— Для этого мне придется идти впереди каравана и, если Тварь не сможет воздействовать на меня, то я смогу долго вырубать ее защитников. Но сам я больше рассчитываю не прибиваться эти несколько километров с боями, а подобраться незамеченными, причем как можно ближе, — есть у меня и еще кое-какие хитрости, но про них я пока не стану говорить. — В общем самое главное здесь, в моем плане — возможность выдержать ментальный удар нашего общего Врага и подобраться к ней поближе.
После разговора наедине мы с графом отправляемся ночевать по своим комнатам, а на следующее утро добираемся до замка баронессы Пришвил. Довольно солидный замок расположен на высоком холме, вокруг него большое поселение, нашу кавалькаду часовые заметили издалека, поэтому в километре от самого замка нас встречает старший над стражей во главе нескольких всадников.
— Баронесса готовится к встрече, ваше сиятельство! — докладывает он графу.
После всех положенных телодвижений мы оказываемся в самом замке. Здесь он вполне нормальный, не одна башня донжона и стена вокруг, а настоящий такой. Все же Фиале досталось солидное владение, не зря к ее свадьбе так все заговорщики готовились. И народ хорошо живет в ее владении, дома в поселении исправные стоят, а рожи у встечающих нас и кланяющихся крестьян довольно сытые. Неплохо им живется под хозяйкой из простого народа.
Хозяйка выбегает из дверей замка и низко кланяется своему повелителю, а я еще раз с интересом ее рассматриваю.
Да, сама Фиала, баронесса Пришвил оказалась редкой красавицей, такой же, как я ее на рынке видел, теперь еще более ухоженной и холеной, с такой белой кожей, как у настоящей дворянки. Я прямо почувствовал некую зависть к графу, когда он сразу уединился со своей старой подругой на пару часов, пока я отмокал в местной бане.
А потом он познакомил меня со своими детьми. Оказывается, у теперь графа и теперь баронессы есть двое общих сыновей. Одному дет девять, и он, наверно, считается официально сыном так быстро покинувшего брачное ложе барона Пришвила. А второму года четыре всего, и он явно, как и первый, похожи на самого графа.
— Да вас можно поздравить с наследниками, уважаемый граф и баронесса! Тогда вам давно пора сыграть настоящую свадьбу! — радуюсь я за своего соотечественника, уже создавшего крепкую семью и в чужом для себя мире отличную такую жизнь для своей любимой женщины.
Ну, еще я выполняю уговоренную лично с графом процедуру предложения вступить в освященный церковью и законный брак. Детей точно пора официально усыновить, раз впереди смутное время.
Глава 5
Судя по тому, как тут же радостно и довольно заулыбалась баронесса, она-то готова в любую секунду стать графиней.
Наверно, уже давно намекает графу, пытаясь обеспечить будущее своих детей. И графских тоже, конечно.
Явно прикроет свое так себе немного подозрительное дворянство и последующее баронство уже настоящим графским титулом, это такой недосягаемый для тех же заносчивых соседок уровень.
Дворянство подозрительное потому что никто не видел ни одного родственника сестер и ничего про них не знает, а здесь это один их основных способов распознавания «свой-чужой».
Но, тоже не приговор на самом деле, смертность большая и в простом народе, и среди дворян, очень много полных сирот, у которых никого нет реально. И выдуманная история сестер очень даже обычная по здешним порядкам, содержать ненужных детей дорого и сложно по положенному дворянкам уровню, проще сдать в монастырь и забыть навсегда.
Только тут еще и слишком быстрая смерть мужа-барона накладывается, и особо подозрителен необычно быстрый захват владения, несмотря на то, что дружина без восторга приняла новую хозяйку. Прямо скажет — вообще ее не поддержала, а все равно с первых же дней новая баронесса взяла все во владении под свой полный контроль.
Поэтому и слухи нехорошие ходят, и отчужденность заметна, и в гости баронессу не зовут к соседям.
Соседкам, которые не хотят общаться, наверняка нос утереть хочется особенно смачно.
А вот по довольно сдержанному виду графа так не сказать, но и он не стал спорить, а по-деловому сказал:
— Да, милая, нам нужно заключить брак, причем, как можно скорее! На обратном пути от Кситы мы к тебе заедем на ночлег, там все и обсудим. Свадьбу сделаем пышную, денег жалеть не станем, — вот еще один заметный момент изменения направления развития графских земель.
Что больше денег теперь тратим на себя, а не на развитие производства, плоды которого своими глазами можем еще не успеть увидеть. Да, если всем нам сильно не повезет, а это совсем такая не нулевая возможность.
И добавил еще перед отъездом:
— Найти с десяток-двенадцать новых стражников, народу у тебя в замке маловато для нормальной защиты.
Потом добавил, глядя на вопросительное лицо красивой баронессы:
— Времена суровые подходят, нужно накопленные деньги на оборону тратить.
