– Не вижу в них ничего странного. Просто вырвавшаяся на простор пара молодых горожан. Было бы странно, если бы они, остановившись в сельском отеле на уикэнд, вели себя по-другому. Нет, я ставлю на Дэвитта – загадочного, по отзывам прислуги, жильца. На мой взгляд, это первый кандидат на роль убийцы из всего списка постояльцев, проживавших в отеле в это время. Что скажешь, Стив?
– Скажу, что, начав строить догадки на данной стадии расследования, мы допустим большую ошибку, – ответил Стефан, тщательно выговаривая каждое слово. – Полагаю, для начала нужно принять во внимание все улики и свидетельства, а не только те, о которых я только что прочитал.
– Но разве в этом рапорте не все свидетельства по нашему делу? – спросил Мартин.
– Разумеется, нет. Существуют еще два момента, которые, на мой взгляд, имеют отношение к расследованию. В частности, одна старая история, которую на днях рассказала мне мама. Боюсь, правда, не слишком красивая история.
Он прикусил губу и покраснел.
– Да ладно тебе, Стив… Чего застеснялся? – хмыкнул Мартин. – Обнаружил старый скелет в шкафу, что ли?
Стефан в нескольких словах поведал историю о письмах, которые мать передала ему для прочтения два дня назад.
– Могу сообщить, – добавил Стефан, – что догадка матери полностью подтвердилась. Я побывал в Сомерсет-Хаусе, и у меня не осталось сомнений в том, что женщина, писавшая эти письма, действительно та самая Фрэнсис Энни Марч.
Пока Стефан рассказывал, Анна хранила молчание, погруженная в свои мысли. Зато Мартин то и дело подавал весьма эмоциональные реплики. Надо сказать, что его оценка ситуации в корне отличалась от оценки Стефана.
– Кто бы мог подумать, что у старика бушевали в крови такие страсти? – последовал его финальный комментарий, когда Стефан замолчал. – Прямо шекспировская драма… или что-то в этом роде. Ну а если серьезно, Стив… Эти сведения дают нам реальный шанс продвинуться в наших поисках? Разумеется, если ты заявишь, что означенная Фрэнсис Энни Марч и ее «обиженный сын Ричард» проживали в отеле под именами миссис Ховард-Бленкинсоп и мистер Ховард-Бленкинсоп – тогда другое дело. Ты ведь к этому склоняешься, не так ли?
– Сейчас я склоняюсь к тому, что нам необходимо как следует проанализировать все факты. А то, о чем сообщили письма, просто один из них. Теперь поговорим еще об одном. Возможно, он покажется вам более важным, чем первый. В тот вечер в отеле находился один человек, которого, как показалось отцу, он узнал.
Стефан повторил то, о чем ему поведал инспектор, сообщивший о человеке, чье появление в гостиной отеля прервало разговор между отцом и Маллетом. Однако Мартина это не слишком заинтересовало.
– Не думаю, что это может оказаться важным, – заявил он. – Подобные ошибки происходят повсеместно. Позавчера на улице я сам хлопнул по спине парня, приняв его за своего приятеля, но, как чуть позже выяснилось, мы с ним никогда в жизни не встречались. Было чертовски неловко. Возвращаясь же к твоей истории, скажу так: если этот парень действительно остановился в отеле, почему твой отец видел его только раз – и ни раньше, ни позже не замечал? Скорее всего, это был кто-то из местных, заскочивший в отель, чтобы выпить.
– Или, – медленно произнесла Анна, – это человек, который не хотел, чтобы его видели. Возможно, он собирался поужинать внизу и передумал, увидев в гостиной отца. Мистер Джонс, например.
– Гм, – задумчиво пробормотал Мартин, по-видимому, впечатленный словами невесты. – Гм. – Он набил трубку, прикурил и в полном молчании затянулся. Потом продолжил: – И все-таки я считаю, что Дэвитт – именно тот тип, который нам нужен. А что касается Джонса, то, возможно, он его сообщник. Правда, я не могу взять в толк, зачем парню, собирающемуся кого-то убить, понадобилось тащить с собой молодую женщину. Я, по крайней мере, точно бы так не сделал. Даже тебя, Энни, с собой бы не взял.
– Возможно… – начала было Анна, но Стефан жестом остановил ее.
– Эти споры нас ни к чему не приведут, – нетерпеливо заметил он. – У нас нет почти никаких доказательств, которые можно было бы выложить перед страховщиками, чтобы убедить их в виновности кого-то из гостей. Имеются лишь сведения, из которых, как отметила Анна, следует, что в отеле в интересующее нас время проживало «много весьма странных людей». А также подозрения относительно того, что кто-то из них подсыпал мединал в чашку с чаем до того, как отец забрал ее в номер. А этого, как вы понимаете, совершенно недостаточно.
– Что верно, то верно, – признал Мартин. – Нет никакого смысла строить догадки, касающиеся того или иного гостя. Мы должны проследить за ними и попытаться добыть информацию о них. Если, конечно, таковая имеется. А сведения, добытые в гостинице, послужат основой для начала наших поисков. Итак, Стив, командуй!
