– Куда? – задал наивный вопрос Гривин. – Я еще очень неважно знаю корабль.
– Не все ли равно? Лучше в тренировочный зал. Не будем зря нервировать публику. Туристы должны отдыхать! Я тебе быстро покажу, что такое баночки, скляночки, ржавый пинцет.
– Пойдем, – спокойно кивнул бывший спецназовец, понимая, что другим путем конфликт уладить не удастся.
Кид из тех, кто думает не головой, а мышцами. Словами его не убедишь, а вот телесная экзекуция, как правило, просветляет разум лучше процедур в любой психиатрической клинике.
– Я с вами! – вскочила Эвели с места. – А то откинете копыта, а мне потом ассистировать при операции. Боже, ну почему все мужики имеют гены баранов! Лишь бы подраться! В баре недавно поставили новые двери, нормальный заменитель ворот, бились бы лучше лбами в нее, да и публика будет в восторге от такого шоу.
Александр подумал, что девушка и дальше будет против поединка, попытается примирить, а то и постарается вызвать начальство. Однако было видно по глазам, что она предвкушала забавное зрелище. Наверняка она из тех женщин, которые просто получают удовольствие от дуэлей за обладание ею, любимой.
От этого уважение к Эвели несколько уменьшилось, но, с другой стороны, ведь никто не отменял первобытные инстинкты. Они, эти самые инстинкты, притупившийся атавизм механизма естественного отбора. Эх, Дарвин, зачем ты придумал свою теорию? Пускай и неправильную, но не во всем же!
– Идем, – согласно кивнул ей Кид, гордясь собой, – посмотришь, какую отбивную я сделаю из твоего сопливого студента, который после этого никогда не станет доктором.
Он с гордо поднятой головой пошел к выходу из бара.
Делать нечего, пришлось встать и идти за ним, благо тренировочный зал оказался совсем рядом. Из чувства любопытства с ними пошел еще один человек, Мацуро – напарник крупногабаритного охранника.
– Ну, держись! – выдавил Кид, встав на «борцовский» ковер.
Он набросился на Гривина сразу, молотя массивными руками и ногами. Эта машина для убийства могла сломать кого угодно, но далеко не всякого. Он так ни разу и не попал по цели. А когда, запыхавшись, чуть снизил темп, капитан в отставке легонько ударил его в шею. Ноги Кида подкосились, и он в беспамятстве рухнул на мягкое покрытие арены. Эвели взвизгнула.
– Ах ты, гад! – увидев падение напарника, Мацуро выхватил шоковый пистолет, но выстрелить не успел.
Оружие непонятным образом вылетело из руки, а удар коленом под зад заставил отлететь на несколько метров его недавнего обладателя.
– Ну, мы до тебя доберемся! – простонал он сквозь зубы, однако не решаясь на какой-либо серьезный поступок.
– Да пошли вы, пока еще раз не отшлепал! – злости на них у Александра не было, разве что безразличие. – Эвели, ты со мной?
Она заколебалась, бросая взгляды то в одну сторону, то в другую. Такого исхода она никак не ожидала.
Александр махнул рукой и пошел один, считая, что времени на будущее общение будет предостаточно.
Настроение из-за драки испортилось. Грустно было так начинать практику.
Немного посидев в баре, выпив сухого вина, Гривин отправился к себе в каюту. По визору при всем изобилии программ ни одна не подходила под настроение, и экран пришлось выключить и попытаться заснуть.
Неожиданно среди ночи в дверь постучали. Непонятно, почему постучали, а не нажали кнопку вызова? Но на это полусонный Гривин не обратил внимания, когда вставал с кровати. Экран обзора тоже не включил, поскольку это занимает время, а вот именно времени у медиков порой не хватает при срочном вызове.
Створка едва успела отъехать в сторону, как в помещение ворвались четыре гориллоподобных туши. Остатки сна слетели моментально. Кида Александр узнал сразу. Его ни с кем не перепутаешь, даже спросонья. Чувства растерянности не было. Конечно, бравада лихих операций осталась далеко позади, но даже воспоминания о прошлом не защитят от боевого бластера. Одно неосторожное движение – и дырка размером с футбольный мяч вряд ли украсит грудь ветерана спецподразделений.
– Именем закона ты арестован! Руки вверх! Лицом к стене! Или я открываю огонь! – крикнул человек в форме лейтенанта службы безопасности.
Все-таки разумнее будет смириться.
Возможно, этот лейтенант действительно дурак, а им, как известно, закон не писан.
А вот выступать против представителя закона не слишком-то хорошо.
«Да, Гривс, у тебя просто феноменальный талант притягивать к себе неприятности».
– Пожалуйста! – Гривин поднял руки и отошел к стене. – Только объясните, по какому праву вы врываетесь ко мне посреди ночи? Угрожаете каким-то арестом?
– Скотина! – кинулся с кулаками Кид. – Это ты убил, гад, моего напарника Мацуро!
– Кого? – вот уж неожиданность.
– Не притворяйся! – вопил Кид, брызгая слюной. – Еще и голову отрезал, негодяй и мразь!
– Не понимаю, о чем речь, господин офицер. Похоже, этот обвинитель просто спятил! – пожал плечами практикант, обращаясь к лейтенанту, видя, что с Кидом общаться бесполезно.
– У вас была ссора с охранниками Кидом и Мацуро. И после этого, где-то с час назад, в подсобном помещении тренировочного зала обнаружили обезглавленное тело Мацуро. Что вы можете сказать в свое оправдание?
– Я его не убивал. Зачем мне это нужно?
