– Да, Габыч, приняли.
– Поэтому план такой! – говорю. – Проверьте для начала аккуратно лёд на канале. Если встал, то будем двигаться по нему.
К этому моменту пришла зима, и морозец градусов шестнадцать простоял уже дней пять. Смотрю, а рожи у всех хитрые и довольные.
– Габыч, да мы уже проверили, – говорит Ламоть.
– Я так и знал! Сука, парни, ну нельзя так! Подставляетесь!
А сам сквозь бороду улыбаюсь. Мы поступили бы с парнями точно так же.
– Так, ну если лёд проверен. Ламоть, точно лёд встал?
– Точно, Габыч!
Стопудово, Ламоть либо гонял на лёд улыбающегося Дубу, либо держал, чтобы не утоп. Глубина в канале небольшая. Моя мысль была такая, что если даже лёд не встал, значит, пойдём по краю канала, ну а потом и по воде. Война, хули. Главное манёвры.
Чуть погодя я уже ставил парням боевую задачу.
– Итак, по льду идёт группа Ламотя, сравнявшись с западной стороной укрепа, запрыгивает наверх и прижимает хохлов во фланг. Группы Валида и Коряжмы накатывают во фронт, по-тихому, и ждут, когда манёвр Ламотя перейдёт в завершающую стадию. Джудас, ты со своей группой на оттяжке. На всякий случай, но лучше бы этого случая не случилось. Вера и Алисияр, ваша группа на своих позициях.
Ебальники у Джудаса с Верой и Алисияром погрустнели. Искренне. Хороший знак. Не ошибся в парнях. У остальных, наоборот, рожи светятся, как тот медный таз, перед тем как в него варенье наливают.
– Габыч, мы так и думали.
– Вот и ладно. Всё, парни. Собирайтесь планируйте. Дальше всё зависит от вас. Андерсон будет их ебашить в восточный фланг с Корда и отрабатывать по ним сто двадцатым. Поддержка будет. Не проебитесь!
Я попрощался с парнями и вышел обратно в поздний вечер. Затрещала радейка:
– Азукар, Азукар, я Габыч!
– Да, Габыч. На приёме.
Азукар за это время прошёл тернистый путь. После неудачного старта в качестве группника Ленон его поставил замом Танатоса. Там Азукар тоже не вывез. По итогу ему вручили квадроцикл, и он гонял на нём по передку, помогая с доставкой подносу.
– Буду через пятнадцать малых, на лес шестьдесят пять.
– Принял.
Я погрёб на встречу с Азукаром. Ну, хоть обратно доеду с относительным комфортом и ветерком.
Хорошо идти вечером, сразу видно, кто проебывается по фишкам. Где боекомплект свален в одну кучу, а не разложен по разным местам, чтобы одним прилётом не уничтожило, где мусором всё завалили и прочее. Ногам моим в диких сапогах было замечательно. Дошёл до точки, где меня ждал Азукар, я взгромоздился на квадрик, и мы рванули. На галине тридцать восемь Азукар меня высадил, и оставшиеся метров пятьсот я уже, через ров, преодолел в одиночестве.
В блиндаже меня уже ждал Ленон. Я не стал тянуть кота за подробности и сразу же доложил:
– Ленон, с парнями переговорил. Они готовы. Глаза горят. План такой.
Дальше я передал план, который мы утвердили с группниками.
– Да, принял, Габыч! Только добавим, что группа Веры и Алисияра создают ложный манёвр с восточной стороны лесополки, чтобы хохлы подумали, что мы снова идём на них по старинке, – внёс свои поправки Ленон.
– Я об этом не подумал! – ответил я.
Действительно, в голову не пришло, что можно отвлечь от Ламотя таким действием. Век живи, век учись!
Вечером Ленон вызвал группников на Аляску. Так теперь назывался наш передовой узел связи. Хлопцы прибыли, и он поставил им задачу. Удар по противнику назначили на раннее утро. В пять часов. Когда ещё небо даже сереть не начинает, а выход группами на завершающую стадию наката придётся как раз на рассвет. Мы знали, что пидоры любят в это время поспать.
Ещё затемно группы доложили о готовности. Группа Ламотя начала движение. Также на позиции стали заходить Валид и Коряжма. Группа Джудаса заняла позиции группы Веры, которые уже были готовы к своему манёвру. С востока по хохлам заработали стодвадцатые миномёты Андерсона и заговорил Корд во фланг хохлам. Ламоть дал знать, что вышел на рубеж.
Тяжеляки Андерсона замолчали, и в тот момент, когда я стоял и курил на улице, раздались звуки стрелкового боя.
88
Как потом мы увидели на чудом сохранившемся видео с потерянной птицы, найденной только через пару недель, Ламоть подкрался под берегом, и когда Валид с Коряжмой попёрли с фронта, подавляя огнём вэсэушников, он стремительно ворвался с западной стороны укрепа и начал уничтожать огнём противника.
Получив пулевое ранение, Ламоть остался на поле боя и, как потом рассказывали парни, лежал на трёх хохлах, им же и раненных. Прям сверху. Группы Валида и Коряжмы, закидав гранатами окопы противника, ворвались в укреп и уничтожили остальных. Притом что в один окоп к хохлам прилетело две гранаты, и только со второй их смогли вырубить и добить стрелкотнёй.
Во время боя ещё был героический прыжок Снорка в камень еблом. Чудак он, конечно, очень забавный персонаж. Ему бы бежать подальше от всего этого, но он вернулся на второй контракт.
