– Подбрось да выбрось, мы не знаем, кто украл чемодан. Уверен, что вор сейчас пытается его открыть. Хаос и безумие на улицах – последствия действий тайного дирижера. Большой Исток под его воздействием становится неуправляем. Если мы не поторопимся, катастрофу будет не предотвратить.
Дверь в кабинет шерифа распахнулась, и на пороге показался Сэм Буревестник.
– Шеф, там в районе Песков джунгли проросли. Песков больше нет. Лес наступает на город.
Район Песков располагался на севере города. Несколько лет назад здесь начали стройку. Город постепенно расширялся, требовались новые территории, и городской совет принял решение выделить под застройку удаленный район, где все еще рос дикий лес. Несколько месяцев было потрачено на вырубку леса, в результате район превратился в пустыню, где к сегодняшнему дню построили с десяток пятиэтажных зданий для новопереселенцев.
Такими я и рассчитывал увидеть привычные Пески. Еще на подъезде я заметил, что совершенно не ориентируюсь на местности. Домов не видно. Вместо них все вокруг заполняли деревья, нехарактерные для наших широт. Вся эта растительность больше подходила южноафриканским джунглям.
– Подбрось да выбрось, что здесь творится?
– Пока что катастрофа местного масштаба. Пески мы потеряли. Если все продолжится в том же духе, то джунгли подступят к другим районам, и вскоре лес будет колоситься на Большом Истоке, а нам места не останется.
– В твоей версии, Красавчег, звучит все очень и очень мрачно, – оценил я.
– Такова правда жизни. Так что если мы не хотим искать себе новое жилье, надо остановить катастрофу.
– Пока мы возимся с деревьями, неизвестный нам засранец открывает шкатулку Пандоры. И если ему это удастся, то древесная угроза нам покажется цветочками, – предупредил я.
– Согласен с тобой. Но если мы не поторопимся, то спасать будет нечего. А судя по тому, что рассказывала Карма, он еще долго будет возиться с чемоданом. У нас есть возможность спасти город от нашествия деревьев.
Мы остановились на окраине Песков. Правда, теперь это место больше всего напоминало окраину Джунглей. Здесь когда-то находился продуктовый магазин, сейчас же он напоминал швейцарский сыр, из каждой дырки которого росли деревья и кустарники.
На границе с джунглями шериф выставил кордон из кентавров. Они руководили поспешной эвакуацией жителей и наблюдали за тем, как росли джунгли. Больше ничего они сделать не могли. Привычная картина мира пасовала перед реальностью, а должностные инструкции можно спустить в унитаз, они больше не соответствовали действительности. Кентавры выглядели растерянными и беспомощными. Они видели проблему, но не знали, как с ней сражаться. Некого арестовывать и тащить в каталажку.
Лес рос прямо на глазах. Набухали почки, распускались листья, вырастали новые ветки, падали семена на землю, из которых тут же прорастали новые деревья и кустарники. Живая колышущаяся зеленая масса походила на гигантскую опухоль на теле города. И мы могли лишь наблюдать за ней. Чтобы справиться с проблемой, требовалась рота великанов-корчевателей. Но в штате Конюшни не было ни одного.
– У нас лес раньше не был агрессивен. Так что надо срочно понять, кто у нас шалит. Кто с природой накоротке и обожает деревья?
– Под описание подходит Костя Бамбук, – тут же нашел подозреваемого Красавчег. – И он, если мне память не изменяет, живет на Песках. Жил раньше, по крайней мере.
– Надо его срочно найти и остановить безумие, – заявил я.
– По рогам настучим, мало не покажется, – зло улыбнулся Красавчег. – Джек, ты не знаешь, где мы можем найти Бамбука?
– Откуда мне знать. Я не сторож брату моему. А вот участковый Филин, он за этот район отвечает, уверен, в курсе. Сейчас разберемся.
Джек Браун подозвал к себе плотного кентавра с большими испуганными глазами и пышными усами. И правда на филина похож. Несколько минут они тихо переговаривались, так что ни слова не разобрать. Филин все время показывал куда-то в сторону джунглей. Впрочем, теперь куда ни покажи, везде джунгли. Так что ориентир слабенький.
– Филин говорит, что покажет дорогу. Бамбук должен быть дома. Среди эвакуировавшихся его не было. Несколько дней назад он видел его на районе, – доложил Джек Браун.
– Тогда чего мы ждем. По машинам, – приказал Красавчег.
Пробираться сквозь джунгли на колесах непросто. Вот если бы к переднему бамперу приделать электропилы, задача существенно облегчилась бы. Можно было пешком по прямой, но тогда мы опоздаем. А так нам пришлось рулить и выруливать, объезжая заросли кустарников и густых колоний молодых деревьев, не поддающихся опознанию. Ухабы и кочки, овраги и горушки – мы собирали все. Там, где раньше лежала хорошая асфальтовая дорога, ныне даже намека на нее не осталось. Все заполонил лес.
– Подбрось да выбрось, – оценил я степень бедствия.
Остальные промолчали.
Впереди показалась пятиэтажка. Ее почти не было видно из-за густой сети вьющихся растений, которая накрыла дом с крышей. От жилого здания ничего не осталось. Стекла выбиты, двери снесены, внутри все заполонили растения. Джунгли проглотили дом и успели его переварить.
