то путем?!
- Да уж, придется потуже затянуть ремни. Идем, у меня есть идея.
День 51.
- Что за итея? – Кабуто пугали все идеи, которые предлагал когда-либо Саске.
- Может, нам стоит позвонить в АНБУ…
- Ты что, эттот Мститель уппьет Орочимару!
- Это будет, конечно, невосполнимая потеря, но, зато мы унаследуем столько бабла, - мечтательно произнес последний Учиха.
- Саске? – насторожено спросил Кабуто. – Уш не хочешь ли ты?..
- Что ты, что ты! – Быстро проговорил Саске. – Это была проверка. Ты ее прошел. Ладно идем в Коноху.
«В конце концов, - думал Учиха, - у меня в наволочке итак около 500.000 рю с дня рождения Орыча лежит…»
Оставив Хомьюби на попечение Блохастому Матрасу, люди попрыгали в Скрытую Деревню.
- Ну что, - спросил Кабуто перед входом в Коноху. – Кем на этот раз обернемся?
- Ну как это кем? Теми, кого в Деревне сейчас нет, потому что мы их стопудово не встретим.
- Что?
- Судя по твоему лицу, ты уже догадался, Эро-Сеннин. Хенге! Ну, как я тебе? Кхм, кхм, я стану Хокаге, это мой путь ниндзя!
- Да, впечатляет. Голос отлично поставил.
- Спасибо. А ты чего ждешь?
- Эхххх, Хенге!
- Ты помнишь, что тебя зовут Джирайя и ты должен липнуть к каждой юбке?
- Меня зовут Джирайя... Липнуть к каждой юбке... Я запомнил.
- Отлично. Иккузо!
Бодрым уверенным шагом Наруто и Джирайя вошли в Коноху. Никто не обратил на это внимания, так как они ушли всего месяц назад, и Деревня еще не успела отвыкнуть от проделок непредсказуемого шиноби номер один.
- Быстро иди в банк, превращайся в себя и снимай деньги. Я постою на шухере, ясно?
- Хорошо.
Они добрались до Сберегательной кассы Конохи без приключений, потому что был полдень и у всех были дела. Кабуто-Джирайя вошел в помещение.
Саске-Наруто прогуливался неподалеку, выслеживая анбушников или еще каких-нибудь бдительных шиноби. Тут он услышал за спиной какой-то тихий писк:
- На-Наруто-кун…
Саске обернулся. На него смотрели огромные белые глаза под густой иссиня-черной челкой. Хьюга Хината! Ксо, она поди запалила его чакру!
- Хината… Эээ, а я тут с Джирайей… вот…
- Мммм, ееееех, эээээ, На-Наруто… кун… эээээ… я…
- Хината-сан, ээээ, я, ммммм, немного, эээ…
«Черт, похоже на разговор двух дебилов-эстонцев!» - подумал Саске.
- На-Наруто-кун, я… ееееех… хотела бы… ммммм… ээээээ…
- Хината, давай уже не стесняйся! Чего тебе?
Хината вся покраснела, с ее лба ручьями лился пот, пальцы еще только чудом не связались в узелки.
- Эээ, Наруто-кун, - она собралась-таки с духом, - люблю я тебя, дурачок!
- Ты?! Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха, ик! Ой! То есть, ээээ, прости, Хината, ты вправду его, эээээээ, то есть, меня любишь?!
- Мммм, ээээээ, - Хината отвела глаза. – А ты меня любишь?
«Хе-хе-хе, - подумал Саске, мысленно потирая руки, - вот и мой шанс. Наруто, это моя месть за то, что ты на первом курсе превращался в меня, чтобы целоваться с Сакурой!»
- Конечно, Хината, я тебя обожаю, всегда не мог оторвать от тебя глаз, вот только я такой стеснительный… Никогда бы сам не подошел…
- П-правда? – большие глаза Хинаты стали размером с чайное блюдце.
- Естественно. Знаешь, - Саске-Наруто встал на одно колено. – Выходи за меня замуж, Хината.
День 51.
Хината глупо захрюкала.
«Что-то здесь не то!» - Саске-Наруто поднялся с колена.
- Хината?
- Ха-ха-ха-ха-ха-ха, во уж не думал, Наруто-нии-сан, что ты попадешься на такое!
- А я вот так и подумал, что смогу тебя переиграть, Конохомару!
Хината тут же обернулась Конохомару, который стоял, открыв рот от удивления.
- Как ты догадался, что это я?! Когда?!
- Да как только ты подошел, я сразу почувствовал неладное. Хината никогда близко к Наруто, эээ, то есть ко мне, не подходила. Да и потом, где это ты видел Хьюгу Хинату, гуляющую в розовом сакурином платье? Маскировка всегда была твоим слабым местом.
- Меньшего я и не ожидал от человека, которого уважаю.
Саске-Наруто посмотрел на закрытые двери банка.
- Ладно, Конохомару, мне сейчас некогда, я тут Джирайю сторожу. Беги пока, потренируйся. И посмотри, наконец, во что одета Хината! Розовое даже не идет к ее цвету кожи!
Конохомару быстренько убежал. Саске-Наруто продолжал вышагивать по площади, как вдруг:
- Наруто! Ты здесь?
- Ксо… Так и липнут… Охайо, Сакура-чан! – Саске отвел глаза в сторону, так как прекрасно помнил, что Сакура однажды его уже раскусила.
- Наруто, а где же Эро-Сеннин?
- Джирайя-сама сейчас вернется, мы с ним уже уходим.
Сакура схватила его за шиворот:
- Так и думала! Это опять ты, закомплексованный Утиха Сасуке?! Ну почему ты все время в Наруто превращаешься?
- Прости, Сакура, только не бей! Как ты догадалась? – у Саске челюсть заныла от воспоминаний об их первой встрече.
