Но только до тех пор, пока они не выстроились в огромную надпись – «Орочимару здесь!». От надписи шла большая стрелка, указывающая прямо на толпу гостей.
Все мгновенно протрезвели и начали неловко откланиваться.
Через несколько минут на опустевшей поляне стояли только Орыч, Кабуто со съехавшими набок очками и Саске с храпящими у его ног животными.
- Вот и повеселились, - констатировал саннин, задумчиво глядя на огромные иероглифы своего имени в темно-синем небе.
День 87.
Орочимару, Саске и Кабуто с трудом продирались сквозь заросли дремучего леса. Саннин вел куда-то своих подопечных, несмотря на то, что было очень темно.
Орыч справедливо полагал, что его чутье никогда его не подведет. В его голове все еще вертелась незатейливая мелодия песенки «Делай как Большой Змей!». За легендарным, а теперь еще и усиленно разыскиваемым в окрестностях саннином рассеяно брел Учиха. Ему жутко хотелось спать. В одной руке он держал спящего Хомьюби, в другой соответственно же спящего Блохастого Матраса. И от разносящегося от них по всему лесу храпа у Саске тоже слипались глаза. Однако ножны его катаны, ударяющие по ногам при каждом шаге, не давали ему заснуть.
Последним шел хмурый очкарик. Он хмуро вспоминал, за что хотел на него наорать Орочимару, но так ничего и не вспоминалось. Медик опять-таки хмуро вздохнул. Ему хотелось поговорить.
Но первым начал Саске:
- Орочимару, а куда это мы идем?
- Ыыыыы, мы идем в одно из убежищ. Тебя, правда, там не должно было быть, Саске-кун, но сейчас это самое подходящее место, где нас не найдут.
- Что ты имеешь в виду? – спросил Саске, просто чтобы поддержать разговор. Но мы же помним, что Кабуто тоже хотел поговорить.
- Этто сначит, что это упешище осопое. И тепе там не место.
- Ну, Кабуто, - Орыч отодвинул ветку, чтобы она не выколола ему глаз. – Это не совсем так.
- Орочимару, а Орочимару, а я ведь был во всех убежищах. Ни одно из них в лесу не стоит!
- Ох, Саске-кун, ай! – Ветка, благополучно пропустив Саске-куна, съездила по морде Кабуто-сану. Кабуто-сан схватился за лицо и ненадолго выпал из разговора.
- Итак, оно просто было построено первым и там… Ну, там не место для детей, - проговорил Орыч.
- Так вот, Саске-кун, ето трукой тайник, маленьким репетенкам, вроте теппя, там нелься икрать, я понятно оппъяснил?
- Ох, Кабуто, лучше бы ты молчал, - злобно проворчал юный мститель, - твой акцент будит во мне желание убивать!
- А шелание убиться он не путет? Шаааааль…
- Чид…
- Ой, Саске-кун, смотри, мы пришли! – Орочимару указал на одиноко торчащую из земли скалу. – Вот оно, мое пристанище!
Орочимару сложил какие-то печати, прошептал таинственным голосом какие-то заклинания, дотронулся пятерней до скалы и та послушно отъехала в сторону.
- Вуаля! – довольно улыбнулся саннин, облизав лицо длинным лиловым языком. – Прошу к нашему шалашу.
Глубоко под землю вела каменная лестница. Факелов не было. Едва скала заехала на свое место, как стало абсолютно темно.
К тому же холодало с каждой ступенькой.
- Ээ-й, Ор-р-роч-чимару, мож-жет, эт-то… Катон-нчик хотя бы? – стуча от холода зубами, Саске сделал слабую попытку завязать второй разговор.
- Что ты! Только не здесь! Это опасно! Никакого катона!
- К-ксо!
Орочимару резко остановился. Ступенькой выше остановились Саске и Кабуто.
- У меня идея! – в темноте блеснули зубы саннина. Он быстро закатал рукав и, разгрызя палец, размазал кровь по рисунку на руке: - Кучиесе но дзюцу!
На пол тут же упало три фонарика и три плаща.
- О, блин! Ты призвал одежду и фонари! – воскликнул Учиха.
Орочимару раздал всем по плащу и фонарику.
- Ну не гений ли этот чудесный саннин с кротким нравом и обаятельной улыбкой? – кокетливо вздохнул Орочимару.
- Откуда он стесь… Тширайя-сама, наверное, сейчас талеко… - Кабуто протер очки. – А чеко это вы про неко вспомнили, Орочимару-сама?
Даже в скудном свете от трех фонариков было видно, что Орочимару-сама сильно побледнел от распирающей его ярости.
Саске решил разрядить атмосферу:
- Эй, Орочимару, а что это за техника такая?
- Оооо, спасибо, что спросил, Саске-кун. Это, - Орыч поднял вверх указательный палец, - одна из моих запатентованных доработок. Позволяет призывать кучу полезных вещей. При этом тебе не надо с собой таскать эти дурацкие неудобные свитки, которые могут порваться, потеряться или промокнуть.
- Ого, - глаза Учихи загорелись странным огнем, - а мне такое можно?
- Нет, это очень опасно.
Странный огонь в глазах Учихи уступил место Шарингану:
- А если я вежливо попрошу? – с нажимом произнес ледяным голосом Саске.
- Да хоть «пожалуйста» говори, все равно нет! Это чрезвычайно опасная техника! Так что все, только через мой труп! – категорично заявил Орочимару и гордо продолжил спускаться.
Кабуто презрительно хмыкнул и поспешил за ним.
