Самураи. Первая полная энциклопедия — страница 69 из 99


Миямото Мусаси убивает нуэ (мифическое чудовище). Художник Утагава Куниёси.


Глава 30Миямото Мусаси – мастер меча

Если бы мы отвергали любого, кто однажды совершал ошибку, то, вероятно, у нас бы вообще не было полезных людей. Человек, который однажды оступился, будет вести себя намного благоразумней и принесет больше пользы, потому что испытал раскаяние. Человек, который ни разу не ошибался, – опасен.

Ямамото Цунэтомо. «Хагакурэ» («Сокрытое под листьями») – наставление для самураев (1716)


Всегда так было и будет, что кто-то имеет от рождения особые способности в какой-то области. Кто-то обладает хорошим голосом, кто-то уже в раннем детстве обладает талантом художника, ну а кто-то родится с талантом фехтовальщика. И если он заметит, к чему у него, так сказать, «лежит душа», и разовьет врожденные способности посредством упражнений, то… мастерство такого человека возрастет стократ!

В Японии таким человеком стал Синмен Мусаси-но-Ками Фудзивара-но-Генсин, более известный как просто Миямото Мусаси («Миямото из Мусаси»), родившийся в деревне Миямото в провинции Мимасака в 1584 году. Предками Мусаси были члены ветви сильного клана Харима на Кюсю, южном японском острове. Дед Мусаси служил у князя в замке Такеяма, причем тот настолько высоко ценил Хираду, что даже выдал за него свою дочь.

Когда Мусаси было семь лет, его отец, Мунисай, то ли умер, то ли оставил семью. А вскоре умерла и мать мальчика, и малолетний Бэнносукэ, как в детстве звали Мусаси, остался на попечении своего дяди по матери, который был монахом. Сейчас неизвестно, привлекал ли тот его к занятиям кендо или Мусаси научился владеть оружием самостоятельно, но известно, что он убил человека, когда ему было всего тринадцать лет. Его противником оказался Арима Кихей, самурай из школы воинских искусств Синто-рю, искусный во владении мечом и копьем. Мальчик швырнул его на землю и, когда тот попытался подняться, с такой силой ударил палкой по голове, что Кихей умер, захлебнувшись собственной кровью.


Различные виды деревянных мечей боккэнов.


Следующий бой Мусаси состоялся, когда ему было уже шестнадцать лет. Тут он нанес поражение прославленному бойцу Тадасима Акиме, а затем покинул свой дом и отправился скитаться по стране, совершая так называемое «паломничество самурая». Суть его заключалась в том, чтобы, встречаясь с мастерами из разных школ, набраться у них опыта, а может быть, и, выбрав себе школу по вкусу, остаться там в качестве ученика на какое-то время. Надо сказать, что подобных ему ронинов, то есть «бесхозных» самураев, бродило в то время по Японии во множестве, и кто-то, как Мусаси, путешествовал в одиночку, а кто-то в сопровождении товарищей, как, например, знаменитый фехтовальщик XVI века Цукахара Бокуден, имевший свиту в сотню человек.

Конец жизни Мусаси провел вдали от общества, посвятив себя поискам просветления на Пути меча. Озабоченный лишь совершенствованием своего мастерства, он жил в нечеловеческих условиях, продуваемый ветром и поливаемый дождями, в горной пещере, не причесываясь, не глядя на женщин, не занимаясь ничем, кроме оттачивания своего боевого мастерства. Говорят, в это время он даже ванны не принимал, чтобы его не застали врасплох без оружия, и потому приобрел дикий и жутковатый вид.

Впрочем, таким он стал в конце своей жизни. А по молодости Мусаси вступил в ряды Западной армии, чтобы сражаться против грозного Токугава Иэясу. В битве при Сэкигахара, сражаясь в качестве копьеносца-асигару, он уцелел буквально чудом, но, что еще более удивительно, сумел не попасться победителям после сражения.

В столицу Японии, Киото, Мусаси попал, когда ему исполнился двадцать один год. Здесь ему довелось встретиться в поединке с мастером-фехтовальщиком Сейдзиро, причем тот бился настоящим мечом, Мусаси – деревянным, учебным. И тем не менее Мусаси удалось опрокинуть Сейдзиро на землю, после чего он отлупил его своим деревянным мечом. Слуги отнесли хозяина домой, где тот от стыда отрезал свой самурайский узел волос на макушке.


Миямото Мусаси – автопортрет. Современники сообщают, что Миямото Мусаси был рослым мужчиной около 190 см и крепкого телосложения, что, в общем-то, для японца было не характерно.


Брат Сейдзиро вызвал Мусаси на поединок, чтобы отомстить за этот позор, но тоже пал жертвой деревянного меча своего противника. Тогда семья Сейдзиро послала Мусаси еще один вызов – теперь уже от лица юного сына Сейдзиро. И хотя тот был еще подростком и ему не исполнилось еще и двадцати лет, слава о нем как о мастере-фехтовальщике была едва ли не выше славы его отца. Схватка должна была состояться в сосновой роще, прилегающей к рисовому полю. Мусаси явился на место задолго до назначенного времени и спрятался там, поджидая противника. Молодой Ёсиока прибыл туда в полном боевом снаряжении, в сопровождении хорошо вооруженных слуг, с твердым намерением убить Мусаси. Но тот ждал, скрытый тенью, до тех пор, пока все не решили, что он испугался и не придет. Тогда Мусаси неожиданно выскочил из своего укрытия и зарубил противника. Быстро, действуя двумя мечами, он пробился через толпу его слуг и исчез.