И апофеозом всех этих событий выступил Ламоть. Он законтролил всех оставшихся пидоров в количестве трёх штук. Пропустил сквозь них целый магазин.
Наши операторы БПЛА сообщили, что хохлы дрогнули, и тем, кому повезло выжить, побежали вдоль канала на север.
Наши штурма, преодолев ещё порядка ста метров, закрепились на рубеже лес сто пять, заняв вторую линию обороны позиций ВСУ. На съёмке было видно, как коробки от пайков и разного снаряжения вылетают из вражеского блиндажа. Как я и говорил, в Конторе не пинали хуёв. Мародёрить трофеи – самое что ни на есть приятное в нашем деле. Да, Габыч, жаль, а мог бы быть и ты там. Теперь ты можешь только показывать, где много вкусного.
Ленону парни подогнали М-16, хороший агрегат. Дорого-богато. Мне с барского плеча перешёл по наследству польский «Грот», но я продолжал двигаться с АК, так как наличие БК решает. К Танатосу оттянули M2 Browning в рабочем состоянии и MG-3. Хороший пулик для меня гораздо дороже. Пулемётчика я из себя за эти месяцы не вытравил и всегда фанател, да и сейчас фанатею, от покемонов! Ждал свободного времени, когда можно будет поработать с этих импортных машинок, но пулемёт Калашникова считаю верхом совершенства. Не знаю почему, просто нравится.
Мы закрепились на достигнутых рубежах. За нашими штурмами стали подтягиваться тяжи. Вперёд выдвинулись подразделение БПЛА, расчёт станции зарядки аккумуляторов. «Тритон» было решено переместить на Галину 77.
И вот здесь «Тритон» заиграл новыми красками. Мы смогли контролить не только Белую гору, но и добивали до Александро-Шультино, что было глубоким тылом противника. Мастерски с этой системой управлялся молодой парнишка с позывным Олдман. Мы видели на съёмке, как создаются новые инженерные позиции пидоров. Конечно же, скидывали ребусы их местонахождения. К сожалению, наша компания работала практически без поддержки авиации и дальнобойной артиллерии. Сделать что-то серьёзное мы противнику не могли.
Пытались взаимодействовать с третьим отрядом, но компания одна и та же. И с артой у них та же беда. Мы могли только смотреть на передвигающуюся строительную, тяжёлую технику, а также бронетехнику. С бронетехникой мы могли помочь парням, так как палили, как они выезжают из Александро-Шультино, и сообщали, чтобы её встречали.
Наша группа БПЛА сменила руководство. Подвыдохшегося и потерявшегося Глазка сменил толковый парнишка из проектантов, и группа продолжила охоту за откатывающимися, но огрызающимися хохлами.
Дальше вся нагрузка легла на парней Клузо и медико-эвакуационную команду. Первые с утра до вечера тралили пути подходов и подъезда для нашей брони, вторые спасали парней в случае прилётов и т. д. Потому что хохлы ещё и ставили минные заграждения дистанционно, и работы было у них выше крыши. Приходилось уговаривать, чтобы внимательнее были с передвижениями. Только по хорошей погоде, чтобы без осадков.
В тот раз прекрасно зарекомендовали себя мужики, такие как Дантист и Конюх. Если Конюх, как вы помните, слегка потух после нашего первого штурма перед Кодемой, где погиб Гурген и ещё двое, а Дантист наложил со страху от сквозного пулевого при взятии нашей группой Николаевки, то сейчас они превратились в превосходных бойцов медико-эвакуационной команды, реально спасая жизни нашим пацанам.
В блиндаж на лес сто пять случился прилёт. Через три-четыре дня после штурма леса девяносто семь. При обстреле снаряд стволки пробил блиндаж, не разорвался, но оторвал руку и вроде ногу (могу ошибаться) одному из штурмов. Хорошо, что он был в тот момент один в блиндаже. Плохо, что он там был. Ему не повезло.
Представьте себе! Всей эвакуационной цепочке, от наших штурмов-медиков до водителей на «каплях» и бэхах, понадобилось один час сорок минут, чтобы парня доставить до госпиталя в Светлодарске! Час сорок! Так на гражданке не всегда скорая помощь успевает. Я сейчас специально здесь укажу ребусы леса сто пять, чтобы вы понимали, за какое короткое время был эвакуирован… вроде позывной Минусинск. Но это неточно.
Итак, Харитон 76501, Ульяна 19829 – начало, госпиталь Светлодарска – конечная точка. Просто посмотрите. Это под обстрелами, по пересечённой местности. Потом – на бэху, в районе Галины шестьдесят пять, потом – на «каплю» в Зеленополье, где располагался старший всей нашей медчасти взвода Бадлай. Всё это по разбитым и развороченным дорогам с регулярными обстрелами и бронетехникой! Так поставил работу Ленон!
Мы так и не стали с ним приятелями, тем более друзьями. У нас были, как я уже говорил, чисто рабочие отношения. Он – командир, я – заместитель, и всё. Всё же, когда я видел, как благодаря его работе и руководству парни оставались живыми, как в этом случае с эвакуацией, например, я с каждым разом верил ему всё больше и больше.
При всех наших разногласиях, я бы без колебаний доверил ему свою жизнь. Я так и не понял, фанат он группы «Битлз», или он поклонник древнеримских трагедий. Неважно. Буквы в его позывном можете менять на своё усмотрение. А вообще, Ленон всегда мне напоминал Жукова Георгия Константиновича в молодости. Если у него всё сложится, то страна получит толкового военачальника в его лице. Он – настоящий русский офицер. Именно та