— Акробаты! Обезьяны!
— Ни то, и ни другое, — улыбнулся Лаки, — просто земляне.
— Итак, вы Дэвид Старр, но вас еще называют «Лаки». Имеет ли это слово в вашем лексиконе то же значение, что и у нас?
— Это значит «счастливчик».
— У нас оно переводится несколько иначе. Меня зовут Стен Деваэр.
— Об этом я уже догадался.
— Вас, верно, все это удивляет, а? — Деваэр показал на лужайку и домики. — Красиво, не правда ли?
— Действительно красиво. Но стоит ли понапрасну тратить столько энергии?
— А почему этого не сделать, если рабочий день робота длится двадцать четыре часа в сутки? У Сириуса хватит энергии даже для этого. Ваша Земля, как мне кажется, страдает от недостатка энергии?
— У нас есть все необходимое. У вас будет возможность в этом убедиться.
— Неужели? Ну ладно, пойдемте, продолжим разговор у меня дома.
Он нетерпеливо махнул рукой в сторону сирианитов, которые за время беседы успели приблизиться к землянам. Этот высокий землянин был таким удачливым противником Сириуса, и наконец-то, он попал в плен!
Откозыряв в ответ на нетерпеливый жест Деваэра, предложившего им удалиться, они, несмотря на любопытство, повернулись и разошлись. Деваэр сел в небольшой открытый экипаж на гравитационной подушке. Днище экипажа было абсолютно гладким и висело в шести дюймах от поверхности. Такой же экипаж был подан Лаки. Управляли ими, разумеется, роботы. Лаки вошел во второй экипаж. Бигман собрался было последовать за ним, но был остановлен мягким, но решительным жестом робота.
— Эй… — заорал Бигман.
Вмешался Лаки:
— Мой друг поедет со мной, сэр.
Впервые за все время Деваэр обратил внимание на Бигмана: на секунду в его глазах вспыхнула ненависть. Он процедил:
— Не собираюсь иметь ничего общего с этим … с этой вещью. Если вы очень дорожите компанией этой … гм … этого существа, можете возиться с ним сколько угодно. Но я бы не хотел, чтобы меня когда-нибудь беспокоили по этому вопросу.
Бигман побледнел и уставился на сирианита:
— Я тебя побеспокою прямо сейчас, ты, фанфарон…
Лаки подхватил Бигмана за пояс и кое-как затолкал в экипаж, успев прошептать на ухо:
— Нельзя сейчас этого делать, Бигман. Великая Галактика, пусть пока все идет так, как идет, малыш.
Все это время Деваэр сидел с безразличным видом, так, словно его ничего не касалось. Бесшумное и стремительное движение сирианитских экипажей напоминало полет ласточек, и через две минуты они уже остановились перед одноэтажным домом, сложенным из силикатного кирпича. От других домов этот отличался розовыми полосами вокруг окон, дверей и тщательно сделанным обширным паркингом. В течение всего полета они не видели ни одного человека, кругом были одни только роботы. Первым в дом вошел Деваэр. Перед ними открылась дверь в небольшое помещение с массивным столом и громоздким креслом, упрятанным в нише. Потолок сиял тем же ярким голубым светом, что и искусственное небо снаружи дома.
Пожалуй, слишком много голубизны, подумал Лаки, но потом вспомнил, что на Сириусе больше солнца, небо там гораздо ярче, и потому более голубое. Из глубины дома появился робот, несущий два подноса с едой, на каждом из них стояли яства и запотевшие бокалы с молочно-белой жидкостью. Один из подносов был поставлен перед Лаки, другой перед Деваэром. Лаки сказал роботу:
— Принеси еще один моему другу.
Робот бросил молниеносный взгляд в сторону Деваэра, но тот хранил каменное спокойствие, и робот принес еще один поднос. Во время обеда не было произнесено ни единого слова. Землянин и марсианин ели и пили с большим вдохновением — после монастырского меню корабельного кока-автомата Лаки и Бигман отводили душу. Как только робот унес пустую посуду, сирианит сразу же приступил к делу.
— Начну с того, что вы оба шпионы. Вы вышли на территорию Сириуса, были предупреждены и покинули нашу зону, но только затем, чтобы скрытно, как вы считали, вернуться. Согласно межзвездным законам, мы имеем полное право разделаться с вами. И это произойдет, если ваши дальнейшие действия не послужат смягчению вашей вины.
— Какие действия вы имеете в виду? — спросил Лаки. — Не угодно ли вам привести пример, сэр?
— С удовольствием, советник, — в темных глазах сирианита вспыхнул огонек интереса, — разговор пойдет о капсуле с … информацией, которую наш человек выбросил в районе колец незадолго до своей гибели.
— Уже не думаете ли вы, что я ее нашел?
— У вас не было для этого ни единого шанса, — рассмеялся злорадно Деваэр, — мы не допускали вас слишком близко к кольцам. Да и времени у вас не было. Но давайте поговорим о деле. Вы очень умны, советник. Даже у нас, на Сириусе, все наслышаны о ваших редких способностях. Более того, вы неоднократно оставляли с носом нас, сирианитов, и доставили нам массу хлопот.
При этих словах спесивого сирианита Бигман даже взвизгнул от распиравшего его восторга.
