Ну, с какими-то еще долями, но это ни я, ни мои едва грамотные воины понять не можем.
— Придется практическим путем обменные курсы изучать. Монеты из Гальда мне вообще не требуются, попробую сменять сначала их, — решаю я.
Поэтому я выложил все гальдское серебро и чуть-чуть имеющегося золота и попросил посчитать его, чтобы понять самому, сколько я за него получу местного золота с серебром.
Мне все быстро посчитал опытный человек и выложил напротив кучи моих монет кучу местных.
Я сначала присмотрелся к монетам, но не зная, где сколько в золоте серебра и в серебре меди, сам их пересчитал, уже понимая, что требуется срочно учить язык и местные цифры.
Да и как торговать? Кого на это дело поставишь? Ветрил хорош в торговле, все цены в имперских золотых отлично знает, можно ему их в местные перевести, нужно примерно в два раза увеличить. Но он языка тоже не знает, а тот же Изавил ничего в торговле не понимает, и сам в цифрах больше пяти безнадежно плавает.
Проще мне самому за пару дней все выучить и уже потом тому же Ветрилу подсказывать.
В общем, за примерно сто двадцать гальдских золотых почти в одном серебре я получил сотню местного золота и еще двенадцать золотых серебряной монетой.
— Ну, очень прилично так получается! — порадовался я про себя, что такие большие суммы так просто меняют и новичков, ничего не понимающих, сильно не обсчитывают.
Сгреб при свете уже нормальной свечи в меняльной лавке свою золотую монету в один мешок, сложил все серебро в другой и вышел на улицу к поджидающим меня стражникам.
Мужики стоят и с интересом рассматривают закрывающийся рынок, можно сказать, что гигантский по своим размерам по сравнению с тем, что они раньше видели в своей жизни.
Лавки и магазины закрываются на замки, потом хозяева сдают местной рыночной охране их под присмотр и расходятся. Кто в город идет, до него в гору подняться метров пятьсот, кто на такие же постоялые дворы ужинать и ночевать.
По дороге обратно я пытаюсь понять, почему мне внутреннее устройство меняльной лавки и сам рынок напоминают что-то до боли знакомое, но уже сильно забытое. Вот все эти ряды под навесами для мелких торговцев и торговые лавки по периметру рынка — где-то это я уже видел.
— Понятно, что это оптимальное размещение торговых точек с правильно сделанными проходами для покупателей. Но откуда в средневековье такая понятная мне планировка? Это же копия с наших рынков! — вдруг догадываюсь я.
— Да не, не может быть! — говорю сам себе, поднимаясь в таверну. — Но это благоустройство с мелиоративными канавами вокруг рынка, засыпанные мелким камнем дорожки вдоль рядов и мощеная мостовая на входе? Откуда оно все может взяться здесь?
Потом смотрю на своих спутников, занявших так же два стола отдельно для стражи и прислуги с возницами, занимаю отдельный стол с Клафией и подзываю прислугу. Понимать я ничего не понимаю в быстрой скороговорке молодого парня, но он тут же совсем добивает меня, положив передо мной и моей спутницей настоящее меня на тонкой дощечке.
При свете зажженных свечей я разглядываю здорово вручную нарисованные блюда и непонимающе гляжу на указанные тут же ценники.
Это вообще что-то запредельное для этого мира на самом деле! Настоящее меню, да еще с четкими ценниками на блюда! Не думал, что когда-нибудь их увижу вообще!
Я тыкаю пальцев в три блюда и показываю, что мне нужно вино, прислуга заказ принимает, повторяет его и убегает на кухню.
Я пока забираю из-за стола усердно работающего челюстями Изавила и нахожу хозяина постоялого двора.
— Сколько будет стоить ужин для меня и моих людей? В общем? — первый вопрос.
— И сколько обойдется размещение повозок и кормление наших лошадей вместе с двумя номерами? — вот второй мой вопрос.
Хозяин задумывается и через минуту отвечает, пересчитав моих людей за столами и посмотрев на кувшин с дорогим вином на моем.
— За размещение четыре золотых, за ужин с пивом столько же, если не считать ваш стол, ваша милость! — переводит мне стражник.
— Восемь местных золотых — это четыре имперских примерно. За такую толпу народа и целый табун лошадей — совсем недорого, — понимаю я.
Сытный ужин с хорошей едой и кувшином сладкого вина, потом моемся по очереди с Клафией в бочке с нагретой водой и вытираемся чистыми полотенцами. Прямо какая-то райская жизнь получается, еще на чистых простынях занимаемся любовью и засыпаем.
Подруга моя здорово настрадалась в этом путешествии, кругом смерть и мертвые тела, совсем чужие и ее знакомых парней. Такая кочевая жизнь с постоянными ночлегами под повозкой и питанием из общего котла молодую женщину совсем не радует, а больше пугает.
Я бы ее и не брал с собой, но понимаю, будут ее искать и найдут, наверно, именно, как мою сожительницу имперцы, а там ее ничего хорошего не ждет. Всех близко меня знавших тщательно расспросит сама Тварь, ломая сознание и казнит потом страшной смертью. Но ничего рассказать подруге про ее возможную участь не могу, а просто увожу с собой без ее согласия, как свою личную собственность.
