Кэлена посмотрела на Лёву, потом на Тумлука.
– Ты в самом деле разрешаешь мне ответить вместо тебя?
– Нет, Кэлена. Я думаю, что только ты можешь решать такой вопрос. Я не могу приказать тебе или запретить. Я не могу ответить вместо тебя. Только ты сама отвечаешь вместо себя.
– И ты не будешь меня наказывать и сердиться?
– Нет, Кэлена. Как ты решишь, так и будет. Ни я, ни Тумлук не должны на тебя обижаться.
– Тумлук, я согласна пойти с тобой на эту ночь. Только мы уйдём в ярангу.
Тумлук встал, подошёл к Кэлене и взял её за руку.
– Пойдём, Кэлена.
Он не хотел терять и минуты. Они ушли. Лев сидел слегка ошарашенный.
– Я пойду к реке прогуляюсь.
Он вышел. Михаил во все глаза смотрел на Лизу.
– Почему ты вмешалась, Лиза? Ты знаешь, что сделал бы я в этом случае?
– Что?
– Я бы убил того, кто попросил тебя. А если бы ты согласилась, то и тебя грохнул.
– Меня у тебя никто не попросит. Даже и пытаться не будет. Мы совсем другое. У нас любовь. Я за тебя убила Ульвелькота. Ты знаешь об этом?
– Как? Как ты убила Ульвелькота? Когда? – Михаил подскочил взволнованный.
– Когда вы уехали и меня заставили остаться в стойбище, я была очень сердита. У меня было предчувствие, что может случиться беда. Во сне в эту ночь мне было видение, что ты падаешь и летишь головой вниз на камни. А Ульвелькот смеётся. Отряд всё ещё разыскивал вас. Но Ульвелькота среди них не было. Начальник отряда сказал атэ, что он исчез сразу же, как только оставил их в засаде. Они пришли в стойбище, и отец напоил и накормил их. Он убедил, что Ульвелькот ненормальный и все над ним смеются, потому что девушка отказалась быть его женой, и он так решил отомстить. Если начальник не хочет быть посмешищем, то ему лучше вернуться в Уэлен и заняться каким-либо полезным делом. Тогда он спросил у отца, где его дочь. Отец показал им меня, что я дома. И они ушли. А мы с Кэленой сразу же выехали к вам в Горячие ключи. Я очень торопилась, надеялась успеть и предотвратить несчастье. Мы с Кэленой выехали на поляну перед водопадом. В это время ты подошёл к нему и стал глядеть вниз. Из-за камней показался Ульвелькот. Мы его увидели в бинокль. Я стала кричать. Но водопад шумел, и ты слушал только его. Ты перепрыгнул на самый близкий к обрыву камень. Ульвелькот подошёл сзади и тебя толкнул. Ты полетел вниз на камни. А я прицелилась из охотничьего ружья и выстрелила. Попала Ульвелькоту в голову. Он летел вниз с уже разбитой головой. Мы его нашли, когда тебя искали. Мы вернулись, и я три дня не могла встать, так мне было страшно и больно из-за всего этого. Спасибо Армагиргыну. Он мне приснился и во сне сказал, чтобы я немедленно ехала тебя искать, пока ты ещё жив. Мы поехали и тебя нашли.
– Бедная Лиза. Как ты всё это пережила?
– Да, это было тяжело. Но, главное, мы нашли тебя, и ты был живой. Надо было уговорить тебя не покидать нас.
– Нас, это кого? Тебя и Лёву?
– Нет, нас – это меня и твоего ребёнка. Это такая радость. У нас будет малыш.
Михаилу стало жутко. Но он не хотел обижать Лизу. И не хотел врать, что для него это радостная весть. Поэтому он просто молча прижал её к себе и нежно поцеловал. Так они сидели некоторое время, молча, тесно прижавшись друг к другу, пока не вернулся с прогулки Лёва.
Лёва зашёл тихо. Ни одного слова о Кэлене он не сказал.
– Мы поедем завтра утром, ты согласен, Лев? – спросил Михаил.
– Я могу ехать хоть сейчас.
– А Кэлена?
– Михаил, ты, надеюсь, понимаешь, что возврата нет. В дальнейшем я могу поступить по нашему обычаю.
– Ты обиделся?
Лёва постоял, как бы прислушиваясь к себе. Он хотел быть предельно честным с собой и друзьями.
– Нет. Обиды совершенно нет, как нет и трагедии. В этом есть здравый смысл: Тумлук полюбил Кэлену. Он натосковался без женщины. В свете обычаев чукчей и того доброго, что он для нас сделал, его просьба естественна. Так, Лиза?
– Да, так. У нас есть дружественные семьи, где мужчины обмениваются жёнами на определённый срок. Даже если потом рождаются дети, им радуются и воспитывают как своих. Мужчины в этом случае считают друг друга братьями и всегда помогают и выручают друг друга.
– Теперь надо учесть, что Тумлук имеет дочь. Ей нужна мать. А Кэлена хочет иметь прочную семью и детей. Она просила меня о ребёнке, но я считал себя не в праве. Ну а я не могу жить с ней дальше, как ни в чём не бывало. Надеюсь, Михаил, ты меня понимаешь. Я не чукча. Могу понять, но вычеркнуть из памяти не могу.
– Я не понял бы тебя, если бы ты поступил иначе. А сейчас давайте спать. Завтра выслушаем Кэлену, узнаем, что скажет Тумлук, и двинемся в путь.
– Вы спите, а я расстанусь со своими иллюзиями. – И он снова ушёл в темноту.
* * *
С рассветом все были в сборе. Кэлена и Тумлук о чём-то смущённо шептались. Лиза, Михаил и Лев были одеты в тёплые дорожные одежды.
