Мими улыбнулась и вздохнула:
— Хэл, не пытайся сменить тему разговора. Ты уже отлично зарекомендовал себя как работник «Лангдон ивентс». А в свободное время ты с удовольствием фотографируешь людей. — Она сглотнула, поборов страх, затем заговорила начистоту: — Ты должен сделать документальный фильм о Томе. Аурелия заслуживает того, чтобы услышать правду о его смерти. О том, какую жертву он принес. Вернее, вы оба принесли жертву. Обещай мне подумать над этим. Пожалуйста. В противном случае я не уверена, что смогу стоять завтра рядом с вами, зная о тайне, которая разъединяет вас.
Хэл ахнул:
— Не смей ни о чем говорить Аурелии. Обещай мне, Мими. Это должно остаться между нами.
Какое-то время она прислушивалась к его дыханию, затем покачала головой:
— Нет, Хэл. Сегодня я узнала, что семейные тайны рано или поздно выплывают наружу, хотим мы того или нет. Аурелия, вероятно, еще не ушла с вечеринки и беседует с Поппи или с кем-нибудь еще. Сейчас самое подходящее время обо всем ей рассказать. И сделать это сможешь только ты. — Мими медленно-медленно высвободилась из объятий замечательного человека, который прошел через столько страданий. Едва они встали порознь, она почувствовала разочарование. — Я доберусь домой самостоятельно. Тебе есть чем заняться до завтрашнего дня. До встречи.
С этими словами Мими повернулась спиной к Хэлу, чтобы он не увидел ее слез, и медленно пошла прочь — к выходу из парка, где ее ждало черное такси.
Мими открыла глаза и потянулась, как только лучи утреннего солнца проникли в комнату сквозь цветастые занавески. Она закуталась в одеяло и постаралась удобнее устроиться на подушке.
Не получилось. На ее шее было жемчужное ожерелье, которое оставило на коже отметины. На подушке красовались потеки от макияжа.
Но Мими было все равно.
Откровение Хэла снова и снова прокручивалось в ее голове.
И хотя Мими проснулась с тяжелой головой, она твердо решила одно: семье Фьорини не удастся лишить ее возможности доказать, на что она способна как модельер. Показ обязательно состоится.
С того момента, когда Лука Фьорини объявил ее представительницей четвертого поколения дизайнеров, все изменилось, и не было ничего, что могло бы повернуть время вспять. Что сказано, то сказано, и Мими придется смириться с этим фактом.
Беспорядочные мысли кружились в ее голове, пока вчера вечером она добиралась домой на такси.
К тому моменту, когда Мими оказалась дома, на ее автоответчике и в ящике голосовой почты скопилось множество сообщений. Не прослушав их и отключив телефоны, молодая женщина рухнула в постель.
Но всю ночь она только и делала, что вспоминала, как Лука представлял ее и будущее дефиле. И тут ей в голову пришла идея: почему бы не зарегистрировать торговую марку «Авторская одежда от Мими Райан»?
«Спасибо тебе, кузен Лука, за идею». Теперь остается лишь организовать новое дело и приниматься за работу.
Мими накрыла голову подушкой и в отчаянии простонала, вновь вспомнив признание Хэла.
Последние несколько дней они почти не расставались. Она привыкла к звуку его голоса, прикосновениям его губ. Она никогда не забудет то время, которое они провели вместе, что бы ни случилось в дальнейшем.
У Мими сдавило горло, и она смахнула с глаз предательские слезы. Сбросив одеяло, молодая женщина вздрогнула, взглянув на свое помятое нижнее белье и припомнив, с какой нежностью прикасался к ней Хэл, когда помогал снять корсет.
Дрожь пробежала по ее телу. Что бы ни произошло между ними после сегодняшнего показа, она всегда будет считать дни, проведенные вместе с Хэлом, лучшими в ее жизни.
Мими моргнула и медленно присела перед туалетным столиком. Увидев свое отражение в зеркале, она вздрогнула и дотронулась двумя пальцами до жемчужного ожерелья.
Только вперед. Сегодня у нее будет много работы.
«Только вперед, в самом деле».
Через час Мими уже приняла душ, нанесла макияж и сидела в студии за компьютером, поедая тост и запивая его чаем. Она продумывала дизайн логотипа торговой марки «Авторская одежда от Мими Райан», когда в дверь магазина позвонили.
Мими поднялась, но вдруг остановилась, сообразив, что в столь ранний час, да еще в субботу, покупателей в магазине быть не может. Должно быть, пришел какой-нибудь репортер, желающий взять интервью, или Хэл.
Осторожно подкравшись, Мими выглянула из двери студии, чтобы выяснить, кто стоит за стеклянной дверью магазина. Никого.
С трудом сдержав разочарование оттого, что не увидела Хэла, Мими открыла дверь магазина и обнаружила на пороге яркий сверток.
Усмехаясь, она нагнулась, взяла тяжелый сверток в руки и заглянула внутрь. В нос ударил сладкий аромат белых цветов жасмина. Перед ней было красивое растение в расписанном вручную керамическом горшке. Цветок идеально вписался бы в интерьер внутреннего дворика.
Хэл!
Мими оглядела тихую улицу, ее сердце учащенно колотилось. Но Хэла нигде не было видно. Шагнув назад и на всякий случай еще раз осмотрев улицу, она закрыла входную дверь и прошла в студию.
Когда Мими осторожно развернула яркую упаковочную бумагу, она увидела конверт, прикрепленный к краю цветочного горшка.