- Наруто всегда ко мне пристает…
- Ой, черт, забыл…
- … и он никогда не назовет извратского отшельника Джирайей-самой.
- Я что, и вправду так сказал?
- Да. – Сакура отпустила его. – А как там твой умирающий дядя?
- Никак. Умер. Передозировка эскимо.
- О, прими мои глубочайшие соболезнования…
- Да ладно, у меня еще один дядя есть.
- А что ты тут делаешь, Сасуке?
Похоже пора было сматываться. Краем глаза Саске заметил, что из банка вышел Джирайя-Кабуто.
- Уже ничего. Я заходил проверить твою бдительность. Надо же, Сакура, ты такая отличная куноичи! Сразу разгадала всю мою маскировку.
Сакура стала пунцовой от смущения:
- Ой, ну что ты!
- Ну, теперь пора идти. Пока.
- Ага, заходи еще проверять мою бдительность.
Довольная, Сакура помчалась в офис Годайме.
- Ну что? – спросил Саске-Наруто.
- Все пучком, - ответил Кабуто-Джирайя. – Теперь у нас есть куча времени, чтобы обдумать план по освобождению Орочимару-самого.
- Вот радость-то. Я одного не понимаю, Кабуто. Если Орыч такой супер-крутой Легендарный Саннин, то кто его мог похитить?
- Без понятия, но это либо чрезвычайно сильный, либо чрезвычайно тупой шиноби.
Часть 26. Чрезвычайно загадочный шиноби в красном
День 52.
- Ксо-ох, не охота-то как…
Саске валялся в кровати, было так хорошо, что даже ноги из-под одеяла не хотелось высовывать. В комнату с громким лаем вбежал Блохастый Матрас. За ним, весело попискивая, вкатился Хомьюби. Обе животные запрыгнули на кровать прямо с ногами.
- А ну пшли отсюда! – Саске спихнул их. – Блин, потом вся простынь в шерсти.
- Так застилать натто, - Кабуто стоял на пороге. – Ты почему еще не сопран?
- Да вот думаю, не послать ли это все?
- Орочимару-сама, восмошно, там от голода помирает, а ты тут прохлаштаешься?!
- Я тоже от голода помираю, когда его очередь готовить, но я же не жалуюсь.
- Саске-кун, лучше по-хорошему фставай.
- Напугал. А если по-плохому, это что будет?
- Не снаю, ф принципе, у меня как рас сакончились трупы тринадцатилетних мальчиков…
Саске решил все же встать, от греха подальше. Он не сомневался, что Кабуто рано или поздно попытается его убить, но так как себя Саске знал лучше, то был уверен, что Орочимару придется туго без его верного слуги.
Животных они решили взять с собой. Блохастый Матрас, все-таки, отличная поисковая система, а Хомьюби… Ну что ж, иногда и прогрызанные тапочки доставляют немало неудобств.
До водопада эта пестрая компания добралась довольно быстро. Там никого не было.
- Плин, та кте ше наш Саннин?
- Ты это у меня спрашиваешь?
- Эй, вы принесли деньги?
Саске и Кабуто обернулись. Животные нет: им было пофиг. В тени большого дерева стоял шиноби, закутанный в ярко-красный плащ.
- Ну и маскировка! – Саске схватился за живот от смеха. – Ох, он все же чрезвычайно тупой!
Кабуто отреагировал менее эмоционально, он ведь в своей лаборатории и не такое видел.
- Мы принесли. Один миллион рю в монетках по пятьдесят рюцентов. Будешь пересчитывать?
- Да. Давай сюда.
Кабуто подкатил ему тачку с мешком монеток.
Красный шиноби, расстелив на земле газетки, высыпал все из мешка и принялся за пересчет.
- Похоже, это месяца на два. – Саске подошел к шиноби. – Может, скажешь пока, где ты прячешь Орыча?
- Нееет. Потом скажу, а то вы еще убьете меня.
- Ты и сам умершь от голода, пока все это пересчитаешь… Я пойду искупаюсь, Кабуто. Позовешь, когда он закончит.
- Хорошо. Но путем штать по очерети.
- Э, ладно. Дежурь первый. Сменю тебя через пару часов.
Как ни странно, но все еще 52 День.
Красный шиноби продолжал считать монетки. На его пальцах мозоли были уже с грецкий орех, но он хотел точно все знать.
Кабуто дремал в тени деревьев, Саске играл с Блохастым Матрасом. Дежурил возле шиноби Хомьюби. Была его очередь. Саске прислушался к монотонному шепоту шиноби:
- Две тысячи четыреста девяноста восемь… Две тысячи четыреста девяносто девять…
- Он даже еще и трети монет не пересчитал. Орочимару умрет от голода. Какая позорная смерть. Что я скажу Суйгецу? «Ну, что, Учиха, ты уже убил Саннина? – Да, видишь ли, Суйгецу, тут так получилось… - Как это «так»? – Ну, знаешь, Орочимару, эээ, был похищен и пока его похитители считали выкуп, он скоропостижно скончался от голода… - Быть не может! – Да, клянусь! Любой скончается, если его не кормить три месяца». Лови, Блохастый Матрас!
Саске подобрал с земли палку и швырнул ее куда-подальше. Почему-то этим «куда-подальше» оказалась куча монеток. Несколько ровных столбиков пересчитанных монет рассыпались, перемешавшись с основной кучей.
- Ой! – Саске подбежал к шиноби, чтобы предложить помощь.
- … Две тысячи четыреста девяноста восемь… Две тысячи четыреста девяносто девять… Две…
- Твою мать! Да он, скотина такая, дрыхнет! - Учиха толкнул красного шиноби. Тот встрепенулся ото сна: