[287]. Кратковременное токсичное воздействие алюминия измерить сложнее, поскольку трудно предположить, насколько сильно он проникает в кожу. Тем не менее, научное сообщество соглашается, что соединения алюминия безвредны в рекомендованных дозах. Польза сильного антиперспиранта или впитывающих пот прокладок заключается в том, что, хотя они практически не уменьшают потоотделение, но, тем не менее, помогают человеку меньше о нем думать, что помогает улучшить ситуацию.
Как и с воспалением, вызванным стрессом, если покраснение и пот причиняют неудобства, нет ничего постыдного в обращении к врачу. Психологическая терапия и техники релаксации показали эффективность в снижении тревожности, которая часто лежит в основе этих неприятных ощущений. В сложных случаях, если другие методы лечения не сработали, применяются специальные хирургические процедуры, показавшие свою эффективность при обоих состояниях, но большую часть случаев можно вылечить путем консервативного вмешательства. Если проблема скрыта внутри, спрятана за барьером кожи, и кожа не делает то, что велит ей мозг, одна из самых простых и эффективных стратегий – поговорить, с врачом или с другом.
Покраснение и потоотделение – это в том числе один из способов, которыми невысказанные мысли проявляются на поверхности кожи, поэтому неудивительно, что люди пытаются их использовать. Давно известно, что у кожи есть постоянно изменяющаяся электрическая активность, как видно из использования ее проводящих свойств во взаимодействии людей с сенсорными экранами смартфонов. В 1878 году шведские ученые Херманн и Лухзингер обнаружили, что изменение электрической активности сильнее всего проявлялось на ладонях, что подтолкнуло их к открытию того, что пот, содержащий воду и электролиты – это самый главный фактор усиления электрических сигналов[288]. Ученым не понадобилось много времени, чтобы выяснить, что маленькие, незаметные изменения в «электродермальной активности»[289] кожи могут напрямую указывать на подсознательное эмоциональное состояние возбуждения. Говорят, что Карл Юнг, легендарный шведский психоаналитик, увидев, как самые потаенные мысли отражаются на коже, заявил: «Ага! Увеличительное стекло в бессознательное!»[290].
Леонард Килер – американский специалист в области инструментальной детекции лжи, один из изобретателей полиграфа.
Открытие того, что пот открывает наши секреты, быстро привело к появлению неоднозначного устройства, которое может повлиять на жизнь тысяч людей по всему миру: полиграфа, или детектора лжи. В 1930-х Леонард Килер (названный в честь эрудита Леонардо да Винчи), встроил измеритель электродермальной активности в машину, которая измеряла кровяное давление и частоту сердечных сокращений в попытках засечь обман[291]. В 1935 году данные с полиграфа Килера впервые послужили уликой в суде США[292], и после того, как результаты полиграфа поколебали мнение суда присяжных Висконсина, Килер заявил, что «результаты проверки на детекторе лжи так же достоверны, как показания отпечатков пальцев». Если бы показания полиграфа были верны на 100 %, это могло бы стать торжеством науки и правосудия, но это не так. Он измеряет возбуждение, но не может различить эмоции, не отличает вину от гнева. Изменить сопротивление кожи и повлиять на результат могут влажность, температура и лекарственные препараты. Детектор также можно обмануть, а некоторые люди с социопатическим расстройством личности (часто называемые психопатами) не испытывают во время допроса никакого эмоционального возбуждения. Хотя сейчас показания детектора лжи в США и большинстве стран Европы не признаются свидетельствами в суде, историческая замена суда присяжных этим неоднозначным прибором имела ужасающие последствия. В 2006 году Джеффри Дескович был освобожден из тюрьмы после шестнадцати лет заключения – анализ ДНК показал, что он был несправедливо обвинен в изнасиловании и убийстве пятнадцатилетней девушки. Его осуждение практически полностью базировалось на неверных показаниях полиграфа и последовавшим за этим фальшивым признанием[293].
Более позитивная новость заключается в том, что измерение электрической активности кожи на самом деле может помочь бороться со стрессом. «Зернышко» (The Pip), маленький портативный приборчик, измеряющий электрическую активность кожи восемь раз в секунду, пересылает информацию на экран смартфона или компьютера и относительно точно показывает ваш текущий уровень стресса. В сочетании с положительным подкреплением в форме игры, в которой набор очков зависит от снижения электрической активности, такой прибор может быть полезен для снятия напряжения. Подобная терапия с использованием «биологической обратной связи» успокаивает разум и расслабляет тело, и обладает потенциалом к облегчению симптомов и остановке развития различных телесных заболеваний, от болезней сердца до мигреней.