– Кэлена, Тумлук, мы решили ехать сегодня утром. Ты, Кэлена, решай, как тебе поступить и где тебе жить. Я поясню, – сказал Лев. – Ты можешь остаться здесь и быть женой Тумлуку и матерью Анкаун. Если по какой-либо причине тебя это не устраивает, мы доставим тебя в стойбище Кулила. Жить с нами ты больше не можешь, потому что я не могу тебя принять, Кэлена. Это теперь по нашему обычаю. Вот так.
– Тумлук, я возьму тебя в мужья. Ты согласен?
– Да, Кэлена, я согласен. Я не надеялся. Я очень хотел этого.
– Ты слышишь, Лёва. Он будет моим мужем. И девочку нашу я люблю. Я давно хотела настоящего мужа чавчу. Я не хочу в стойбище. Здесь мы сами хозяева. Тумлук имеет ребёнка, значит, у меня будут дети. Он сделает мне ребёнка, и я буду настоящей женщиной. Спасибо тебе, Лёва. Ты очень хороший. Ты отпустил меня, и ты не сердишься, правда?
– Я не сержусь. Я желаю вам счастья, Кэлена.
Все зашевелились, засобирались. И вскоре Кэлена и Тумлук махали руками вслед уезжающим.
Лёва поспешил вперёд, никого не ожидая. Встречный ветер и быстрое движение уносили все неприятные думы и обновляли душу. А на душе у него было погано. По-человечески он понимал Кэлену. Но ему было обидно за себя. Он был уверен, что соединяющие их с Кэленой узы если не любовь, то близкое к тому чувство. А на поверку оказалось, что их совместная жизнь была просто временным обоюдовыгодным союзом двух одиноких людей. И как только представился более выгодный и более подходящий в национальном отношении вариант, стабильный вариант устройства жизни, Кэлена ушла. Лев чувствовал себя просто использованным и отброшенным за ненадобностью. И от этого ему хотелось убежать. Он намного опередил Михаила и Лизу. Когда прибыл на Горячии ключи, то поставил оленя на отведённое для него место, бегом побежал к бассейну, в котором они купались. Снял одежду и плюхнулся в воду. Он ощутил радость и очищение не только от накопившейся за это время грязи. Ему хотелось промыть всего себя изнутри. Намывшись, он переменил одежду и сразу взялся за стирку. Когда приехали Михаил и Лиза, он развешивал её для просушки.
Лиза трогательно ухаживала за Михаилом. Впрочем, и Лёве оставалось от её щедрости. Она вымыла Михаила в бассейне. Сделала ему удобную мягкую постель, уложила его. Затем приготовила вкусный ужин и накормила своих подопечных. После ужина они сидели втроём у костра, пили чай, каждый думал о своём.
Лёва запретил себе думать о Кэлене. Но и свою московскую жену он теперь не вспоминал, не просил у неё прощения. Он думал о том, что свободен от любых обязательств. Жизнь можно начинать с чистого листа. А Кэлену он внутренне благодарил. Она, как это ни странно, дала ему уверенность, что он вполне полноценный мужчина. В нём нет ущербности, которой его часто корила жена. И, поняв это, он с надеждой смотрел в будущее. И сейчас, сидя у костра, он наслаждался спокойным вечером и обществом друзей. Он полюбил Чукотку и вполне мог остаться здесь навсегда.
Лиза тихо радовалась, что у её малыша есть живой отец. Михаил смотрел на Лизу и ощущал её матерью своего ребёнка. Он близко придвинулся к ней, прижался к её спине, охватил руками и слегка упёрся подбородком в плечо.
– Ой, – сказала Лиза удивлённо, – он толкнулся.
И Михаил ощутил, как кто-то изнутри легонько стукнул Лизу. Впечатление от этого было настолько неожиданным и радостным, что Михаил тоже сказал: «Ой!» И дальше они сидели тихо, ожидая нового более сильного толчка. Но его почему-то не было. Очевидно, ребёнок просто дал знать, что он есть, и тут же заснул, умиротворённый тихим вечером и покоем.
Преступление
Катастрофически быстро приближалась зима. Надо было запасать еду. Сначала один Лев, но через пару дней и Михаил стали ходить на ежедневную охоту. Лиза оставалась дома. Они все надеялись, что Кулил их посетит при первой возможности, и тогда будет ясно, где зимовать. Они не знали, что делается в мире, можно ли им покинуть своё укрывище. Однако дни шли, а Кулила всё не было. Лиза очень тревожилась. Её отца могли задержать только чрезвычайные обстоятельства.
Кулил был в тревоге. Надо было переводить оленное стойбище на зимнее место. Прошлогодняя стоянка им не годилась. Там было известное место. К тому же олени за прошлую зиму изрядно истощили выпасы. Надо было уходить в горы, уводить подальше людей и животных. В окрестностях вновь появился отряд русских оперативников, разыскивающий беглых. Сбежали трое заключённых, как сказал Кулилу начальник отряда, это были уголовники, вооружены и опасны. Следы вели на Чукотку. Кулил боялся привести отряд к своим. В то же время он опасался, что беглецы могут двинуться к Горячим ключам. Естественно, за ними придёт туда отряд. Надо было принимать решение и действовать. Кулил, как главный эрмэчин стойбища, был на виду и не мог сам отлучиться. Пришлось вновь звать Вэкэта. Он часто покидал стойбище, охотился в окрестностях. Пыткыванна договорилась с Анканау, что она направит Вэкэта к ним сразу же, как он появится. Поздно ночью пришёл Вэкэт.
– Вэкэт, я волнуюсь. Из лагеря сбежали трое зэков. Опасные люди, им ничего не стоит убить человека. Они рыскают по тундре.