Саске приставил дверь к кое-как уцелевшему косяку и направился обратно к кровати.
Три кучи пыли поспешили удалиться от гостиницы на безопасное расстояние. Дверь шкафа немедленно распахнулась:
- Ах, Саске-кун, ты та-а-ак с ними расправился! Они меня ведь реально могли убить за то, что я сделал…
- Я даже знать не хочу…
- Да, спасибо, что спросил, я итак собирался рассказать. Ты не поверишь, Саске-кун, но… иду я, значит, по улице, никого не трогаю…
Саске откинулся на подушку и благополучно пропустил половину рассказа Орыча, как вдруг:
-… Итачи едва успел увернуться…
- Стой! – Сон как рукой сняло. – Ты сказал – «Итачи»?
- Ну да, так вот…
- Стоп, стоп, стоп, а откуда здесь Итачи?
- Саске-кун, - Орочимару поджал губы, - ты вообще слушал что я говорю?
- Что? А, конечно, эээ, просто, мммм, Орочимару-сама, эту часть я как-то пропустил… Не всем же быть такими внимательными в семь утра как вы.
Орочимару расплылся в улыбке – Саске знал как заставить саннина сделать то, что ты хочешь.
- Хорошо, мой юный ученик, сейчас я расскажу. Ну, ты же наверняка не прослушал как я храбро сражался с теми четырьмя женщинами, как нас загребли местные полицейские и посадили меня в одну камеру с теми активистками, как они мне полчаса впаривали, что мужчины козлы, как они потом удивились, что я не женщина…
- Э, нет, что ты, я это прекрасно слышал, но переходи уже к той части где Итачи.
- А да, так вот, уже в три часа ночи меня выпустили, так как я пообещал себя хорошо вести. И вот возвращаюсь я домой, мой путь лежал мимо твоего Фан-клуба и, понятное дело, мимо сгоревшего Фан-клуба твоего брата. Иду я, иду, и вдруг слышу кто-то воет на пепелище. Я решил пожалеть несчастного. Каково же было мое удивление, когда в несчастном я узнал Кисаме. Он был тааааааааак расстроен, что даже говорить не мог. Я спрашиваю:
- Кисаме, что ты здесь делаешь?
Он отвечает:
- Аааааааааа!
Я тогда ему ласково так говорю:
- Ох, и Итачи поди тоже где-то рядом?
Он пару раз всхлипнул и говорит:
- Рядом-рядом, даже ближе, чем ты думаешь.
Я почему-то почувствовал, что за спиной кто-то есть…
- Итачи? – спросил Саске, захваченный развитием сюжета.
- Ну да, он, - Орочимару недовольно сложил руки на груди, - он был очень сердит и все время шептал: «Я убью их, я убью их, нееее, я их точно убью».
- Кого убьешь? - спрашиваю я, стараясь отступить подальше, все-таки последняя наша встреча закончилась моей оторванной рукой.
Тут Итачи меня, наконец, заметил. Не знаю, конечно, реакцию твоего брата невозможно предугадать, но я ожидал чего-то другого…
- А, эээ, какая у него была реакция? – Саске достал свою записную книжку из-под подушки, чтобы внести туда новые сведения.
- Он просто расхохотался, глядя на меня… Хм… Это меня несколько смутило. Я разозлился и кинул в него камнем, да, чтобы попасть наверняка. Но его спас этот ваш Шаринган. Он увернулся, а камень…
- Что с камнем?
- Нуууу, он продолжал лететь, пока не упокоился на лице одного из тех почтенных граждан, которых ты сейчас видел.
- Хм, тогда, я думаю, они и погнались за тобой?
- Да, пришлось отступать… Я забыл всех моих змей в рукавах другого халата, поэтому был беспомощен. Вот и все.
- Дааа, бурная ночка.
- А нет, - саннин потер небритый подбородок, - не все. Нам срочно нужно в Деревню Звука, так что сегодня же отправимся туда.
Часть 43. Лицо Какаши-доно-семпая-самого (парт уан)
День 80.
Кабуто все еще лежал в кровати, когда к нему в комнату ворвался одетый по форме Орочимару:
- Кабуто, вставай! Подъем! Да, а не надо было вчера обмывать купленные скальпели. Ты ведь знаешь, что после пьянки будет головке бо-бо, так нет…
- Ааааарх, - протянул Кабуто, рыская под кроватью в поисках очков, - головке бо-бооооооо…
- Ути, мой маленький… – Орыч потянулся к медику, но тут заметил краем глаза, что из коридора на них беззастенчиво пялится Учиха. – А ну, пшел быстро в душ!
Легендарный саннин пнул гениального медика и тот, перекатившись, скатился на пол. Что-то треснуло.
- Опс, - Орочимару вытянул шею, чтобы посмотреть, - только не говори мне, что это были твои очки.
Кабуто слепо пошарил руками под собой и обнаружил, что это все-таки были его очки.
- Што-то мнье не прьёт, - промямлил очкарик (бывший) и стянул через голову ночную рубашку.
- Ну, вы долго еще там? – проворчал Саске, зевая в сотый раз.
- У нас большие проблемы, Саске-кун, - Орочимару протянул медику его штаны и рубашку, - Кабуто без очков может быть опасен не только для общества, но и для себя.
- Ну, так купите ему новые очки, велика беда.
- Новые? Да такие продаются только в одной аптеке и то за бешеные деньги!
- Тааа, - подал голос Кабуто, натягивая водолазку наизнанку, - они осопенные, тля шинопи. Они противоутарные и вотоотталкивающие и иногда светоотрашающие.