– Ссора с последующей дракой – достаточный повод. Представим, вы случайно встретились вновь, опять драка и как следствие – убийство! А голову вы отрезали в состоянии аффекта.
– Или для пополнения коллекции! – угрюмо усмехнулся подозреваемый в циничном убийстве. – Зачем же все-таки мне могло это понадобиться?
– Да потому что ты – садист-маньяк, извращенец! – прошипел Кид.
– Господин лейтенант, прошу оградить меня от оскорблений этого истерика! Я могу обвинить его в убийстве с не меньшим основанием!
– Что-о-о?! – взревел Кид, замахиваясь потрескивающей голубовато-зеленым светом дубинкой. – Убью, сволочь!
Никто даже не понял, не успел понять, не должен был понять, почему вдруг Кид опрокинулся на лейтенанта, а боевой бластер перекочевал из рук офицера службы безопасности в руки «преступника». У всех четверых визитеров разом пересохло во рту, они оглядывались в ожидании смертоносного залпа.
– Вот что, джентльмены! Мне надоели ваши угрозы и бессмысленные обвинения! Пойдемте, прогуляемся к капитану корабля, пожелаем ему доброй ночи, и там попытаемся во всем разобраться! Господин лейтенант, вы же офицер! Постройте это стадо, и пусть строевым церемониальным шагом идут к каюте господина Шмелева.
Странный цирковой номер разворачивался в пустынном коридоре лайнера. Охранники вместе с Кидом тянули ногу, как на параде. Зрелище было не для слабонервных зрителей, а инструктор по строевой подготовке из Академии Канопуса точно бы получил инфаркт от смеха, если бы не выпил сразу грамм двести водки перед этим или, в крайнем случае, сразу после этого. Это было шоу, достойное стать в один ряд с выступлением клоунов-эксцентриков или стриптизом из программы местного ресторана. За этой процессией вышагивал злой и полусонный тип в плавках с боевым бластером в одной руке и электрошоковой дубинкой в другой.
Капитан лайнера мирно почивал и далеко не сразу ответил на вызов. Впрочем, об экстренной ситуации Шмелева уже поставили в известность, поскольку он открыл дверь, будучи в форме и даже гладко выбрит, разве что глаза были явно не выспавшиеся. Зрелище было оценено по достоинству, аплодисментами.
– Гривин! Прекратите этот обезьяний цирк! Кид, свободен! Убирайся со своими лоботрясами. Александр, вы же будущий врач, интеллигенция, элита! Отдайте начальнику охраны его инструмент, да и лейтенанту вернуть бластер не помешало бы, а то люди на работе все же. Господин Славчек и Гривин, ко мне в кабинет, а остальные работать, а то я еще не так ходить заставлю!
Кид удрученно махнул рукой, что-то сказал своим подчиненным и вся компания, словно свора побитых псов, направилась в ближайший бар.
– Присаживайтесь, господа! Думаю, что по чашечке крепкого кофе нам не повредит. Кофейник на столе, чашки там же. Эх, лейтенант! Нашли, к кому приставать! Этот медик не один десяток таких, как вы, «вылечить» сможет! Обвинения в его адрес я снимаю!
Лейтенант нервно покашливал: за последние двадцать минут он успел арестовать, попасть сам в плен и вновь оказаться на свободе. Понятное дело, что даром для психики это не прошло.
Александр же сказал, что кофе давно не пьет – контузии сказываются, а предпочитает зеленый чай.
– Вот что, лейтенант, – продолжил капитан, пододвигая гостям печенье, – почему вы вдруг решили арестовать парня?
Лейтенант попытался говорить о ссоре с Кидом и Мацуро, но его версия была, мягко говоря, сбивчивая и не убедительная.
Конечно, в академии риторику не изучают, но нельзя же быть настолько косноязычным.
– Ладно, хватит, – прервал лепет капитан, – у нас нет времени выслушивать версию, которая не может соответствовать истине хотя бы потому, что жалкие наезды не выведут из состояния равновесия «черного ангела». Убийство Мацуро – это действительно жуткое ЧП, но впадать в панику нам нельзя. Мы отвечаем за огромное количество людей. А теперь лучше послушайте, что расскажу я. Вот вы, Ксан, не удивились, что попали на такую престижную практику?
– Признаться, да, – почесал затылок Александр. – Это место для профессорских сыночков, а не для меня.
– Я лично людей по положению в обществе не разделяю, – продолжил Шмелев. – Да, и к распределению студентов на практику обычно не имею никакого отношения. В этот раз же впервые пришлось подсуетиться. Все дело в том, что я получил письмо, которое сообщало: «Рекомендуем отложить отлет «Эллады» минимум на месяц. Иначе в полете вас будет ждать слишком много неприятностей». Подписи, разумеется, не было, да и само письмо в долю секунды пожелтело, съежилось и рассыпалось в прах. Я заявил в службу безопасности, там все сочли за шутку и попытались уверить меня, что незачем беспокоиться. Я почти им поверил, но пришло второе послание: «Не стоит больше дергать службу безопасности. Напоминаем об отсрочке отлета «Эллады», иначе этот круиз станет последним». Они продолжали угрожать, да к тому же проведали о моем обращении в службу безопасности. Отложить круиз я не мог, это грозило громадными убытками компании. Я понятия не имел, как поступить. Что-то подсказывало мне – эти предупреждения сделаны теми, кто в силах их осуществить. На службу безопасности надежды не оставалось. Да мне и предъявить им оказалось бы нечего, писем, и тех не сохранилось, второе рассыпалось так же, как и первое. Я нанял двух детективов из самого прославленного частного агентства, но они, получив предупреждающие письма с угрозами