Столько лет спокойно обходилась без внимания со стороны противоположного пола, и вот — на тебе! Как любит говорить мама, «не засуха, так ливень». Вздыхаю. Я ведь обещала Володе, что он может обращаться за любой помощью.
— Конечно, можно, — стараюсь, чтобы в голосе звучал если не энтузиазм, то хотя бы вежливость, но мой собеседник явно считывает моё настроение.
— Не переживай, надолго я тебя не задержу, — в голосе отчётливо слышится насмешка. — Ресторан, надеюсь, не на окраине?
Называю адрес, и мужчина довольно говорит:
— Отлично, я относительно недалеко. Буду через полчаса.
Пока жду Володю, рассеянно съедаю свой завтрак — всё приготовлено нормально и, наверное, вкусно, но я почти не замечаю, что ем, опять погрузившись в раздумья. Выныриваю из задумчивости, только когда напротив меня выдвигается стул. Поднимаю глаза, готовая улыбнуться мужчине, но тут же удивлённо моргаю.
— Ты что… ты военный? Или полицейский?
— Почему так решила? — прищуривается Володя. — Привет, кстати!
— Привет, — киваю неловко и пожимаю плечами. — Уж больно пиджак у тебя… форменный.
— Это китель, — поправляет меня мужчина на автомате.
— Ну да, я это и имела в виду, — улыбаюсь, — никогда этим особенно не интересовалась, и в семье не было ни друзей, ни родственников. А где погоны? И ещё такие штучки на рукаве, не помню, как они называются…
— Шевроны, — усмехается Володя. — Китель новый, погоны и шевроны пришивают к форме. Обычно мать пришивала, но… — он хмурится, сжимает губы, а потом говорит, похоже, не то, что собирался: — Я его пока просто как верхнюю одежду ношу. Сейчас в отпуске, так что можно.
— А-а-а, понятно, — тяну задумчиво, хотя для меня это странно. — А что, когда на работе, нельзя так?
— На работе, — мужчина откидывается на спинку стула, — я должен быть одет по форме.
— Надо же, как строго, — улыбаюсь, и он хмыкает в ответ.
— Строго? Это после сороковых было строго, когда регламентировалось даже, в какой руке и как именно держать снятую фуражку.
— Да ладно? — широко распахиваю глаза. — Что, правда?
Володя кивает, машет официанту, подзывая того к столу, и делает заказ. Как только нас опять оставляют наедине, мужчина наклоняется вперёд и говорит:
— Маруся, слушай, я прошу тебя об услуге.
Похоже, ему тяжело даётся эта фраза. Такие, как он, не просят — они приказывают. Что ж такое должно было случиться, чтобы заставить его пойти на этот разговор?
— Я постараюсь помочь, чем смогу, — отвечаю мягко.
— Это касается моей матери, — произносит бесстрастно. — Она… достаточно сложный человек. И последнее время постоянно рассуждает на тему собственной смерти.
— Ох, — вырывается у меня невольно, — надеюсь, она не болеет?
— Она ещё всех нас переживёт, — криво улыбается Володя. — Здоровье у неё неплохое для её возраста, разве что со зрением проблемы.
— И чем я могу помочь? — жду, когда он уже доберётся до сути дела, поднимаю чашку, собираясь допить остатки.
— Стань моей невестой.
Я давлюсь чаем, закашливаюсь до слёз. Володя быстро поднимается, стучит мне по спине, предлагает принести стакан воды. С трудом отдышавшись, машу ему, чтобы сел на место, и вытираю салфеткой глаза. Хорошо, что не красилась.
— Ты с ума сошёл?! — хриплю, когда получается привести себя в норму.
— Послушай, я не договорил, ты зря так переживаешь, — он качает головой. — Только на один раз. Я познакомлю тебя с матерью, один раз поужинаем все вместе — этого достаточно.
— А потом ты сообщишь, что я тебя бросила, разбила тебе сердце, и твою мать хватит инфаркт?! — злюсь на его дурацкое предложение.
— Ты не знаешь мою мать, — хмуро отвечает Володя. — Она с одной стороны считает, что мне пора заводить семью, и подсовывает дочерей своих знакомых, а с другой — и это мне очень хорошо известно — она уже заочно терпеть не может любую женщину, на которой я гипотетически мог бы жениться.
— Я запуталась, — признаюсь честно. — Зачем тогда эта встреча?
— Чтобы её взбодрить, — мрачно говорит мужчина, и у меня отваливается челюсть, а он продолжает: — И чтобы она перестала размахивать у меня перед носом своим завещанием.
— Володь, логики я не вижу от слова совсем, — устало вздыхаю.
— Поверь, я тоже её почти не вижу, — отзеркаливает мой вздох он. — Но других идей у меня нет.
Мы оба задумываемся. Понятно, что я могла бы помочь ему — в конце концов, несложно один раз съездить в гости к сварливой бабуле. Но мне кажется, это не выход.
— Володь, — говорю неуверенно, — а почему бы тебе не найти для неё компаньонку?
— Моя мать не потерпит сиделок рядом с собой, — он качает головой. — Я уже пробовал, долго никто не задерживался. Хотя помощь ей не помешала бы, с глазами у неё всё плохо.
— Не сиделку, а компаньонку, — качаю головой, — это немного другое. Если у неё будет постоянная собеседница…
— Может быть, ты и права, — мужчина задумчиво глядит в окно, а потом вдруг бросает на меня цепкий взгляд. — Ты кого-то ждёшь?
