Периодически они это делали, теперь уже по телефону. Елена опять ушла от Константина.
«Вот они, правила игры!» – подумал Константин.
– Давай просто обсудим! – возразил он. – Я не знаю, как это делают разумные люди.
– Я хожу на работу – я знаю, что я делаю! Ты занимаешься самопознанием – может быть, тебе за это платят деньги?! На какие деньги ты живёшь? Может быть, ты хочешь избежать реальности? Объясни мне, пожалуйста, как ты ищешь себя, я хочу понять, что скрывается за этими словами.
– За самопознание денег не платят. У меня есть ещё работа по гранту, и я подрабатываю на телестудии, кем-то там снимаюсь время от времени.
– Статистом?
– Что-то вроде этого! Как просто ты говоришь: «Я знаю, что я делаю», но это половинчатая логика. Должна быть вторая половина: «Я живу с такой-то целью! Чтобы делать то-то и то-то!» Вот с этим у всех плохо! Считается, что сама жизнь, даже приближённая к жизни растения или домашнего кота, уже всё оправдывает – всю бессмыслицу первой половины! Я не могу больше жить бессмысленной жизнью! Я от неё задыхаюсь!
– Пока ты не потерял работу, пока у тебя было всё в порядке, ты почему-то не занимался никаким самопознанием – тебя всё устраивало! Ты не задыхался! Почему?
– Так совпало. Я всегда думал о самопознании.
– Почему нельзя заниматься самопознанием и при этом нормально жить и работать? Разве для самопознания нужно специально что-то делать? Что, иначе прямо никак?
– Наверно, в принципе это возможно. – Константин на секунду задумался. – Хотя, нет! Невозможно! И я знаю почему.
– Так, почему?
– Неоткуда браться желанию познавать себя. Когда человек работает, он точно знает, что ему нужно делать. А когда уже автоматически запланировано какое-то дело, своему неавтоматическому желанию места нет, оно превращается в ненужную игру, в развлечение. К чему бы человек ни пришёл в своих поисках, уже решено, что он должен сделать.
– То есть тебе, чтобы сделать самое простое дело, нужно начинать с вопроса: «Быть или не быть?»
– Примерно так!
– Ты понимаешь, что ты в обществе так существовать не сможешь? Тебе нужно быть каким-нибудь монахом и жить в монастыре!
– У монахов тоже ничего не должно получаться, если они правильные, хорошие монахи.
– Ну что ж, познавай себя! Только меня это не устраивает. Пока!
Серое здание
Константин искал офис Антонио, серое неприметное здание между Садовым и Бульварным кольцом. Конечно, бумажку с точным адресом и схемой он оставил дома и теперь пытался найти так.
Константин вспомнил соседа, заядлого автомобилиста, хорошо знающего Москву, который ориентировался весьма специфически. Если его спрашивали, как доехать на такую-то улицу, он тут же, не задумываясь, давал ответ. Объяснял он, глядя прямо в глаза, как бы гипнотизируя: «Вот отсюда выезжаешь в сторону кольца, но не въезжаешь на кольцо, а влево под мост, там разворотик, такой маленький, и направо, сразу под стрелку, едешь, едешь, большие дома проехал, там светофор, в левую полосу перестраиваешься заранее, повернул на маленькую улицу, чуть-чуть проехал и сразу вправо до упора, потом на круг, влево уходишь, и вот ты выехал, куда тебе нужно, а там на мост, второй светофор налево, потом сразу направо, площадь проехал, и вот она, эта улица. Всё просто!» Ни одного названия улицы или площади в его объяснениях не упоминалось. Как ни странно, его понимали и находили.
Константин кругом обходил серое здание, кажется, то, которое нужно, пытаясь найти первый подъезд.
«Антонио сказал „ничему не удивляться“, значит, опять розыгрыш какой-то!»
Он нажал кнопку, услышал щелчок замка и открыл дверь.
– Пожалуйста, по коридору направо, первая дверь! Вас ждут! – не глядя в лицо Константину, но очень вежливым тоном произнёс человек и сразу удалился.
В кабинете навстречу вышел человек, про которого Константин сразу подумал: «Дипломат».
– Добрый день! – с широчайшей улыбкой он протянул руку. – Мы рады, что вы согласились встретиться с нами! Меня зовут Билл. Я являюсь резидентом американской разведки и действую от имени правительства Соединённых Штатов Америки. Вы можете не представляться. Никаких средств слежения и записей разговоров, как мы условились, с нашей стороны допущено не будет. Мы гарантируем вам полную конфиденциальность, максимальную открытость и честность в переговорах. Прошу садиться!
– Очень приятно! Меня зовут Константин! – произнёс он откровенно разочарованным голосом. Таких плоских шуток от Антонио он никак не ожидал!
– Мне очень приятно, Константин, что именно вы представляете на переговорах вашу цивилизацию! – Билл снова продемонстрировал успехи американской стоматологии. – Мы давно наблюдаем за вашими летающими объектами и давно искали контакта с вами! У нас исключительно мирные намерения, и мы готовы к плодотворному взаимовыгодному сотрудничеству…
Он говорил о прогрессе, миролюбии, демократии, доверии, гуманизме, об американских и общечеловеческих ценностях, об экологии и о благе всех живых существ во Вселенной. Собственно, говорил ни о чём, как и положено дипломату. Говорил и говорил. Правда, о вере в Бога ничего не сказал. Видимо, они решили, что в переговорах с инопланетянами от этой ценности можно и отказаться. Неуместно! Чтобы ненароком не выглядеть дураками.