Затем Мусаси продолжил свои странствия по Японии, став легендой еще при жизни. Он провел более шестидесяти схваток еще до того, как ему исполнилось двадцать девять лет, и во всех вышел победителем. Самые ранние описания этих поединков содержатся в «Нитен Ки» – «Хрониках Двух Небес», которые были составлены его учениками вскоре после его смерти.

В 1605 году Мусаси посетил храм Ходзоин на юге столицы. Здесь у него состоялась схватка с учеником монаха секты Нитирен. Монах был мастером копья, но не шел ни в какое сравнение с Мусаси, который дважды опрокинул его ударами своего короткого деревянного меча. Тем не менее Мусаси остался в этом храме на некоторое время, изучая новую для него технику фехтования и наслаждаясь беседами с монахами. До сегодняшнего дня сохранились наставления для упражнений с копьем, практикуемые монахами этого храма.

Когда Мусаси путешествовал по провинции Ига, он встретился в поединке с искусным бойцом, владевшим серпом на цепи по имени Сисидо Байкин. Сисидо взмахнул цепью, но Мусаси с быстротой молнии выхватил короткий меч и вонзил его в грудь своему противнику. Наблюдавшие за схваткой ученики кинулись было на Мусаси, но он разогнал их прочь, размахивая сразу двумя мечами.

В Эдо боец по имени Мусо Гоносуке встретился с Мусаси, предлагая ему поединок. Мусаси строгал в это время деревянную заготовку для лука и в ответ на просьбу Гоносуке объявил, что использует ее в качестве меча. Гоносуке провел яростную атаку, но Мусаси, отмахнувшись, пошел прямо на него и нанес сильный удар по голове, от которого Гоносуке замертво упал на землю.

В провинции Идзумо Мусаси попросил разрешения у местного даймё Мацудайра сразиться с самым сильным его фехтовальщиком. Желающих попытать счастье в схватке с непобедимым Мусаси оказалось немало. Выбор пал на человека, дравшегося восьмигранным деревянным шестом. Схватка состоялась в саду библиотеки. Ударами деревянных мечей Мусаси загнал самурая на ступени веранды, а потом сделал выпад, угрожая ударом в лицо. Тот отшатнулся, и тогда Мусаси ударил его по рукам и раздробил ему обе кисти.

К удивлению всех собравшихся, Мацудайра попросил Мусаси сразиться и с ним. Понимая, что действовать тут нужно с большой осторожностью, Мусаси сначала оттеснил князя на террасу, а когда тот ринулся в ответную атаку, ударом «огня и камня» сломал его меч. Даймё ничего не оставалось, как признать свое поражение, но, видимо, зла на него не затаил, так как Мусаси в течение некоторого времени оставался у него в качестве учителя фехтования.


Нагината против меча. Ксилография Цукиока Ёситоси. Конец периода Эдо.


Самый известный поединок Мусаси состоялся в 17-й год эры Кейте, в 1612 году, когда он находился в Огуре, небольшом городке провинции Бунзен. Его противником был Сасаки Кодзиро, молодой человек, разработавший изумительную технику фехтования, известную как «пируэт ласточки» – название, связанное с движениями хвоста ласточки в полете. Поскольку Кодзиро находился на службе у местного даймё, Хосокава Тадаоки, Мусаси обратился к нему за разрешением сразиться с Кодзиро через одного из его самураев, некоего Сато Окинага, который когда-то учился еще у отца Мусаси. Разрешение было получено, причем сражаться было решено на небольшом островке в нескольких милях от Огуры в восемь часов следующего утра. В ту же ночь Мусаси покинул свое жилище и отправился пировать в дом Кобаяси Дзаэмона. Это тут же истолковали, что в страхе перед филигранной техникой Кодзиро Мусаси позорно бежал.

И да, действительно, на следующее утро Мусаси проспал и не явился на место схватки к назначенному часу. Пришлось посылать за ним гонца, причем Мусаси с трудом добудились. Он встал, выпил воду из тазика для умывания и забрался в лодку. Пока Сато Окинага вез его на островок, Мусаси подвязал бумажными лентами рукава своего кимоно и выстрогал себе некое подобие деревянного меча из запасного весла. Сделав это, он прилег отдохнуть.

Когда лодка причалила к берегу, Кодзиро и его секунданты были поражены видом представшего перед ними Мусаси. С растрепанными волосами, кое-как перехваченными полотенцем, он выскочил из лодки и, размахивая обрубком весла, бросился к своему противнику. Кодзиро обнажил меч – изумительного качества клинок работы мастера Нагамицу из Бидзена и при этом отбросил ножны в сторону. «Тебе они больше не понадобятся», – кивнул ему Мусаси и тоже устремился вперед.

Кодзиро сделал выпад, но Мусаси уклонился в сторону и тут же опустил меч из весла на голову своего противника. Когда Кодзиро падал, его меч задел полотенце на голове Мусаси и рассек пояс его широких штанов. Поняв, что с Кодзиро покончено, он кивнул секундантам и, сверкая голой задницей, направился к лодке. Некоторые источники утверждают, что, убив Кодзиро, Мусаси отбросил весло, сделал несколько резвых прыжков, выхватил боевые мечи и с криком замахал ими над поверженным противником. По другим источникам, Мусаси провел этот бой настолько быстро, что Кодзиро не успел даже вытащить свой меч из ножен!