— Нет, — теряюсь от такого резкого перехода. — Я просто хотела сказать… Ты прости, пожалуйста, но… у меня всё и так сейчас очень сложно в жизни, — протягиваю руку и касаюсь пальцами его руки, лежащей на столе. — Мне не хотелось бы…
В этот момент я случайно перевожу взгляд на вход в ресторан, вздрагиваю и отдёргиваю руку так резко, что чуть не сбиваю чашку вместе с блюдцем. Да что за чёрт? Как он мог здесь очутиться?!
Глава 14
Маруся
В зал ресторана заходит Алексей и, кивнув подошедшему официанту, идёт к столу через два от того, где сидим мы. На секунду меня накрывает идиотской надеждой, что он нас не заметит. Эта надежда, впрочем, тут же улетучивается.
Мы встречаемся глазами, и Алексей замирает на секунду, а затем переводит взгляд на Володю, который, откинувшись на спинку стула, насмешливо глядит на испуганную меня.
— Ты выглядишь так, будто тебя муж с любовником застукал, — хмыкает мужчина, и я нервно сглатываю. — Дыши, Маруся. Ты ни в чём не виновата.
Вдыхаю, выдыхаю и немного расслабляюсь. Да, действительно, Володя ведь прав! И чего перепугалась? Хотя ясно чего.
Алексей, похоже, в бешенстве. У него даже губы белеют, на челюстях вздуваются желваки. Несколько широких шагов — и он уже стоит возле меня.
— Доброе утро, — цедит сквозь зубы. — Не ожидал увидеть тебя здесь.
— Да и я не ожидала, — расправляю плечи и с вызовом смотрю на мужчину.
Он прищуривается.
— Надеюсь, ты выспалась? А то вчера, когда относил тебя в спальню после всего, мне показалось, что ты сутки проспишь!
И пока я хватаю ртом воздух от неожиданности, разворачивается к Володе.
— Алексей, — представляется с напором, — отец её сына! — кивает на меня.
— Владимир, — отвечает Володя, а потом язвительно улыбается, — я в курсе!
Всё, закопайте меня прямо здесь и сейчас. Может, сбежать, и пусть они тут хоть поубивают друг друга?
Алекс тем временем протягивает Володе руку с таким видом, как будто сейчас её оторвёт. Они сжимают друг другу кисти и не расцепляют их так долго, что если б я не нервничала, наверное, закатила бы глаза. Наконец, рукопожатие заканчивается — похоже, что вничью.
— Я присоединюсь, — тон Алекса скорее угрожающий, чем вопросительный, но Володя качает головой.
— Мне пора, — ищет глазами официанта, показывает, чтобы принесли счёт, а затем смотрит на меня внимательно. — Маруся, я подумаю над тем, что ты мне сказала, но и ты подумай над моим предложением, договорились?
— Хорошо, — осторожно киваю, стараясь не глядеть на злого как сто чертей Алексея, буравящего глазами «соперника».
Володя вкладывает в принесённую папку со счётом несколько купюр — похоже, значительно больше, чем стоили мой и его завтрак вместе взятые — и встаёт.
Сглатываю в очередной раз, пытаясь смочить пересохшее горло. Вот уж парад тестостерона на мою голову! Оба высоченные, мускулистые… В голове мелькает дурацкая мысль, что будь они на ринге, растерялась бы, не зная, на чью победу поставить. Тьфу ты! Маруся, нашла о чём думать!
Похоже, я «накаркала».
— На два слова, — рычит Алексей, не сводя взбешённого взгляда с Владимира.
С ума сошли?!
— Не надо! — подскакиваю с места.
Ещё драки не хватало!
— Маруся, не переживай, всё нормально, — успокаивающе говорит Володя.
Ну да, нормально, как же!
— Мы просто поговорим, — сжав зубы, произносит Алекс. — Мне нужно кое-что сказать твоему… знакомому.
— Я…
— Просто посиди здесь!
Алексей кивает Володе, и они идут на выход, а я в растерянности падаю обратно на стул и начинаю рвать на мелкие кусочки салфетку. Кусаю губы, не знаю, что делать, бросаю взгляд за окно — и вижу там обоих мужчин, отошедших на стоянку, метрах в десяти от ресторана. Володя расслабленно опирается на капот своей машины, что-то говорит сжавшему кулаки Алексу, тот резко отвечает.
Я, не отрываясь и не моргая, слежу за диалогом, который не могу слышать. В определённый момент мне даже кажется, что напряжение немного спадает, но спустя буквально мгновение Володя бросает какую-то фразу с язвительной улыбкой, и Алексей тут же хватает его за грудки!
Подрываюсь из-за стола, хватаю сумку и вылетаю из ресторана, почти бегу по направлению к мужчинам, которые уже успели отойти друг от друга на пару метров. Оба тяжело дышат, правда, следов драки или видимых синяков не заметно. Но это не мешает мне злиться на обоих.
— Вы обещали, что только поговорите! — обвиняюще вскрикиваю, оказываясь рядом.
— Мы и поговорили, — Алексей смотрит на Володю угрожающе. — Надеюсь, ты меня понял!
Тот хмыкает.
— Полагаю, ты тоже меня услышал. Маруся, рад был увидеться, — обращается ко мне. — Если что… — не заканчивает фразу, кидает саркастический взгляд на Алекса, затем опять смотрит на меня, кивает и улыбается.
Я нервно улыбаюсь в ответ и слежу взглядом за тем, как он садится за руль и уезжает. Потом поворачиваюсь к Алексею, продолжающему стоять за моей спиной.