Мими глубоко вздохнула и открыла конверт. Там оказались диск DVD в пластиковом корпусе и кусок упаковочной бумаги, на котором было оставлено послание.
О да, это был почерк Хэла.
Дрожащими пальцами Мими развернула записку.
«Я извиняюсь за то, что перетрусил и не рассказал тебе сразу о своем неприятном прошлом. Я был слишком напуган и боялся, что ты меня бросишь, когда узнаешь, какой я неудачник. Спасибо за то, что внимательно выслушала меня вчера вечером. Я смотрю на твои фотографии и понимаю, что фотокамера никогда не врет, Мими. Я люблю тебя такой, какая ты есть. А ты красавица. Есть только один вопрос: готова ли ты рискнуть и быть со мной? Хэл».
«Фотокамера никогда не врет? Он любит меня такой, какая я есть?»
Что Хэл затеял на этот раз?
Страшась смотреть на монитор, Мими загрузила диск в свой компьютер и открыла папку с фотографиями. На экране появились десятки цветных снимков. Целая галерея!
На этом фото Мими шутит со своими студентами, предлагая им украсить вязаные кексы вышитым цветком.
Вот ее студия дизайна. Она решила сделать дополнительную вышивку на рукаве жакета. Ее лицо напряжено, она полностью сосредоточена на работе.
Вот фотосессия в отеле. Она — крупным планом во время работы с моделью Лолой. Мими смеется, закинув голову назад.
Очень много крупных планов ее шеи, запястий, лица, волос, улыбки. Хэл подмечал каждую деталь. Он наблюдал за ней через объектив фотокамеры. И он фотографировал ее всю неделю.
Он любил ее такой, какая она есть.
— О, Хэл, — произнесла Мими.
За ее спиной послышался тихий шорох. Обернувшись, она увидела Хэла. Он стоял во внутреннем дворике. Одна его рука была спрятана в карман, а другой он опирался на трость. Хэл наблюдал за Мими. Он выглядел уставшим, на его подбородке виднелась щетина, красивый костюм был испачкан и помят. И все равно он выглядел потрясающе!
Она любовалась им, зная, что он навсегда завладел ее сердцем.
Мими подбежала к Хэлу и бросилась в его объятия, визжа, смеясь и плача от счастья. Хэл обнял ее за талию, прижал к себе и засмеялся вместе с ней.
Мими попыталась что-то сказать, но у нее сдавило горло, слезы потекли по щекам.
Когда Хэл заговорил, его голос был очень тихим и спокойным. Он прижался лбом к ее лбу, обнимая еще крепче:
— Ты не отвечала на телефонные звонки, поэтому я решил войти через заднюю дверь. Позволь мне быть с тобой, Мими. Ты позволишь? Разрешишь ли ты мне любить тебя?
В ответ она обхватила ладонями его лицо, закрыла глаза и припала к его губам, вложив в поцелуй всю свою любовь. Целуясь, они потеряли счет времени. Когда Хэл и Мими отстранились друг от друга, оба прерывисто дышали.
— Да. Да, Хэл. Мне не нужна фотокамера для того, чтобы понять, каков ты на самом деле. Я люблю тебя таким, какой ты есть. Я знаю, что ты за человек, и хочу быть с тобой.
— Означает ли это, что я могу держать свой спальный мешок в твоем доме постоянно? — поинтересовался он между поцелуями.
На этот раз его слова спровоцировали у Мими приступ смеха. Она наклонилась и нежно поцеловала Хэла в губы, чувствуя себя в безопасности в его объятиях.
— Больше никаких спальных мешков. Хватит. Отныне мой дом — твой дом. Если только ты хочешь этого.
— Больше всего на свете. Пора мне пускать где-нибудь корни, и я хочу сделать это именно здесь. Кстати, я последовал твоему совету, поэтому и не спал всю ночь.
У Мими перехватило дыхание.
— Ты обо всем рассказал Аурелии?
Хэл кивнул:
— Я попросил Аурелию приехать в квартиру Поппи после вечеринки. Именно там я им обо всем рассказал. Обо всем! Было много слез, чуть-чуть смеха, но теперь они знают истину, и это только начало. Аурелия по-прежнему хочет, чтобы я работал над документальным фильмом о Томе, и я согласился заняться этим, как только буду в хорошей физической форме.
— О, Хэл, это удивительно. Я так горжусь тобой!
— А как насчет тебя? Что теперь будешь делать ты? — спросил он, улыбаясь и пристально глядя ей в лицо. Длинными пальцами Хэл обхватил ее подбородок и аккуратно вытер слезы со щек. Но Мими продолжала плакать — от счастья.
— Чем бы мне еще заняться, кроме как любить тебя? — заявила она. — О, кстати, я собираюсь создать совершенно новую фирму, которая будет производить готовую одежду и продавать ее через магазины. Наверное, нужно будет попросить Поп-пи познакомить меня с теми, кто знает хороших юристов, и с теми, кто может создать красивый веб-сайт. А потом я приму окончательное решение. Кроме того, необходимо найти инвесторов и подготовить пробные эскизы одежды и тому подобное. — Мими отвела пряди волос со лба Хэла.
— Ты решила остаться индивидуальным предпринимателем? — поинтересовался он, стараясь не смеяться.
— Совершенно верно. Я хочу назвать торговую марку «Авторская одежда от Мими Райан». — Она рукой написала в воздухе свое имя и фамилию крупными буквами и улыбнулась Хэлу. — Что скажешь?