…
- Где деньги лежат?
- Блин, погоди, в тайнике спрятана карта, которая приведет нас туда…
- Где деньги лежат?
- Саске, ты дашь мне закончить или нет?! Карта приведет нас к месту, где мы сможем отключить сигнализацию, чтобы добраться до записки с указанием, где лежат эти орочимарины деньги, понял?
- Погоди… Так ты что, не знаешь, где деньги лежат?! – Саске резко остановился. – Ты ж вроде правая рука Орыча…
- Ну, знаешь ли! Мне итак стоить польших трутов найти эту информацию!
- Кабуто, - Саске впервые посмотрел на Кабуто как на человека. – А Орочимару знает, что ты следил за ним?
- Нууу, - очки Кабуто загадочно заблестели. – Я же все-таки шпион.
День 23.
Свечи в коридоре содрогались от мелодичного храпа. Значит, Орыч еще не проснулся.
- Ты постой стесь. Я отин пыстрее справлюсь, - Кабуто попытался тихо открыть дверь, но она не открылась тихо. Жуткий скрип, раздавшийся в звенящей тишине коридора, поднял бы на ноги даже покойника, но храп Орыча поднял бы даже целое кладбище. Это было спасением. Из-за своего храпа Орыч ничего не слышал. - Ты пока мошешь написать записку, чтопы Орочимару-сама не волноваться са тьепя.
Кабуто протянул Саске листок бумаги и розовый маркер.
- Розовым я ничего не буду писать!
- У менья с сопой еще голубой есть.
- Уговорил, красноречивый, давай розовый.
Кабуто скрылся в кромешной тьме орочимариного склепа. Он вернулся через 40 минут.
- А ты быстро, - заметил Учиха, прикрепляя записку к двери на ничто.
- Та, я уше почти топрался то его кровати, но неошитанно вспоминать, что у мьеня уше есть дубликат такого ключа в труком костюме. А что ты написал?
Кабуто заглянул в каракули, которыми Саске снабдил бумагу.
- «Орочимару, ты главное, не волнуйся.
Я уже достаточно многому научился. Пойду попробую отомстить Итачи.
Вернусь послезавтра.
Если не вернусь… а, нет, вообще-то, вернусь.
P.S. я не знаю, где Кабуто. Со мной его точно нет.
P.S. 2. ээээ, ты же будешь в первом укрытии?»
Кабуто покачал головой:
- Ти тумать, оно потянет?
Они поднялись до комнаты Кабуто, потом заглянули на кухню, чтобы взять чего-нибудь поесть в дороге.
- Нушно торопиться. К вечеру мы толшны снать, кте он прятать деньги.
Кабуто и Саске прыгали с ветки на ветку, жуя бутерброды с колбасой. Их путь лежал к Скрытой Деревне Звука, где находилась квартира, где спрятан шифр от тайника, где лежит карта, которая приведет их к тому месту, где можно отключить сигнализацию, чтобы пробраться туда, где лежит записка, где указано, где спрятаны деньги.
Вдруг они чуть не свалились с дерева – на пути они заметили прогуливающихся Сакуру и Цунаде.
- Я с ними разберусь, а ты пока иди дальше, – крикнул Саске. – Хенге!
Сакура и Цунаде сегодня решили отработать медицинские дзюцу, поэтому забрались в лес в поисках раненых и сбитых на дороге животных.
Внезапно послышался шум откуда-то сверху. Обе куноичи сразу определили его источник: верхушка старого вяза.
- Саакура-тяян!!! – донеслось сверху, и на землю перед ними спрыгнул Наруто.
- Наруто? - удивилась Цунаде. - Ты чего здесь делаешь?
- Я…
- Ты же должен тренироваться с Джирайей.
Не успел Саске ничего ответить, как Сакура, разогнавшись, едва не снесла ему голову, демонстрируя, что она, в отличие от некоторых, зря времени не теряет.
«Только сохраняй превращение. Только сохраняй превращение», - думал «Наруто», летя в сторону.
- Ха! Ты считаешь, что я настолько тупа? - заявила девочка в розовом. Цунаде молча наблюдала. – Наруто никогда так прямо не стоит и у него не такой пофигистский вид... Ты идеально создал тело, но я достаточно долго общалась с Наруто…
«Это уж в яблочко!» - подумал Саске.
-… так что сразу раскусила тебя. Кто ты? Покажи свое настоящее лицо!
«Ксо!!! Что же мне теперь делать?» - от удара Сакуры перед глазами все плыло, поддерживать трансформацию становилось все трудней. «Да пофиг», - подумал Саске и отменил хенге.
- Ха-ха-ха-ха!!! – Сакура свалилась от смеха на землю. Цунаде все еще молча наблюдала. – Да ты вообще когда-нибудь применял эту технику? Лучше бы уж остался в виде Наруто!!!
- А что? – Саске чувствовал, что краснеет.
- Да ты себя в зеркало видел? Саске-кун ни за что бы, никогда бы, ни при каких обстоятельствах, даже под угрозой смерти, не одел бы такую одежду!!! Ты где одеваешься, в сэконд-хэнде?! И волосы слишком длинные, и кожа такая бледная, будто целый день в подвале сидишь и, ой не могу, шаринган был с двумя запятыми, а у тебя три.