Просыпаюсь тоже рано, я встаю попить воды из кувшина и из-за занавески, стоя совсем нагим, рассматриваю двор перед таверной, где расположились повозки с моим технологичным товаром.
Около повозок уже возятся возницы, пьют с утра купленное в пути молоко.
Номер мне нравится, кровать тоже, белье вообще отличного качества для таких времен, после ужина и купания в теплой воде в королевстве Ксанф вполне жить можно.
Уровень лучшей комнаты этого постоялого двора и еда в таверне явно выше имперского, а цена ниже раза в два точно.
— Ну, в Империи вообще ничего хорошего дешево не бывает, а вот здесь как-то так получилось.
— Хорошее место все-таки! Не зря я именно сюда прорывался через тернии к звездам! — лениво думаю я у окна с распахнутыми ставнями.
В таверне начинают топить печи, пекут хлеб на завтрак уже просыпающимся более обеспеченным гостям.
Ветрил вчера передал мне слова Изавила, подслушанные им где-то в таверне, что здесь питаться вообще дорого для простого народа. Поэтому обычные работники перекусывают не здесь, а на самом рынке, где простая похлебка из вареного зерна стоит сущие медные гроши за большую порцию в любое время.
В это время, когда я уже раздумываю коварно напасть на удобно раскинувшуюся подругу, вижу, как к постоялому двору подъезжают три всадника. Это два простых стражника сопровождают матерого такого крупного мужчину в богатой одежде, по внешнему виду — какого-то важного здесь человека.
Взглянув на них из-за занавеси, я уже собираюсь присоединиться к Клафии на пару десятков минут для расслабленного утреннего секса, как вдруг до меня внезапным разрядом молнии доходит, что этот солидный мужчина чем-то отличается от остальных спутников.
Я рывком возвращаюсь к окну и отчетливо вижу у заходящего в таверну мужика ТАБЛИЦУ в голове.
— Вот это я приехал в хорошее место…
Глава 13
— Это, что же, меня уже здесь Слуги Твари догнали? — приходит в голову сразу же первая понятная мысль.
Я бросаюсь спешно одеваться, уже не обращая внимания на заманчивую задницу Клафии.
Тут не до секса, самого бы не поимели! Если они уже здесь! Да как такое может быть вообще? — пробивают меня быстрые мысли.
Человек с ТАБЛИЦЕЙ, солидный такой мужчина лет сорока в богатой одежде, зашел в таверну.
Что он собирается делать и почему именно сюда приехал?
Стражники не стали заходить, остались около лошадей, крепкие такие и ладные молодцы. Это немного успокаивает, но я старательно разглядываю через окно все подступы к двору. Никого больше не видно, но брать такого могучего Ментала, как я, в одиночку с парой дружинников во дворе — ну это очень странно.
Неужели Тварь вычислила меня, смогла просчитать путь каравана, хотя я и сам его даже приблизительно не знал и прислала своего суперагента на опережение? Снова ничего не подозревая про мою силу?
Что ее Ментал окажется неминуемо парализован моей силой и сможет только послушно открывать рот?
А кто тут еще может оказаться с ТАБЛИЦЕЙ в голове так рядом, да еще приехать именно в тот постоялый двор, где остановился мой караван?
Да не может такого все-таки случиться, это они должны тогда с явным опережением сработать и разослать своих людей гораздо раньше моего отъезда.
Есть ли вообще у Твари такие возможности? Связь очень крутая понятно, что есть, а вот транспорта быстрее той же лошади пока не имеется, да и она пешего человека в долгую не обгонит. На корабле можно быстро приплыть, но сюда из ближайшей гавани тоже не одну неделю все равно на лошадях катиться.
Или у Твари есть аппарат типа маленькой летающей тарелки? Для особых случаев? Вполне возможно.
У девятерых Первых Слуг имеется пятьдесят четыре помощника, Вторых Слуги, у тех по три помощника, Третьих Слуги.
То есть всего примерно двести двадцать пять, посвященных в Таблицу, Слуг имеется в Империи, и они ей управляют таким количеством. Не сами, конечно, управляют, они просто маленькие винтики в огромной машине по отдельности, передают распоряжения Твари и выполняют ее приказы.
Любого она может легко поменять, удалить и продвинуть по служебной лестнице вверх, руководствуясь какими-то своими критериями холодного нечеловеческого разума.
У всех Слуг может быть огромное количество своих личных помощников, но людей, вовлеченных в использование ТАБЛИЦЫ — примерно столько. Есть какое-то ограничение в самой ТАБЛИЦЕ, раз может быть только девять Первых Слуг.
Вполне возможно, что какие-то Третьи или даже Четвертые Слуги, если они есть в жизни, выполняют свои задачи при дворах соседних королей, таких вокруг самой Империи имеется в количестве восьми государств. Наверно, что каждый Третий Слуга может завести себе одного помощника, если следовать правилам самой ТАБЛИЦЫ.
Это в Вольных Баронствах не приставишь к каждому норру своего доверенного человека в посольство, в этом нет никакого смысла из-за отсутствия общей верховной власти, а к местным королям вполне возможно прислать своего представителя, чтобы постоянно играть на опережение, тем более, если использовать в посольствах те же камни связи.