Свара разгорелась безобразная, потому как высокая личная Сила никак не означает повышенной пользы для общины. Даже начавшийся дождь не охладил пыл спорщиков.
– … феодализм?! Феодализм, да?! – Наскакивает хобгоблин на одного из сторонников «много Силы равно много голосов», – а где ты, пидор…
– Ты кого… – взревел носорог, но его быстро заткнули – несмотря на личную Силу, выражающуюся по большей части во внушительных габаритах второго облика и способности перетаскивать тяжёлые грузы, звериный дух не пользуется уважением. Вспыльчивость и хамское поведение мало кому нравятся, даже если обладатель оных называет это Настоящим мужским характером. В сочетании же с ленью… не самая популярная личность.
– Тебя, тебя! – Не унимался хобгоблин, подпрыгивая, – ты думаешь, кто первый кандидат на выселение? Ты! Всех заебал, потому что хуже пидора! Силищи немеряно, а жопу лишний раз оторвать не хочешь, только чтобы поскандалить и подраться. Пидор как есть!
– Ты, ты… – начал заводиться носорог, воздух вокруг него замерцал.
– В отличии от тебя я плотник и краснодеревщик, а не грузчик от случая к случаю! И делаю…
– Ах ты… – перекинувший носорог рванулся было через толпу, но Жора обернулся конём и влупил ему задними копытами в лоб, да с выплеском Силы.
– На хрен обоих! – Постановило высокое собрание, – пусть в другом месте скандалят!
– Тишина! Тишина! – Надрывался Юрич с трибуны, пытаясь перекричать собравшуюся толпу. Цверги быстро поддержали своего лидера, начав скандирование.
– И никакой Силы, – мелькнула мысль, – всего-то крепкий коллектив и признание в нём!
– Компромисс, – взобравшийся с ногами на стоящую на помосте кафедру, выкрикнул Юрич, – компромисс! Предлагаю подумать над тем, чтобы закрепить количество голосов за трудоднями! Да погодите вы!
Народ потихонечку умолк.
– Подумайте просто, – уже тише продолжил цверг, – налоги как-то собирать нужно? Нужно. Пусть не трудодни, пусть… выносите на обсуждение свои версии, если хотите, не суть. Так вот моё предложение заключается в том, чтобы голоса зависели от налогов. Чем больше сдашь, тем больше у тебя голосов при голосовании, легче будет продавить какой-то закон. Хоть гей-парады еженедельно проводить!
– Эге! – Выкрикнул кто-то из толпы, – что это тебя на гомосятинку потянуло, Юрич? Никак решил ориентацию сменить вместе со сменой видовой принадлежности?
В толпе захохотали, а сторонники Юрича начали хватать обидчиков за грудки.
– Тише, тише! – Цверг поднял руки, – не решил. Не надейся, противный!
– Га-га-га!
– Просто если пидоры начнут пахать на благо всего общества так, что смогут продавить такое… Хер с ними, пусть проводят парады хоть каждый день! Тогда они для меня не пидорами будут, а нормальными такими лицами нетрадиционной ориентации.
Необычное завершение речи насмешило людей, и референдум пошёл спокойней.
– Выносим на обсуждение: нет налога – нет представительства! Это для хуторян, желающих жить наособицу, но не отделяться от общины. Смогут участвовать в жизни общины через свои… кланы там или семьи… сами разберутся. Промеж собой они уже сами разбираться будут, кто из них главный и кто больше наработал. Почти единогласно, надо же!
Как глава Гильдии, и потому приравненный к Старейшинам, сижу в президиуме, вместе с полусотней условных ВИПов. Голосую, естественно, за.
– Трудодни и…
Вижу начавшие споры в президиуме и толпе внизу, и прошу слова.
– Отложить! – Решительно рублю воздух ладонью, скрывая смущение, – два возражения по сути реформы. Первое: не предоставлена возможность гражданам предложить свою версию новой модели экономического развития. Вдруг у нас тут новый Гайдар вырос и за пятьсот дней приведёт Остров к процветанию?
– Га-га-га! В землю такую падлу втопчем!
– Второе – не проработан вопрос трудодней. Суть ясна, но дьявол, как известно, кроется в деталях. Лично я не против трудодней в принципе, но хотелось бы увидеть чёткую схему, позволяющую узнать, что же это такое в понимании реформаторов. Не допускающую двойного и тем более тройного толкования! Должна быть так же разработана формула или формулы, схемы и прочее.
– Референдум на то и референдум, – подытожил сменивший меня у кафедры директор Школы, – мы вынесли назревшую проблему на обсуждение и предложили решение. Теперь община должна внести в него свои коррективы или предложить нечто иное, устраивающее большинство из нас. Неделя… хорошо, две недели! Не затягивайте. Вопрос назрел и перезрел, господа-товарищи, кризис миновал и нам нужно хотя бы понимание – в каком направлении должна двигаться община.
Глава 4
Возвращаясь с ночной тренировки, по привычке забежал к Школе, где на стенде объявлений вывешивали по утрам новости – как официальные, так и личного характера. У тронного камня, коих в изобилии натыкали для любителей ораторского искусства по площади перед Школой, уже возятся цверги, устанавливая громоздкий макет.
– Проект будущего города? – Выразительно смотрю на Юрича.