И по тому, что он не знал, чем закончить, Константин с ужасом понял, что это не розыгрыш, а по крайней мере какая-то ошибка.
«Они что-то знают о дневниках Георгия! Но что они могут извлечь оттуда?! Что могут хотеть такого рода люди, я прекрасно понимаю, я не инопланетянин, у меня по этому поводу нет иллюзий! Опять заговорил о доверии! Это разведчик-то о доверии?! Не иначе как слово „доверие“ придумали напёрсточники! Но чего же он от меня хочет?»
И Константин догадался. Они сами не знают, чего хотеть!
– Говоря о наших летающих объектах, вы имеете в виду все НЛО? – уточнил Константин.
– Мы наблюдаем много различных объектов…
– Это не только наша цивилизация! Много летающих объектов и из других галактик, но в контакт с вами сейчас вступать никто не будет. По сравнению с другими вы находитесь на дикой стадии развития. Вся ваша техника примитивна, наука в зачаточном состоянии, люди у вас друг друга убивают, а вы говорите о доверии! Но это не главная причина отсутствия контактов…
Он слушал очень внимательно.
– Я открою вам небольшой секрет! Может быть, вас это несколько обидит… Как вы думаете, почему сюда все так любят летать из разных галактик, наблюдать за вами, а в контакт, увы, никто не вступает?
Он недоумённо развёл руками, стараясь сохранять улыбку.
– Они прилетают, чтобы посмеяться над вами! Вы странные существа! Вы научились одеваться и обуваться. Вы кушаете, пользуясь ножом и вилкой. Вроде бы цивилизованные разумные существа, но… занимаетесь сексом, как дикие животные! Никакой разницы!
– Так они, из других галактик, прилетают посмотреть, как мы…
– Совершенно верно!
По лицу разведчика пробежала масса различных эмоций, видно было, что он сопоставлял какие-то факты и что-то анализировал.
А Константин в это время вспомнил одну свою знакомую:
– Ты знаешь, Костя! Американцы к сексу относятся слишком серьёзно, как к налогам! Я год проучилась в Штатах и ни разу ни с кем не трахнулась! Мне там не понравилось!
– Крайне возмутительно! – согласился Константин.
– В развитых цивилизациях для занятия сексом используют высокоточные секс-машины и секс-аттракционы. У вас есть свои примитивные развлекательные аттракционы. Качели, карусели, «американские горки» или «русские горки»! Ваши технологии уже позволяют использовать их для секса. Но, признайтесь честно, вам это почему-то даже в голову не приходит!
Дипломат вежливо улыбнулся, но в голову, видимо, уже пришло.
– Вас устраивает дикая первобытная стадия! В этой сфере у вас никакого прогресса! Без фантазий, без использования передовых научных технологий! Вам самому не кажется это странным?
Дипломат вежливо улыбнулся.
– Этим вы отличаетесь от других цивилизаций. Что-то не так в вашем отношении к сексу! Вы изгои во Вселенной! Посудите сами, кто будет контактировать с цивилизацией, имеющей сексуальные странности?! – развёл руками Константин. – Это считается чем-то неприличным!
На дипломата это откровение произвело сильное впечатление. Константин увлечённо пересказывал то, что они прочитали в записях Георгия об удивительных секс-аттракционах, увиденных им на одной из планет…
– Затем вы с вашей женщиной поднимаетесь на сотню метров, как на морской волне, и начинаете падать… Это абсолютно безопасно! Получите массу незабываемых впечатлений!
– Вы имеете в виду тот же ритм? – изредка по-деловому уточнял дипломат.
– Темперамент вы можете регулировать сами! – импровизировал Константин. – И уж поверьте мне, никто из вас не захочет потом возвращаться к примитивным сексуальным контактам!
– А как быть с сексуальными меньшинствами? – дипломат продолжал задавать всё новые жизненно важные вопросы.
– Итак! – закончил Константин. – Наше предложение: мы даём вам образцы 119 секс-машин и секс-аттракционов со всеми чертежами, описанием технологии их изготовления и подробнейшими инструкциями по их эксплуатации. В обмен мы хотим получить двадцать миллионов тонн нефти.
Он понятия не имел, много это или мало. Сказал наугад.
– Нефть должна быть сосредоточена на территории вашей страны, на одной из военных баз. Мы сами её заберём. Нами просчитано, что ваш технологический уровень и научный потенциал позволит вам освоить то, что мы вам предлагаем, но без нашей информации вам не удастся самим создать что-либо подобное в ближайшие пятьсот лет. Вы можете засекретить технологии производства, стать монополистами и поставлять секс-машины в другие страны. Эти технологии перевернут ваш мир и ваше сознание!
Крутые горки
Когда Константин как-то по инерции вышел из подъезда, он очень обрадовался, что забыл спросить «дипломата», как ему найти Антонио. На подъезде было написано: «Подъезд № 4», а Константин хорошо помнил, что ему нужен подъезд № 1.