— А хлопоты эти какие? Провал вашего агента на Юпитере — 9, раскрытие вашего прямого покровительства пиратам астероидов, а уж как мы вас вышвырнули с Ганимеда и
Стен Деваэр закричал:
— Советник, успокойте это! Верещание этой этого раздражает меня.
— Тогда говорите то, что вы хотите сказать, и не выводите из себя моего друга
— Ну что ж, я хочу, чтобы вы помогли нам разыскать капсулу Скажите, как бы вы приступили к этому делу?
— Какую информацию вы хотели бы получить?
Только такую, какой вы несомненно обладаете. Например, последние слова нашего агента
— Да, мы действительно перехватили последнюю передачу вашего агента Правда, не всю. Но из того, что мы поймали, совершенно ясно, что он не успел передать координаты орбиты, на которую запустил капсулу, и что он все-таки ее запустил на эту неизвестную орбиту.
— Ну, и что же дальше?
— Судя по тому, что ваш человек в течение долгого времени не попался и работал плодотворно, он был человек неглупый.
— Он был сирианит …
Лаки усмехнулся:
— Это не обязательно одно и тоже. Я хочу сказать, что, как человек неглупый, он не мог запустить капсулу в кольца, где найти ее практически невозможно.
— Так, так, землянин, продолжайте, прошу вас. Что вы еще можете предположить?
— А если он все-таки запустил ее в кольца, то искать ее бессмысленно.
— Вы серьезно так думаете?
— Вполне Следовательно, найти капсулу можно только в «Линии Кассини»
Стен Деваэр откинулся в кресле и звонко рассмеялся. Затем он сказал:
— Нет, ей-богу, поучительно послушать Великого Лаки Старра, разрабатывающего столь сложную проблему Можно было предположить, что мы услышим нечто поразительное, сверхъестественное, а взамен . узнать то, до чего мы додумались сами. А что вы скажете, советник, если я расскажу вам, как мы сами пришли к тому же выводу, причем без долгих раздумий. Мои корабли прочесывают «Линию Кассини» чуть ли не с момента трагической гибели нашего агента.
Лаки кивнул. Если большинство сирианитов находится в зоне колец на прочесывании, то на Титане их не много, подумал Лаки.
— Что же, мне остается только поздравить вас и напомнить, что в зоне «Линии Кассини» все-таки находится определенное количество вещества колец Кроме того, капсула может иметь нестабильную орбиту, благодаря притяжению Мимаса. Далее, в зависимости от того, к какому кольцу, внешнему или внутреннему, находится в непосредственной близости капсула, она может быть втянута тем или другим кольцом. Если вы до сих пор ее не обнаружили, вполне возможно, что вам никогда не удастся воспользоваться разведданными, добытыми вашим агентом.
— Ваши попытки запугать меня глупы и бесполезны. Даже если капсула оказалась в кольце, алюминий останется алюминием, и превратиться в лед шансов у него нет и не может быть.
— Детекторы массы не могут отличить лед от алюминия.
— Ваши детекторы, советник, ваши. Вы не задавали себе вопрос, как нам удавалось держать ваш корабль все время в поле зрения, хотя вы и проделывали рискованные трюки с Идальго и Мимасом?
Лаки мрачно ответил:
— Да, я задавал себе такой вопрос.
Деваэр опять расхохотался:
— Вы не зря ломали себе голову. Было бы даже странно, если бы вы этого не делали. Впрочем, у вас же нет силикатных детекторов.
— Гриф «Совершенно секретно»? — вежливо, но с ехидцей спросил Лаки.
— Да нет, напротив. В наших новых детекторах используется мягкое, а не жесткое излучение. Эти лучи по-разному реагируют и отражаются от любых тел, в зависимости от массы и атомного веса объекта, находящегося в зоне излучения. После обработки и анализа мы можем твердо сказать, металлический ли корпус корабля или просто астероид находится в зоне слежения. Если от астероида, продолжающего свой путь по орбите, отрывается металлический предмет, то не требуется много ума, чтобы понять: под прикрытием астероида двигается космический корабль, полагающий, что он всех обманул.
— Понятное дело, — пробормотал Лаки.
— Теперь вы понимаете, что ни кольца, ни сам Сатурн не спрятали бы металлический корпус корабля, который выдал вас? Даже Мимас не смог бы спрятать вас. Мы смогли засечь металлический предмет внутри Мимаса, хотя это могли быть и обломки корабля. Но когда мы увидели, что этот кусок металла шевелится, мы поняли, что вы все еще у нас в гостях … Мы тут же разгадали, каким образом вам удалось уцелеть — «плавящий луч», ведь так? Нам оставалось только подождать.
Лаки опять кивнул:
— У вас на руках все козыри.
— Вы все еще считаете, что нам не удастся найти капсулу?
— Так почему вы не нашли ее до сих пор?
На какое-то мгновение лицо Деваэра потемнело. Но, взглянув на простодушное лицо Лаки, он только фыркнул:
— Найдем, это только вопрос времени. А поскольку вы ничем не можете нам помочь, нет причин откладывать уничтожение шпионов. Ваше уничтожение.
Лаки сказал:
— Я сомневаюсь, что вы говорите серьезно. Мертвые мы будем еще опаснее.
— Чем мне может грозить ваша смерть? Не пойму.