Известно, например, что на японскую культуру очень сильное влияние оказала философия китайского мыслителя Конфуция (552–479 гг. до н. э.), который как-то сказал: «Всегда непоколебимо делай правое дело», так как считал, что порядок следует поддерживать не столько наказаниями, сколько посредством определенного ритуала, а также наставляя людей добродетели. Тогда «люди будут знать, что такое стыд, и вести себя пристойно». И это правило вошло буквально в плоть и кровь отнюдь не только самураев, но и простых японцев, что очень наглядно проявилось в годы Второй мировой воины, а позднее и в условиях знаменитого «японского чуда», заставившего говорить о себе весь мир, хотя понять, откуда оно пошло, оказалось совсем не так просто.
Два самурая, и один позволяет себе бить другого веером. Что ж – если он старше по положению, то он мог себе это позволить! Ксилография Тории Киёмицу (1735–1785). Музей восточных искусств. Венеция.
Так, когда американцы оккупировали Японские острова, среди прочих военных трофеев им досталось немало японских кинофильмов, в том числе и откровенно пропагандистского содержания, специально снятых по заказу японских военных для поднятия духа японских солдат. Американцы решили их посмотреть и были откровенно шокированы их содержанием. Чаще всего в них показывалось, как молодой японский парень шел в армию, оставляя дома престарелых родителей и красавицу невесту. На фронте он мок под дождем, валялся в грязи, испытывал страдания и лишения. После чего, обычно раненый, умирал на соломе в бараке. Более откровенно антивоенных фильмов американцы не видели, сразу же запретили их к показу и долгое время просто не могли себе представить, что подобные фильмы хотя бы у кого-то могли поднимать воинский дух. По их мнению, любому фильму был просто необходим традиционный «хэппи-энд», с награждением героя в конце фильма и, что было бы просто замечательно, его счастливым бракосочетанием! Однако японцы им объяснили, что психология японцев сильно отличается от американской. Главное для японцев – долг перед страной и императором. И видя в кино все свои будущие невзгоды, японец переполняется чувством гордости, что именно ему все это суждено преодолеть. Чем больше лишений, объяснили им японцы, тем тверже наше «кодзе» – чувство самоуважения и уверенности в своей правоте, ставшее неотъемлемой частью их менталитета еще со времен самураев.
Однако сам-то кодекс бусидо… Разве он не был записан? Ведь был же, поскольку тогда откуда же взяты все те отрывки, что рассыпаны в тексте этой книги? Что ж, о собственно кодексе бусидо мы знаем из сочинения Дайдодзи Сигесукэ (1639–1730), который как раз и является автором знаменитого произведения «Будосёсинсю». Родился он в знатной самурайской семье, ведущей свой род от клана Тайра, а военную науку изучал в Эдо (ныне Токио) с 1658 по 1672 год в школе Обата Кагенори и Ходзё Удзината, слывших величайшими стратегами своего времени. После учебы Юдзан много путешествовал по стране, занимался преподаванием и служил клану Асано и клану Мацудайра. Кроме «Будосёсинсю» также написал расположенные в хронологическом порядке истории о Токугава Иэясу и история Иэясу, его сподвижников и построенного им города и замка Эдо. Его кисти, поскольку японцы в то время писали исключительно кисточкой, а не пером, принадлежали также «Записки о великих полководцах» и «Сведения о пяти вассалах». Известен он был и своими стихами. Затем его книгу перевели на английский язык, а уже с английского языка на русский[52].
Ёсида Канэсукэ был одним из начальников на самураями Асано, и неудивительно, что на этой гравюре он отдает приказ о начале атаки, причем делает это при помощи веера, что было в традициях самураев, использовавших веер также и для этой цели!
Самурай в накидке из соломы и с мотыгой в руках. Что ж, очевидно, Утагава Куниёси, автор этой гравюры, имел в виду, что в руках самурая даже крестьянская мотыга может стать эффективным оружием и использоваться в бою!
Глава 40«Семь самураев» – классика кино навсегда!
Спит крестьянин в горах –
под головою мотыга.
Жаворонок поет.
Закончилась эпоха самураев, но… такая богатая тема, как их боевая история, конечно же, не могла не стать достоянием такого искусства, как кино! Идеи верности, стойкости и презрения к смерти как нельзя лучше прижились в Японии XX века, агрессивная политика которой явилась своего рода реакцией на очень долгий изоляционизм. Десятки, если не сотни самых различных фильмов «про самураев» были сняты там в 20–30-е годы прошлого столетия только с одной-единственной целью: показать населению страны, что, имея столь богатую историю и военные традиции, Страна восходящего солнца просто не может не победить в новой войне за господство в Азии и, таким образом, то, что в свое время не удалось Тоётоми Хидэёси, обязательно удастся сейчас.