- Противоударные? – Саске подошел к медику. – Да они же сломались, когда ты на них сел.
- Ну-у, эти очки пыли у меня уше тесять лет, наверно, от старости сломались.
- Или от чьего то толстого зада, - сказал Внутренний Голос Учихи. Давно его не было слышно.\
Орочимару помог медику подняться и проводил его до ванны, чтобы тот умылся. Лицо Кабуто без очков казалось каким-то не таким. Саске долго не мог понять что в нем странного, а потом понял, что на нем не было очков. Учиха обрадовался своему открытию и решил, что день пройдет замечательно.
Путь из Нелегальной Деревни Травки до порта был долгим. Орыч все время поддерживал за руку Кабуто. Однако, несмотря на все старания саннина, а может быть и благодаря им, тот все равно умудрялся ударяться головой обо все толстые ветки. Поэтому когда они пошли к медицинскому центру Орочимару, очкарику нужна была первая помощь.
Орочимару оттащил Кабуто в приемный покой и того сразу же увезли на каталке в реанимационную, откуда спустя пару секунд послышалась немецкая ругань.
- Он там долго пробудет? – спросил Саске, у ног которого тут же образовался Блохастый Матрас.
- Да нет, - рассеяно ответил Орыч и посмотрел на собаку, - ого, а я совсем про него забыл.
Младший Учиха взял пса на руки и почесал ему за ухом. Пес благодарно заурчал.
- Он по нам скучал, - заметил Саске. – Какой хороший, умный пес.
- Ску-чал, - сказала собака.
- Ого! Он! Он только что! Он только что повторил мои слова! – Саске от удивления выронил пса.
Легендарный саннин взвизгнул и запрыгнул на стоящий рядом стол.
- ААаааа!!! Говорящая собака! Это происки Акацук, они подменили нам пса!
Саске с жалостью посмотрел на саннина:
- Тебе всюду мерещатся Акацуки. Им, конечно, больше делать нечего, как охотится на твою собаку!
- Они не на собаку охотятся, - проворчал Орыч, - а на меня! Вот демоны, решили добраться до меня, используя самое дорогое мне животное!
- Это этого пса, что ли? – изумился Саске, вновь поднимая успевшего заснуть еще в полете Блохастого Матраса.
- Даа, через него воздействуют на тебя, а через тебя уже на меня!
- Аааа, понят… Чего?! Это ты кого сейчас животным назвал?!
- Ну, ммм, ээээ, да собаку… Конечно, собаку! Хехехе, - Орочимару осторожно слез со стола, - ты чего, Саске-кун?
- Хм. Думаю, на ком бы мне потренировать Чидори?
- Ээээ, ну найди кого-нибудь. – Орыч побежал по коридору. – Кабуто, ты что-то кричал? Я уже иду-у!
День 80.
Саске довольно ухмыльнулся – теперь можно выйти на улицу и купить чего-нибудь поесть. Орыч предпочитал есть в больничной столовой на халяву, но нежный желудок Учихи не выдерживал такой ужасной пищи.
За ним увязался Блохастый Матрас.
- Ну, ладно, и тебя накормлю, но ты мне будешь должен. – Настроение было замечательным, поэтому Саске мог позволить себе немного раскошелиться. К тому же, деньги все равно были не его. Пес обрадовано облизнулся, хотя и любил пищу, приготовленную заботливыми руками Орочимару.
Довольно скоро Саске отыскал магазин, где смог затариться колбасой и мягкими булочками.
Сидя на лавочке в парке, Учиха неплохо позавтракал. Блохастому Матрасу тоже достался большой кусок колбасы, от хлеба пес почему-то отказался.
- Орочимару опять объявит меня в розыск, если мы сейчас не вернемся, - вздохнул потомок легендарного клана, - пошли. В смысле, иккузо!
Довольный и сытый, Саске рассмеялся. Блохастый Матрас удивленно на него посмотрел – он бы никогда не подумал, что его любимый питомец может смеяться. Просто так.
- Кхм, а, мммм, вы собираетесь это доедать? – послышался голос из-за дерева, растущего возле лавки. Саске обернулся – на ветке сидел оооооочень худой Фан Какаши-сенсея.
- Обаяши-сан? Что вы тут делаете?
- Хм, веду цыганский образ жизни… Видимо, это у меня на подсознательном уровне… - тихо ответил Шиноби в Красном. – Так можно я доем?
- Эээ, конечно, держи. – Саске собрал остатки хлеба и колбасы и протянул спрыгнувшему вниз Обаяши. Тот ел по-джентельменски – не чавкая. Но быстро.
- А как ты здесь оказался? – спросил Саске, чтобы поддержать светскую беседу.
- Судьба-злодейка… Она мешает мне достигнуть того единственного, чего я желаю достигнуть… Ах, я не видел Какаши-доно-семпая-самы уже почти 9 лет, аааааааа… – Повествование оборвалось из-за очередного куска в глотке Обаяши. Тщательно прожевав, он продолжил:
- Как я мечтаю увидеть его хоть одним глазком! Это невыносимо – знать, что мы дышим одним воздухом, но не знать в каких местах, ах…
«Чего? – спросил Внутренний Голос Учихи. – Он сам-то понял что он сказал?!
- Заткнись, - разозлился Разум, - дай человека дослушать!»
- Так как ты здесь оказался? – спросил Саске в перерывах спора между Разумом и Внутренним Голосом.
- Я выяснил, что два года назад Какаши-доно-семпай-сама был здесь с какой-то миссией.
- Не может быть! – притворно всплеснул руками Саске.