– Обсуждаемо, – понял тот меня, – ты не смотри, что размах такой, это так, предварительные намётки.
– А зачем тогда… – не находя слов, обвожу стоящий на огромной каменной плите макет, на котором нашлось место даже подобию Колизея.
– Почему бы и не да? – Ухмыльнулся цинично цверг, отряхивая руки от каменной пыли, – Саш, ты сам видишь, что вектора в нашем развитии нет. Пережили кризис, начали осваивать близлежащие территории, и что дальше? Цели-то у большинства простые – комфорт, безопасность и какой-то статус, так ведь? То есть большинству уже почти ничего не надо! Они снова молоды и имеют все шансы на дооолгую жизнь. С едой… сам знаешь, один рыбак-энтузиаст легко прокормит хоть роту, а любителей рыбалки и охоты у нас хоть жопой ешь.
– Каждый четвёртый из мужиков, – соглашаюсь я, – бесплатно уловы раздают, только бери!
– С жильём тоже не проблема – капитальные строения не нужны, а если кто и захочет, то свободного времени и халявных стройматериалов до хренища. Хоть Цитадель Чёрного Властелина строй – велкам!
– Развлечения и статус, – начинаю понимать задумку.
– Они самые, – Юрич ухмыляется, – они самые… Такая вот стройка – развлечение и статус одновременно. Пусть лучше народ письками мерится, хоромины себе выстраивая – тут тебе и развлечение, и статус одновременно. Хочешь участок поближе к центру – отрабатывай налоги трудоднями на строительстве бассейна Москва!
– Да и Заводу попроще будет, а то скоро окончательно сами на себе замкнётесь, – подкалываю его, отслеживая реакцию.
– Не без этого, – согласился Юрич спокойно, – какие-то инструменты, механизмы, станочный парк. Заводу нужно хоть что-то производить, иначе одичаем на хрен! Потом, годы спустя, если понадобится вдруг создавать что-то серьёзное, мы ведь мастеров не соберём уже, все по своим норкам закопаются.
– А дальше?
Цверг нахохлился и выдал вовсе уж неожиданное:
– Знаешь… я думаю иногда, что нам всем нужен… именно нужен (!) враг. Не ради сражений, конечно, а ради какого-то движения… хоть куда! Мы прикинули на досуге, так по всему выходит, что на уровень привычного комфорта выйдем меньше чем через год.
– Питание…
– Да это… я о дворцах культуры говорю, дорогах, детских площадках и прочем. Телевиденье или там интернет – увы и ах, зато радио в каждый дом гарантирую. Новости, музычку какую… согласись, уже цивилизация! Сладости какие-то делать начнём, мороженое. Собственно, уже начали, я о разных сортах говорю и промышленных масштабах.
– Нда… этакий затянувшийся отпуск или парк развлечений, держащийся по сути на энтузиастах. Сладости, самодеятельность… ах ты ж блять! Мы, получается, в тупике?!
– По факту всё ещё хуже, – спокойно сказал заводчанин, – это, можно сказать, идеальное развитие событий.
– Загнивание скорее.
– Не без этого, – мрачная ухмылка в ответ, – слышал все эти разговоры о вассалитете?
– Как же не слышал…
– Для того и масштабные проекты… в том числе для того, – поправился цверг, – город строить начнём, а чуть погодя, когда народ втянется в писькомерство, строительство акведука начну пробивать. Ледниковая вода с гор, а не хрен знает какая речная.
– Её можно… – начал было я, но вовремя остановился, – понял, с гильдейцами о поддержке проекта поговорю, с Зинпалной тоже. Знаешь…
Замолкнув, мнусь некоторое время – проект интереснейший и не хочется отдавать его на сторону. Но подводных камней в нём столько, что… нет, не потяну. По крайней мере, не одновременно с гильдией и Госпиталем.
– Экспедиция вверх и вниз по течению реки.
– Джунгли… – отмахивается цверг, – стоп! Или по воде задумал.
– По ней… дай договорить! Знаю я эти аргументы о диких духах. Амазонка… блин, вот уж точно – как ты яхту назовёшь, так она и поплывёт. По части диких духов скажу тебе – вот кажется мне, некоторые наши Старейшины палки в колёса ставят.
– Тебе тоже кажется? – Остро глянул в глаза Юрич, усевшийся на краю валуна, – Юрий Иванович, будь он неладен… Самый могучий из водных духов на сегодняшний день, и экспедиции для него – нож в сердце! Про порт слышал?
– Кормление?
– Оно самое, – цверг нехорошо так усмехнулся, – оно самое… Дожили, а?! Вотчины делят, скоро и до крепостных дойдёт.
– Дойдёт, если допустим, – отвечаю в тон.
– Если, – Юрич замолчал, – ладно, зайди ко мне на Завод. Когда сможешь?
– Так… – понятно, что ему нужно время на обдумывание, – завтра после обеда устроит? В районе часа-двух окно будет, тогда и забегу.
– Зинплана! – Окликаю сиду, проходя внизу под её кабинетом на втором этаже, – если будут искать, я на Заводе.
– Надолго? – медик села на подоконник, свесив одну ногу наружу и достав из портсигара папиросу самодельной набивки. Недавно наладили выпуск бумаги, и как-то сразу удачно пошло. Не только папиросную (ну ладно, газетную на самом деле!) бумагу делают, но и замахнулись на святое – альбомную.