«Я скоро буду», – коротко ответил Гартош.
«Жду», – так же коротко отрубил Мервон.
– Ну что, Гартош! Хорошие ты получил новости? – выкрикнул с башни Тулос, который наверняка слышал весь разговор с тур-генералом. – Иди, спасай свое войско на востоке, а нас оставь в покое!
Носитель обвел тяжелым взглядом соратников. Многие из них тоже слышали разговор и теперь с тревожным ожиданием смотрели на своего главнокомандующего.
– Сжечь город, – выдавил Оскол.
– Но… – попытался возразить сотник, командующий катапультами, – город сгорит мгновенно. Я думал, это всего лишь акт устрашения.
– Я тоже так думал, до этого самого момента.
Гартош соскочил с Пегаса, широким шагом подошел к метательному орудию, выхватил факел у стоящего рядом бойца, поджег метательный снаряд и одним ударом молота выбил клин, удерживающий катапульту от выстрела. Радостно фырчащая бомба полетела в сторону Ритсола.
– Сжечь город! – рявкнул генерал.
Сотник отдал приказ, и огненные снаряды полетели к обреченному городу. Не прошло и минуты, как в крепости начались обильные пожары.
Гартош повернулся к полковнику егерю:
– Когда из города начнут выходить жители и военные, рассортируете их. Женщин, стариков и детей отпускайте на все четыре стороны, пускай ищут себе новое жилье, их судьба должна стать предостережением остальным. Мужчин в каменоломни, всех, кто чином не выше десятника. Сотников и выше повесить. Надеюсь, удастся поймать и герцога. Его в Торону, будем казнить публично.
– Боюсь, господин генерал, нам некого будет сортировать, – смотря за спину Осколу, сказал полковник.
Гартош оглянулся. Весь город превратился в один огромный костер. Погребальный костер. Его бушующее пламя заглушило крики боли и мольбы о помощи. Духи огня устроили торжественную пляску на этом знатном кострище. Ворота открыть так никто и не успел. И уже никогда не откроет – город выгорал дотла.
– Черт, перестарался. Зато другим наука будет, – процедил Гартош.
Его соратники старались отводить взгляд от своего генерала, они еще не знали, как относиться к тому, что только что случилось. Да и сам Гартош этого не знал. Но сожалеть о случившемся он не стал, а отдал команду:
– Алькон, готовь единорогов к переходу, навестим следующего владетельного лорда, возомнившего себя королем.
– Разве мы не отправимся на помощь Мервону? – удивился командор.
– Отправимся, но только когда закончим здесь, на западе. Алаза, сколько невидимых глаз наблюдало за тем, что здесь сейчас произошло?
«Я насчитала четырнадцать окон, – ответила змея. – Кроме того, не менее десятка птиц излучают ауру магии наблюдения, и даже вон тот заяц, на дальнем холме, слишком уж внимательно вглядывается в то, что здесь происходит».
– Отлично. – Генерал вскочил на людоеда. – Я и не собирался делать секрета из этой операции. Чем больше о ней узнают, тем лучше. Эй, вы там! – выкрикнул Оскол в сторону невидимых окон. – Я выжгу эту скверну на теле империи! Запомните то, что вы здесь видели, и передайте другим!
Окна одно за другим начали захлопываться. Убежал и заяц.
– В дорогу, – снова отдал команду Гартош. – Кто там у нас по плану?
Носитель, вместе с Черным Легионом, возник неподалеку от столицы еще одного мятежного княжества. Гартош хмуро рассматривал город, раскинувшийся на берегу живописной реки. Город также оказался укреплен, хотя не так сильно, как Ритсола.
– Если атакуем сейчас, то застанем обороняющихся врасплох, и не придется сжигать город, – подсказал генералу Алькон.
– Подождем, – не отрывая глаз от городских ворот, ответил Гартош.
Командор, не понимая замыслов генерала, обиженно надулся и отвернулся. Но Оскол не зря всматривался в ворота. Не прошло и нескольких минут, как ворота со скрипом распахнулись, и оттуда выехала кавалькада всадников. Судя по знаменам, выезжал правитель этого княжества.
– Ты ожидал сдачи? – вновь повернулся к товарищу Алькон.
– Ну а чего же еще? Алькон, не глупи, после того огненного представления, что я устроил в Ритсоле, только самоубийца будет продолжать настаивать на отделении от Виктании. Я надеюсь, что среди владетельных лордов, которые пошли на этот шаг, таковых не найдется. Именно для этого мне и нужно было преподать первому же лорду жестокий урок.
– У тебя получилось, – глядя на приближающихся всадников, прокомментировал Алькон.
– Знаю, – буркнул Оскол.
Не доезжая десяти шагов, всадники один за другим спешились и подошли к генералу и его спутникам пешком.
– Я лорд Амеко, князь Бораста, – представился самый старший из всадников. – Я отказываюсь от принятого ранее решения об отделении от Виктании и сожалею, что не сделал этого раньше. Прошу понять лорда Гартоша, какие причины побудили меня сделать это, и наказать только меня, а все княжество.
Амеко, не отводя взгляда, смотрел на Оскола.