- Хорошо, ты права. – Даже в такой ситуации Саске помнил, что где-то впереди его ждет Кабуто. – Я не могу показать свое настоящее лицо, у меня, ээ, комплекс неполноценности.
- Как тебя зовут-то хоть? – спросила молчавшая до этого Годайме.
- Мое имя, ээ, Утиха Сасуке. Мой дядя тяжело болен и, ээ, уже при смерти. И его последним желанием, ээ, был вагон эскимо. Поэтому, эээ, у меня вообще-то нет столько денег, и я, эээ, хожу здесь и, эээ, спрашиваю у прохожих. В общем, у вас не найдется какой-нибудь мелочи?
- А я ведь спросила только про имя, Сасуке.
- Так что, денег не дадите?
Цунаде внимательно рассматривала таракана, ползающего у нее по ноге. Сакура смотрела в небо и напевала какую-то песенку.
«Да чтоб я в Коноху вернулся? Ну уж нет!» - подумал Саске, догоняя Кабуто.
Ночь 23.
Они не успели добраться до Деревни Звука вовремя, так как у Саске после удара Сакуры все лицо превратилось в один сплошной синяк (конечно, это только в мультфильмах, когда тебе врезали, ты быстренько отряхнулся и пошел). Потомок Учих ничего не мог видеть, поэтому Кабуто вел его за руку. Скорость передвижения упала почти до нуля. Вдруг Кабуто резко остановился:
- О, плин, я ше могу тьепя вылечить.
Саске наткнулся на него, отчего лицо просто запылало.
- Так лечи!!!
Кабуто приложил светящиеся зеленым руки к синякам.
- И что, все заживет? – спросил Учиха откуда-то из-под ладоней медика.
- У тьепя веть не ошоги 4-ой степьени. Конечно, сашивет.
- Кабуто, а ты не мог бы добавить загара?
- Саске, я врач, а не солярий. Скаши спасипо, что я тьепя вообще бесплатно лечу, трачу на тьепя свою чакру.
- Ага. Просто… я подумал… может, мне почаще на солнце бывать?
Кабуто опустил руки. Синяки и ссадины исчезли.
Когда стемнело, они совершенно случайно нашли какой-то старый двухэтажный особняк. По-видимому, здесь давно никто не жил.
- Кроватей нет, - заметил Кабуто.
- Это же заброшенный дом. Может, тебе еще кабельное и кофе в постель?
- Сато, смотри, стесь есть камин.
- Уже что-то. Таак, спичек нет, тогда – Катон!
Дрова, лежавшие в печке, весело затрещали.
- Хе, делов-то. – Саске давно привык использовать эту великолепную технику Учих в самых разнообразных ситуациях.
Поев, Кабуто растянулся возле печки, а Саске, не имевший ни малейшего желания проснуться утром рядом с медиком, пошел на второй этаж.
Часа в два ночи Учиху разбудили жуткие стоны, доносившиеся снизу.
«Чертов Кабуто! Я же говорил, что эта курица странно пахнет, так нет ведь – «Этто есть осопый тип копчения…» Вот тебе и копчение, придурок!» Саске подложил ладошки под голову и попытался уснуть. Однако от того, что он услышал дальше, его глаза широко распахнулись (кажется, даже со щелчком).
По лестнице, по коридору, по темным стенам, по потолку и по старым скрипучим половицам полз тихий зловещий шепот:
- Сссссааасссскккееее, Ссссссааааасссссскккккееее, гггггллллуууппппыыыыййй ммммлллааааадддшшшииийййй бббббррррраааааатттт…
Ночь 23.
- Этого не может быть, этого не может быть… – шептал Саске, пробираясь к лестнице.
- Ннннннеееееетттт, ммммооооожжжжеееетттт, - неслось отовсюду.
По спине забегали мурашки. Саске вглядывался в темноту. Ничего не видно. Шаг. Еще шаг. Где, черт возьми, лестница? Что это?! Ах, чтоб тебя! Это лестница. Так, вставай. Встал. Ступенька, еще ступенька. И еще. И еще.
- Сссссссаааааааасссскккккеееее………
М-мама… Еще ступенька. Вперед. Кабуто. Там огонь. Свет. Черт побери, какая длинная лестница. Холодно. Темно. Ступенька. Скрип. Это ты. Скрип… Аааа воот это уже не ты! Кто здесь? Ага, так и отозвались.
- Сссссссаааааааасссскккккеееее……
Аааай! Отозвались! Бежать. Свет. Кабуто. Ой, ступенька. Фу, кажется, замолкло. Дыши ровно, трус! Нет, я не трус, но, блин, страшно как-то… Нет, ты трус. Так и будешь бояться темноты? Да заткнись ты, много понимаешь. Ступенька. Иди. Вперед. Свет. Еще немного.
- Сссссссаааааааасссскккккеееее……
Блин, кажется ближе и громче. Почему так страшно? Потому что темно? Нет. Потому что это ЕГО голос? Нет, этого я не боюсь. Тогда почему? Потому что ты один… Ой, что это? Блин, да что же это?! Схватило! Я не заметил! Ладно. Так просто я не дамся. Удар! О, так тебя можно бить?! Круто! Еще удар! На! И еще! Здорово, а ты думал, нас так легко запугать?! Ха!