Мы миновали здание и выбрались на Песчаную улицу, теперь она могла по праву именоваться Зеленой. Все поросло травой и деревьями. От них не спрятаться, не скрыться. Вдалеке виднелся одноэтажный домик, лишенный растительности. Складывалось впечатление, что джунгли старательно обходили его стороной.
– Нам туда, – указал Филин на домик.
Похоже, мои подозрения подтвердились.
При нашем приближении джунгли заволновались, растения зашевелились, поползли, словно зеленые змеи, на дорогу, стараясь преградить нам путь. Мы продолжали движение, давили ползучую гадость сколько могли, но вскоре машина забуксовала. Филин выглянул из окна на улицу и сообщил с кислой миной:
– Колес больше нет. Зелень одна. Дальше не проедем. Придется пешком.
Если нас на колесах остановили, то пешком – верная гибель от разбушевавшейся флоры.
– Лучше по воздуху, – нашел я выход.
Один за другим мы взмыли из машины и направились к уцелевшему дому. Джунгли пытались нас поймать, бросали нам навстречу лианы, вьющиеся побеги, ветви деревьев, но они были слишком медлительны для нас. Хотя Филина зацепило. Звонкую оплеуху влепила ему зеленой плетью агрессивная флора. Он завертелся волчком и отлетел назад. Тут же его повязали несколько растений, а два черных, словно обугленных дерева вцепились в него с разных сторон и стали перетягивать каждый в свою сторону.
Я оглянулся на Филина. Его измученные глаза молили о пощаде. Потерпи, парень, сейчас мы постараемся тебе помочь. Не все еще потеряно, хотя следует поторопиться, долго он не протянет.
Мы приземлились на пороге резиденции Кости Бамбука и ринулись на штурм. Двери открыты настежь, словно нас ждали.
Обнаженный по пояс Костя Бамбук восседал на импровизированном троне из старого оплетенного плющом кресла прямо по центру гостиной. Вид у него был надменный и глупый одновременно. Он окинул нас насмешливым взглядом и грозно, с нотками высокомерия, произнес:
– Что забыли в моих владениях? Почто тревожите меня?
– Подбрось да выбрось, Бамбук. Кончай балаган, сворачивай свою зеленую революцию. Люди жить хотят, тихо, мирно, твоя растительность мешает.
– А люди мешают моей растительности, – ответил Бамбук.
– Может, сгонять в участок да Злого с Зеленым выпустить. Они мигом тут восстановят статус-кво, – наклонился ко мне Красавчег и зашептал рациональные предложения.
– Пока ты будешь туда-сюда мотаться, Филина порвут как грелку, – ответил я ему шепотом сквозь зубы.
– Зачем вы пришли, преподобный? – спросил Бамбук, почесывая волосатую голую грудь.
– Пришел просить тебя как человека оставить город в покое и взять свой талант под контроль.
– Но я не человек, я альтер. Не путай. Какое мне дело до других людей? И с чего ты решил, что я не контролирую свой талант? Еще как контролирую. Если бы не контролировал, то Филина давно бы разнесли на кусочки. А так еще держится, старая ищейка.
Бамбук протянул руку, и в нашу сторону устремилась быстро растущая зеленая лиана, на конце которой болталась бутылка с янтарной жидкостью.
– Угощайтесь, мужики. Хороший вискарик, нечего сказать. Берег для самых лучших моментов.
– И ты считаешь, что лучший момент настал? – спросил я.
– А то как же. Самый что ни на есть лучший. Лучше не бывает. Раньше-то оно как было, все люди как люди. Работа, увлечения, у каждого талант особый, приятный. А Бамбук, ну что с него взять, только разве что дровишек к осени. И то на фига они нужны, когда у каждого центральное отопление проведено. Да вот под Новый год ёлок вырастить у каждого во дворе. Тут заказчиков всегда завались. Целый месяц в трудах. Потом два месяца убирать за праздником. А так все снисходительно относились к Бамбуку. В мире камня я самый бесполезный альтер. Там, где царят камень и бетон, зелень ни к чему. Так все считают. Все, но не я. А тут у меня появился шанс всем доказать, всех наказать, всех поставить на место. Кстати, а чего вы не пьете? Брезгуете моим вискариком?
Джек Браун взял бутылку из зеленой руки, посмотрел на меня, на Красавчега, получил наше одобрение, свинтил пробку и сделал большой глоток. Закашлялся и передал бутылку Красавчегу. Злить Бамбука сейчас нельзя. А то он нам полгорода разнесет. Так что если сказал – пить, то надо уважить человека.
– Что-то ты слишком силен стал. Не боишься выпустить всю эту зеленую массу из-под контроля? – спросил я, разглядывая Бамбука.
Похоже, просто уболтать его не получится. Придется напрямую воздействовать, подключать преподобного на полную катушку, иначе быть беде.
– Это вам надо беспокоиться, а не мне. Даже если я утрачу власть над зеленым царством, то пострадает Большой Исток, а не я. Дети не станут тревожить покой своего родителя и уж ни в коем случае не причинят мне никакого вреда, – самоуверенно заявил Бамбук.