– Я понимаю причины, – холодно ответил генерал. – И понимаю, что причины уже устранены. Многие из лордов, после смерти Армуды, отказались от принятых ранее подобных решений, и к ним не будет применено никаких карательных мер. Но вы ждали, когда под вашими стенами предстанут войска империи, и должны понести наказание.
– Я готов, господин генерал, – твердо сказал князь.
Гартош на несколько секунд задумался, затем принял решение.
– Сколько в вашем княжестве взрослых мужчин, способных держать в руках оружие? – спросил он.
– Почти семь тысяч, – без задержки ответил Амеко.
– Вот мое решение, князь. Половину этих людей вы немедленно снабжаете оружием, продовольствием на месяц и отправляете в распоряжение лорда Мервона. Возглавляете этот отряд вы лично. Вам будут поставлены самые сложные задачи, вас будут бросать на самые тяжелые участки фронта, и от того, как вы проявите себя на войне, будет зависеть ваша дальнейшая судьба.
– Забрать из княжества половину мужчин, большая часть из которых наверняка не вернется домой, это очень жестокое наказание для княжества. Я прошу господина генерала наказать меня лично.
– Ты не слышал, князь?! – повысил голос Оскол. – Раз твои люди пошли за тобой, они тоже должны нести ответственность! Что это с тобой за мальчишка?
– Мой сын, господин генерал.
– Сколько ему лет?
– Четырнадцать.
– Еще дети есть?
– Две младшие дочери.
– Оставляй княжество на сына, и на восток! Только так ты сможешь спасти и себя, и свою семью. Если ваше войско будет воевать достойно, то возможно, больше никаких наказаний не будет.
– Благодарю, господин генерал, – склонил голову князь. – Я принимаю вашу волю и выполню её. Вы заедете в город?
– Нет. Нам нужно навестить еще нескольких владетельных лордов.
Не успел Гартош произнести эти слова, как неподалеку открылся небольшой портал, и из него вышли три человека, в одном из которых Гартош безошибочно узнал мага, который наверняка и открывал портал.
– Лорд Гартош! – торжественно начал один из вновь прибывших. – Я барон Ветессо. Я со своим братом прибыл, чтобы заверить представителя Тороны в лояльности и отказаться от всяких претензий на самостоятельность моих владений. Готов понести любое наказание.
– Быстро соображаешь, барон, – процедил Оскол.
– Недостаточно быстро, – поправил генерала Вирон. – Если бы он принял такое решение на день раньше, наказания вообще никакого не было бы.
– И то правда, – согласился Гартош. – Рестан, остаешься здесь и принимаешь от раскаявшихся лордов их признания в любви. Всем определяй наказание, аналогичное Амеко. Только предупреди всех, чтобы не жульничали, мы проверим, правильно ли они назвали количество мужчин. И тогда наказание будет совсем другим.
– А может, лучше Терес? – попытался свалить задание на товарища Рестан.
– Я тебе дам Терес! – возмутился тарт. – Сказано тебе, значит, тебе!
– Выполняй, Рестан. Не переживай, войны на всех хватит.
VI
С помощью атратов Гартош без труда увидел обстановку вокруг Зелисара. Причем не только смог увидеть сам, но и магическим образом показать все это на большом зеркале.
– Смотри! – ткнул пальцем в изображение Мервон. – Гробросцы уже готовы атаковать! Максимум через пять минут они начнут атаку.
– Вижу, – процедил носитель.
– Гартош, их всего неполных три тысячи. Наш легион сметет их за несколько минут! – горячился Алькон.
– Не торопись, – охладил его Оскол. – Я не хочу без острой необходимости рисковать ни одним единорогом.
– А какая необходимость тебе еще нужна? – возмутился командор этих самых единорогов. – Они сейчас возьмут город, и отбивать его придется гораздо большими силами.
– В прорыв загорцы бросили свои лучшие силы, их не удастся смять одним махом, будут большие потери. Так что остынь. Пора атратам показать настоящую мощь. Думаю, большую часть работы мы сделаем с ними, а вам останется только зачистить местность.
– Смотри, тебе видней. Но не тяни, иначе город и переправу не спасет никакая магия, – предостерегающе сказал Мервон.
– Начну прямо сейчас, – успокоил его генерал. – Алеандра, Квирт и Аруш, со мной. Единорогам быть готовыми вступить в бой по моему сигналу. Но не ранее, иначе можете попасть под наш удар, а что там применят атраты, даже я не знаю.
– Слушаюсь, мой генерал! – бухнул себя в грудь кулаком Алькон.
Пехота выстроилась в атакующие порядки, передние ряды взяли в руки широкие щиты и двинулись вперед. Кавалерия охватила Зелисар с флангов, готовясь поддержать пехоту обстрелом из луков.
Возникновение возле ближайшего леска трех всадников и каррлака не осталось незамеченным магами гробросцев. Один из них нацелил в незнакомцев магический жезл и забормотал заклинание огня. Носитель не стал дожидаться результата этого бормотания и длинной багровой молнией сжег мага. Алеандра хлестнула по двум оставшимся магам огромным огненным кнутом, и очень результативно. Одного из магов перешибло надвое, другого отбросило на несколько метров в сторону, и он также не подавал признаков жизни. Такие действия вражеских магов не получили одобрения со стороны атакующей стороны. Около двух сотен кавалерии развернулись, рассыпались веером и понеслись в сторону нашей четверки.