После расставания мы быстро помчались по хорошей такой дороге. Навстречу нам катятся частые караваны, груженные рудой и всякими имперскими изделиями, но и сами мы обгоняем немало повозок, едущих уже обратно с рынка и тоже груженых.
— Неплохо дела идут! — замечаю я графу. — Вам все же удалось создать такой торговый кластер около Варбурга! Количество повозок просто поражает!
— Это есть, движение постоянное присутствует, — довольно улыбается мой соотечественник по планете происхождения, но тут же добавляет, — только денег пока маловато со всего этого движа приходит именно в графскую казну.
— А с кормежки или ночлега с вашими нижайшими ценами что получается? — интересуюсь я данным феноменом.
— С каждого ночлега два медных гроша приходит прибыли, там построил из бесплатного леса бараки, типа общежитий, и в ус не дуй особо. Полати не ломаются, белье менять не требуется, все на досках очень хорошо спят, подложив мешок под голову. Совсем еще здесь народ не разбалованный деньгами и прочими радостями цивилизации, — говорит он про наши современные понятия. — А вот в массовую кормежку еще и свои деньги приходится постоянно добавлять, поэтому только хлопот побольше от нее. Если бы кормить всех за восемь грошей, то уже какая-то минимальная прибыль была бы видна.
— Но все равно пока цену не поднимаете? — удивляюсь я.
— Да, хочу побольше рабочего народа приманить из своих и соседских деревень. А обеспечить всех дешевой, но сытной и горячей едой, можно только таким централизованным способом. И еще ночлег под крышей в сухости и тепле, чтобы меньше работники болели. Тут не центр королевства, что везде народ плодится и свободные работники всегда имеются, здесь все гораздо медленнее раскручивается. Поэтому король так доволен собираемыми мной и привозимыми в столицу налогами, что раньше казна отсюда почти ничего не получала, — объясняет мне граф.
— И поэтому активно поддерживает нового графа?
— Естественно, без денег никакого взаимопонимания бы не было. Это принципиальный вопрос, поэтому у меня есть королевское разрешение на проведение новой экономической политики. Чтобы транзит из Империи и Баронств переманить в Ксанф. Он собирается и дальше по теме дороги нажать на дворян, чтобы мосты строили и денег много не брали за проезд по своим владениям. Король все же имеет деловую хватку, хотя дело больше в моем ВНУШЕНИИ, которым я его обрабатываю.
Решаюсь, помолчав, потом задать немного личный вопрос:
— Кажется, баронесса очень обрадовалась объявлению свадьбы?
— Еще бы ей не обрадоваться! Она уже лет восемь мне так конкретно намекает на свадьбу! — не особенно так восторженно отвечает граф.
— А вы?
— Понимаете, норр, эта игра с титулами и владениями никогда не кончается, если ты в нее уже вписался. Именно насчет увеличения своих владений и новых титулов. Стал из немного подозрительного норра бароном — захочется стать графом. Теперь из графа неудержимо тянет к титулу герцога. Но титулы не главное, конечно, основное — расширение своих владений, тут так все заложено. Чем больше у тебя податного населения, там богаче и неприступнее замок, больше дружина, больше денег и влияния, тем ты сам круче! Ну и возможностей значительно больше, чем у рядового барона получается!
— То есть приходится думать не о личном счастье, а о прибавлении владений! — делает он понятный вывод.
— Но вы же не поддались на эту ловушку тщеславия и дворянской спеси? Чтобы все деньги в дружину и дорогих лошадей вкладывать? — вспоминаю я свой опыт из Вольных Баронств.
— Не поддался. Но расписаться с Фиалой можно было вполне, наследником графа я мог стать и из положения барона. Точно так же, как из имперского норра, это оказалось не проблема, есть в королевстве не часто, но реально используемый ритуал усыновления. Если наследников не осталось или они совсем не подходят для управления владениями, то пожилой хозяин владения может сделать свой личный выбор среди внушающего ему доверия народа. Просто, учитывая нашу неместную историю, приходилось держать себя холостым, мало ли какой вариант появится с какой-нибудь баронской дочерью или даже полноправной вдовой. Здесь владение сразу же после признания брака состоявшимся переходит под управление мужа, бывшего жениха, так что моя выгода в таком браке вполне понятна и очевидна.
— Но таких невест не нашлось? — интересно мне. — Раз вы все в холостяках ходите, ваша сиятельство? Такой завидный жених?
— Да были варианты, но владение целиком никто в приданое вообще не выставлял. Пару небольших деревенек и немного земли с лесом — это по максимуму предлагали за никому не нужную невесту.
— А вариант с новой свадьбой баронесс и такой же быстрой смертью жениха не рассматривали?
— Да, на них желающих много нашлось, с такими-то плюшками за спиной и своей красотой. Но это будет слишком вызывающе выглядеть — очередная смерть новобрачного, да и за женихами тоже ничего интересного из имущества не имелось. Чьи-то дети и внуки из благородного сословия, им такое дело, понятно, очень интересно, чтобы не ехать с копьем и конем воевать куда-то, а нашему дружному коллективу совсем нет.