Электродермальная активность также используется для изучения примечательного и загадочного феномена кожи – фриссона[294]. Слушая кульминационную часть зажигательного классического музыкального произведения, или поп-песню, вызывающую особые воспоминания, вы, вероятно, ощущали теплую и приятную волну дрожи, сбегающую по позвоночнику, посылая мурашки по шее, лицу и рукам. Если вам это знакомо, то вы принадлежите к двум третям населения мира, которые сталкивались с фриссоном, или «эстетической дрожью». Ошеломляющее ощущение эстетического покалывания, когда мозг полностью контролирует кожу, может возникнуть как реакция на трогательную сцену в фильме или на особенно красивую картину, но чаще всего оно появляется как реакция на музыку[295]. Я всегда предполагал, что «эмоциональных» людей чаще бросает в дрожь от музыки, но исследования показывают, что главный фактор предрасположенности к фриссону – это когнитивное взаимодействие с музыкой. Если композитор хочет воздействовать на кожу слушателя, он должен быть игривым. Сейчас, благодаря исследователям музыки, мы знаем, что фриссон возникает, когда наши ожидания сначала нарушаются, а потом оправдываются в положительную сторону. Психея Луи, нейробиолог в уэслианском университете, а также скрипачка и пианистка, была заинтригована этими ощущениями. Изучая данные, она обнаружила, что изменения в мелодии и тональности, а также быстро исчезающий легкий диссонанс играют с нашими ожиданиями[296]. Когда мы развиваемся, мозг создает правила, по которым должна сочиняться музыка, особенно по отношению к культурным музыкальным нормам, поэтому, если произведение слишком соответствует формуле, оно кажется скучным, но если уходит от нее слишком далеко, то превращается в диссонирующий шум. Игривое музыкальное напряжение, которое мы слышим, дразнит мозг, и кожа это чувствует[297].
Фриссон (от французского «frisson» – дрожать) – эстетический или музыкальный озноб, кожный оргазм. Является психофизиологическим ответом на слуховые или зрительные стимулы.
Я впервые понял, что эти мурашки были частью игры предвкушения и нарушенных ожиданий, когда в 2009 году смотрел телевизор с семьей. Шли прослушивания на шоу «Британия ищет таланты», и телевизионной аудитории представили Сьюзан Бойл. Из интервью длиной меньше минуты мы узнали, что эта сорокашестилетняя шотландка – безработная, живет одна с котом Пебблсом и ни разу в жизни не целовалась. Выйдя на сцену, Сьюзан столкнулась со свистом и насмешками от аудитории в зале. Она выглядела как уродливая противоположность всего, чем должна была быть певица. Она не могла быть хорошей исполнительницей. Когда включилась музыка, и она начала медленно и великолепно петь «I Dreamed a Dream», арию Фантины из мюзикла «Отверженные», публика пораженно замолчала – а потом разразилась бурными аплодисментами. У всех членов моей семьи бежали мурашки от этого исполнения.
Тем не менее, фриссон – это не только неожиданность. Мы можем его ощущать при определенных условиях, и многие люди рассказывают, что у них всегда бегут мурашки в определенных местах любимых и значимых песен. Удовольствие, которое во время этого экстатического ощущения бежит по коже, начинается в мозге: музыкальный триггер запускает выработку опиоидов[298] и допамина[299] (ключевого вещества в системе вознаграждения мозга) теми же путями, которые активируются от секса, еды и рекреационных наркотиков (люди, принимающие налоксон, блокатор опиоидных рецепторов, который используется для снятия последствий передозировки героина, не ощущают фриссон). Эти вещества вызывают зависимость от этого кожного ощущения, а их способность вызывать ощущение счастья частично объясняет, почему прослушивание хорошей музыки с друзьями укрепляет отношения и способствует эмпатии и альтруизму[300].
Разум влияет на кожу, но и кожа напрямую воздействует на разум. Кожа – это книга, это единственная наша часть, открытая внешнему миру и, к добру или к худу, она влияет на первое впечатление, которое мы производим на других. Кожа может одновременно определять, кто мы есть, и ограничивать нас. Наше мнение о том, как нашу кожу видят другие, воздействует на наш разум в краткосрочной и долгосрочной перспективе. Существование мультимиллиардной индустрии косметики – это видимое доказательство того, насколько кожа важна для самоидентификации, но это зачастую намного ярче ощущают люди с видимыми заболеваниями кожи. Джон Апдайк, американский писатель, посвятил целую главу своих мемуаров «Самосознание» физической, душевной и социальной борьбе с псориазом. Есть причины, по которым дерматология – одна из немногих областей медицины, в которой понадобилось разработать «Индекс качества жизни» для пациентов