Учиха запахнул плащ поплотнее:
- Хех… Как пожелаешь, Орочимару-сама…
День 87.
- Итак, Саске-кун, в этом… особом… убежище есть несколько правил для тебя, – после долгого молчания сказал Орочимару.
- Почему именно для меня? – поинтересовался Учиха, опуская домашних животных на пол.
Животные разлепили глаза и отправились на поиски ближайшего туалета.
- Потому что! – прошипел Кабуто. – Орочимару-сама сейчас фсе расскашет, не перепивай еко.
- Ага, перепьешь тут его, - тихо пробормотал Саске, вспомнив день рождения мамы Кабуто.
- Во-первых, - продолжил Орыч-сама, - никуда не ходи один. Зови Кабуто, он тебя проводит, ясно?
- Хм…
- Тогда вот тебе второе правило – ни с кем, кроме нас с Кабуто, не разговаривать.
- Ого, а тут еще кто-то есть? – Удивился Учиха.
- Ээээ, ну, если ты случайно увидишь кого-нибудь, кто покажется тебе знакомым…
- Иииитааачииии?!
- Ну, почему сразу его?
Саске выхватил катану и, оттолкнув Орочимару в сторону, кинулся в ответвляющийся коридор.
Кабуто поднял оторопевшего саннина:
- Ну вот, Орочимару-сама, он срасу нарушил фсе фаши правила… Как я и тумаль, натто пыло еко сфясать.
- Ну, еще не все, - сказал, отряхиваясь, Орочимару. – Хотя, думаю, он все же с ним заговорит… Черт, надо найти его быстрее. А то тут такое начнется!
- Кого из них? – Очки медика зловеще сверкнули. Орочимару поёжился.
Махнув рукой, он пошел в ту сторону, где недавно скрылся Учиха.
***
Саске долго бежал по коридору, с катаной в одной руке и фонариком в другой. Однако он никого так и не догнал.
- Неужели показалось? – спросил сам себя юный мститель, остановившись перевести дыхание.
Кто-то коснулся его плеча. Саске вздрогнул – он ничего не смог почувствовать до этого. Он медленно повернул голову, чтобы посмотреть кто это был.
- Аааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааа!
***
Орочимару с Кабуто резко остановились.
- Кажется, началось, - констатировал саннин.
- Интересно, это кого он встретил? – Кабуто от любопытства даже про акцент забыл.
Они прислушались.
- Ну, вроде стихло, значит кого-то другого.
- Орочимару-сама, может… это…
- Да, Кабуто, я тоже подумал именно про это, - золотистые глаза Орыча осветились азартными огоньками.
- Полгода уборки в лаборатории.
Орочимару почесал подбородок:
- Ааа, к черту! Принимаю! Но тогда месяц тренировок Саске-куна.
- Это нечестно! У меня ведь адекватная ставка… – Кабуто обиженно надул губы.
- Ооо, я вижу, ты струсил? Ты отказываешься? Так-то у тебя хоть шанс будет.
- Вот еще, но я ставлю на наших, знаете ли. Все-таки, со всеми Саске-кун не справится.
- Хех, ты вроде умный, Кабуто? Но позволю себе такую дерзость и скажу, что в этот раз ты не прав. Справится-справится.
Часть 48. Что склывает ваше подсознание? (c) Ping M.D.
День 87.
Орочимару и Кабуто на несколько секунд замолчали, прислушиваясь к звукам в убежище. Ничего странного.
- Ну, вот видишь, все обошлось.
Кабуто почесал подбородок и вздохнул. Ему начинало казаться, что он поставил не на того, кого нужно. И если Саске окажется сильнее, то придется ему, несчастному гениальному медику, заняться тренировкой последнего Учихи. А это значило лишить себя, причем добровольно, сна и отдыха, так как с него-то Саске точно три шкуры спустит, чтобы наверстать все то, чему его так и не обучил Орыч. Только сейчас до Кабуто дошел весь ужас ситуации, а также все коварство Орочимару.
Значит, он это задумал еще по дороге сюда. Ведь укрыться от Анбу они могли и в Деревне Звука. Кабуто побледнел.
- Ха-ха, судя по твоим глазам, которых я не вижу из-за сверкающих линз, ты уже понял во что ты вляпался, - весело пролепетал Орочимару.
***
Саске медленно повернул голову, чтобы посмотреть кто мог его затронуть:
- Аааааааааааааааааааааааааааахахахахахахахахахахахахахаа!!!Ооой, хахахахахаах, уффф… Стоп… простите… Хахаххахаахаа! Черт, да успокойся уже! Плиииин… Вы, - Саске смог, наконец, взять себя в руки, - вы откуда здесь, черт возьми?!
Человек, стоящий в тени, несколько смутился:
- Что тебя так рассмешило?
- Ну-у, не знаю… Может, это у меня одного такая странная реакция на покойников…
- А, блииин, точно, – человек почесал лысину. – А… ты здесь один?
- Нет, но Вы-то что тут забыли? Это Орочимару так прикалывается надо мной? Он вас вызвал, что ли?
- Слушай, Саске-кун, ты никому не говори, что меня здесь видел, идет?
- Нормально, ага. Я никому не скажу о том, что в убежище Орочимару разгуливает невинно убиенный им Третий Хокаге… – Саске оперся об стену. – Что тут происходит?
- Пойдем-ка со мной, - Хокаге осмотрелся по сторонам и повел Учиху по темному коридору.
«Он тут хорошо ориентируется – идет так уверенно», - подумал Саске. Какие-то странные предчувствия закрались в душу последнего из легендарного клана Конохи.