– Для начала нужно проверить несколько адресов, – сказал Стефан. – Два из них – лондонские и принадлежат, если верить регистрационной книге, Дэвитту и Джонсам. Затем надо проверить адреса Ховард-Бленкинсопов в Линкольншире и Карстерсов в Брайтоне. Точного адреса Вэннинга мы не знаем. Имеем лишь сведения, что он обитает где-то в Лондоне. Аналогичная ситуация и с Парсонсом, который живет где-то в Мидчестере. Впрочем, есть шанс, что мы сможем добраться до него, посетив его клуб.
– Если портье моего клуба сообщит мой адрес любому парню с улицы, я приложу все усилия, чтобы его уволили, – наставительно произнес Мартин.
Стефан, словно не слыша его, продолжил:
– А когда мы найдем Парсонса, тогда, возможно, найдем и Вэннинга. Если, конечно, Парсонс захочет нам помочь, что довольно сомнительно.
– Стоит ли нам вообще тащиться в такую даль? – поинтересовался Мартин. – Когда в нашем распоряжении Дэвитт и Джонсы, живущие на расстоянии мили? Лично мне кажется, что все остальные вряд ли причастны к этому делу.
– Именно, что кажется, – бросил Стефан. – Да, мы ровным счетом ничего не знаем об этих людях, но вовсе не следует, что их можно вычеркнуть из списка подозреваемых. Что же касается Парсонса и Вэннинга, то им нужно уделить особое внимание, поскольку против них есть существенные, хотя и косвенные улики, которые ты, похоже, проглядел.
– Это какие же?
– А вот какие: Парсонс зарезервировал две комнаты, причем одну из них для Вэннинга. Но так уж вышло, что в ней ночевал наш отец. И, что интересно, эта комната находилась рядом с комнатой Парсонса. Мне вот что любопытно: сам-то Парсонс знал о замене? Насколько я понимаю, отец заказал чай в номер довольно поздно – как раз перед тем, как отправиться спать. И еще одно: если верить рапорту детектива, Парсонс очень удивился, когда, спустившись на следующее утро к завтраку, узнал, что Вэннинг уже позавтракал и уехал из отеля. Возможно ли, что Парсонс отравил отца по ошибке, приняв…
– Приняв чайник с чаем за бутылку виски! – перебил его с хриплым смешком Мартин.
– Если ты собираешься высмеивать любое предположение в связи с этим делом, то… – начал было Стефан сердитым голосом.
– Ничего подобного, старина. Просто хотел показать, насколько пока хрупки твои догадки – даже на уровне слов. Так что если ты будешь столь остро реагировать на замечания, то это, по твоему же собственному выражению, ни к чему хорошему нас не приведет.
К счастью, в этот момент прозвучал звавший к ленчу гонг, и начавшее копиться в комнате напряжение рассеялось.
Во второй половине дня конференция возобновилась в более спокойной и сдержанной обстановке.
– Определенно нам следует начать с людей, живущих неподалеку, – заявил Мартин. – А это Дэвитт и чета Джонсов. И первый вопрос: мы сами займемся наведением справок об этих субъектах или поручим грязную работу Элдерсону?
– Мы наняли Элдерсона только потому, что мне не хотелось появляться в Пендлбери, – ответил Стефан. – На мой взгляд, нам следует начать расследование собственными силами. Но мы можем вновь обратиться к детективу, если какая-то часть работы покажется нам слишком сложной. Или, как заметил Мартин, слишком грязной.
– Хорошо. Вопрос номер два: какой линии нам следует придерживаться? Я к тому, что говорить о слежке и наведении справок очень легко, но мы не полицейские и не можем вот так запросто ворваться в дом какого-нибудь парня и заявить: «Здравствуйте, мистер такой-то. По нашим данным, несколько дней назад вы останавливались в „Пендлбери“. Хотелось бы знать, это не вы случайно убили там старого джентльмена по фамилии Дикинсон, поскольку, если это сделали вы, нам придется арестовать вас». Или что-нибудь в этом роде. Не знаю, как у вас, а у меня так не получится.
– Лично я считаю, что надо прежде всего опираться на здравый смысл и действовать в соответствии с той линией, которая при сложившихся обстоятельствах покажется наиболее разумной или приемлемой. Я, разумеется, не собираюсь допрашивать этих людей напрямую, пока о них не узнаю что-нибудь или не окажусь в такой ситуации, когда у меня просто не будет выбора.
– Понятно… Иными словами, хочешь, если повезет, разнюхать, высмотреть что-нибудь исподтишка или услышать несколько слов о жильцах, воспользовавшись болтливостью портье или хозяйки дома. Затем, опять же если повезет, разговорить интересующего субъекта, представившись разъездным торговцем или неким забытым двоюродным братцем, приехавшим с островов Фиджи. Или что-нибудь в том же роде. Думаю, со стороны это будет выглядеть очень забавно… Ну да ладно. В таком случае третий вопрос, последний. Будем обрабатывать намеченную жертву все вместе или по отдельности? Как говорится, по одному льву на одного христианина?
– Ради бога, Мартин, – и ты, Стефан! – вмешалась в разговор Анна. – Ни в коем случае не ходите вместе. У меня ощущение, что вы будете не столько разговаривать с намеченным подозреваемым, сколько препираться между собой.
– Думаю, для начала нужно попробовать расколоть подозреваемого, действуя поодиночке. Посмотрим, что у нас получится, – решил Стефан. – Объединить силы, если потребуется, никогда не поздно.