Однако сокрушительное поражение Японии в 1945 году заставило японских кинематографистов всерьез задуматься, а по тому ли пути они шли все это время? Правда, в годы войны они снимали так называемые фильмы «для победы», учитывавшие менталитет японской нации, так что сложные психологические киноленты им удавались. Причем настолько хорошо, что американцы, ознакомившиеся с трофейными японскими кинофильмами периода войны, категорически запретили их к показу у себя на родине, посчитав, что это самые лучшие… антивоенные фильмы в истории кино! Другое дело, что в мирное время требовались и новые фильмы, и новая интерпретация событий собственной истории и все того же самурайского прошлого. И вот тут-то понадобились и новые подходы, и новые идеи, и новые сюжеты. А найти все это и объединить в одной киноленте было совсем нелегко. Начнем с того, что сюжетов, как в литературе, так и в кино, совсем мало, и что-то новое придумать тут очень трудно. Однако есть такие талантливые и творческие люди, что им удается даже и в такой вот сложной обстановке, когда, кажется, ничего нового уже не придумать, создают шедевры, переживающие их самих.
Семь самураев рассматривают свой флаг. Кадр кинофильма «Семь самураев».
Вожак семи самураев – Камбэй Симада.
Более того, в той же в истории кино есть такие кинофильмы, которые справедливо вошли в мировой фонд киноискусства, хотя многие из них и полностью лишены модных сегодня «спецэффектов», и даже сняты в черно-белом формате. В нашей стране начало такому «кино» положил «Броненосец «Потемкин», который во многих странах в свое время был запрещен, как «произведение, способное вызвать государственный переворот». А вот в Японии в разряд «кино навсегда» попал фильм режиссера Акира Куросава «Семь самураев», снятый более 60 лет тому назад!
История фильма началась с того, что кинорежиссер Акира Куросава, снявший до этого картину «Расёмон», получившую «Золотого Льва» и премию «Оскар» Американской академии киноискусства (1951) за лучший иностранный фильм года, решил продолжить эту тему и снять еще один фильм в жанре «дзидайгэки» (исторические фильмы про самураев). Причем он захотел сделать его не только увлекательным по форме, но и наполненным глубоким смыслом. Сначала это должно было быть чем-то вроде притчи про один день жизни самурая. Причем в конце тот должен совершить харакири из-за маленького промаха, который он в этот день и допустил-то случайно. Но идея такого фильма что-то никак у него не складывалась, мотивировки поступков смотрелись как-то «не так», и тогда Куросаве приглянулся новый сюжет: о самурае, который за еду и кров нанимается к крестьянам защищать их от разбойников. Но одного самурая для этого ему показалось мало. И тогда на потребу публики, причем именно западной, а не японской (в Японии священное число – восемь!), он одного самурая превратил сразу в семь! Как и положено всякому японцу, Куросава отнесся к своей работе со всей надлежащей серьезностью. Написал подробные биографии всех героев фильма, а также придумал, какую одежду кто носит, как именно говорит, и даже какую пищу он предпочитает. И хотя все это в самом кинофильме не показывалось, такая проработка образов, безусловно, очень помогла актерам в них вживаться и отлично сыграть свои роли.
Кикутиё и Камбэй. Кадр из фильма.
Премьера фильма в Японии состоялась 26 апреля 1954 года и сразу имела большой успех. Он быстро завоевал популярность, как в Японии, так и за границей, и сразу сделался объектом многочисленных подражаний, самым известным из которых стала ковбойская версия «самураев» «Великолепная семерка» американского режиссера Джона Стерджеса и последовавшие за ней продолжения. В советском прокате фильм показали лишь в апреле 1988 года. Оригинальная версия «Семи самураев» длится 203 минуты, поэтому для массового проката в Японии ее сократили практически вдвое, а полностью показывали только в самых крупных городах. Другой сокращенный вариант – 141 минута – сделали на экспорт, и именно в таком сокращенном виде он шел в Европе и в США. Ну а полную авторскую версию «Семи самураев» зрители увидели только в 1975 году, так что путь «самураев» к сердцам зрителей оказался довольно долгим.
В фильме показывается Япония эпохи Сэнгоку дзидай – «войн всех против всех», второй половины XVI века, когда государства как такового в стране не существовало. Жители деревни узнают о готовящемся на них нападении конной банды, которая уже как-то побывала у них и забрала часть урожая и молодую женщину – жену крестьянина. Закон запрещает носить им оружие: за это положена смерть. Сами они, конечно, могли бы сделать себе копья из бамбуковых палок с наискось срезанными концами, поскольку такое дозволялось. Но они понимают, что им все равно не одолеть самураев, владеющих военным делом. И тогда крестьяне решают нанять ронинов – самураев, потерявших своего князя, и предложить им еду, поскольку им больше нечего было им дать. В городе, куда отправляются посланные деревней крестьяне, они встречают ронина-самурая Камбэя Симада, и тот из сострадания к их горю соглашается на их предложение. Вторым оказывается Кацусиро Окамото, юный самурай из аристократической семьи, который выбрал Камбэя себе в учителя, а третьим – бродяга Кикутиё с огромным мечом о-дати, который также тянется к Камбэю, видимо, считая его за образец для подражания. Камбэй, впрочем, этого бродягу сначала не принял, но тот все равно остается где-то поблизости, ведь ронину обычно просто некуда идти.