— Слушай меня внимательно, Динго. Я не знаю, где мы находимся и куда мы движемся, но и ты тоже. Так что сейчас мы друг другу необходимы. Готов ли ты заключить сделку? Ты сможешь выяснить, где мы, так как сумеешь связаться с кораблем по радио, но ты не в силах вернуться без двуокиси углерода. У меня ее хватит на обоих, но указывать направление будешь ты.
— Космос с тобой, болван, — прорычал Динго? — Когда я прикончу тебя, то получу твои газовые ружья.
— Не думаю, что сможешь это сделать, — спокойно ответил Лаки.
— Ты подумал, что сможешь опорожнить и их тоже? Давай! Начинай, болван. Что это даст? Капитан придет за мной, где бы я ни находился, а ты в это время будешь летать вокруг с разбитым шлемом и запекшейся на лице кровью.
— Не обязательно, друг мой. Ты знаешь, кое-что прижато сейчас к твоей спине. Возможно, ты не можешь почувствовать это сквозь металл, но уверяю, оно здесь.
— Газовое ружье. Ну и что? Это ничего не значит, пока мы держимся вместе.
Однако его руки прекратили судорожные попытки сбросить Лаки.
— Я не профессиональный дуэлянт на газовых ружьях, — весело произнес Лаки. — Но тем не менее, я знаю о них больше, чем ты. Выстрелами из газового ружья обмениваются на расстоянии в мили. Здесь нет воздуха, замедляющего и разрушающего газовую струю, но существует внутреннее сопротивление. Поток всегда турбулентен. Кристаллы сталкиваются и теряют скорость. Струя газа расширяется. Если она пролетит мимо цели, то расплывется в космосе и исчезнет, но если она попадет в цель, то лягнет, как мул, даже если пролетела целую милю.
— А о чем, космос побери, ты говоришь? Что ты виляешь? Динго вырывался с бычьей силой, и Лаки с трудом удерживал его.
— Слушай меня внимательно, — продолжал Лаки. — Как ты думаешь, что произойдет, когда двуокись углерода попадет в цель, находящуюся в двух дюймах, прежде чем турбуленция сможет уменьшить ее скорость или размыть струю? Не догадываешься? Она, словно ракета, прошьет насквозь твой скафандр и тело тоже.
— Ты спятил! Ты говоришь, как псих!
Динго бешено ругался, но потом вдруг замер.
— Не веришь? — спросил Лаки. — Хорошо. Тогда попробуем. Мое газовое ружье прижато к твоему скафандру, и я нажимаю на курок. Идет?
— Ублюдок, — ругался Динго. — Ты нарушил правила дуэли.
— У меня трещина на лицевом щитке, — сказал Лаки. — Люди увидят, кто нарушил правила. Даю полминуты на размышление.
Секунды тянулись в молчании. Вдруг Лаки уловил движение руки Динго.
— Прощай, Динго, — сказал он.
— Подожди! Подожди! — завопил Динго. — Я как раз увеличивал дальность связи. — Затем он позвал:
— Капитан Антон … Капитан Антон …
Возвращение на корабль заняло полтора часа.
«Атлас» снова двигался в пространстве, следуя в кильватере за пиратским кораблем. Он был под контролем трех захвативших корабль пиратов. Как и раньше, на его борту находился один единственный пассажир — Лаки Старр. Лаки держали взаперти, в каюте, и он мог видеть членов экипажа только тогда, когда они приносили ему пищу. Пищу из запасов «Атласа», думал Лаки. Или, по крайней Мере, из того, что осталось. Большая часть продуктов питания и то оборудование, которое не требовалось непосредственно для маневрирования, уже были перенесены на пиратский корабль. Первый раз пираты принесли ему еду втроем. Это были худые люди, загоревшие под безжалостными лучами космического Солнца. Они в полном молчании подали ему поднос, предусмотрительно обследовав каюту, и молча стояли, пока он открывал и подогревал консервы, а затем унесли остатки. Лаки сказал:
— Садитесь, ребята. Вы не должны стоять, пока я ем.
Они не ответили. Один из них, самый высокий и худой, с некогда сломанным носом, который так и остался свернутым набок, с остро выступающим кадыком, посмотрел на других так, словно был склонен принять предложение. Однако, он не встретил понимания. В следующий раз еду принес один Сломанный Нос. Он поставил поднос, вернулся к входной двери, выглянул в коридор, потом закрыл дверь и сказал:
— Я Мартин Манью.
Лаки улыбнулся:
— Я Билл Вильямс. Остальные не хотят со мной разговаривать, не так ли?
— Они друзья Динго. Но я — нет. Возможно, вы правительственный шпион, как думает капитан, а возможно, и нет. Я не знаю. Но то, что вы сделали с этим мерзавцем Динго, просто здорово. Он ушлый парень, и он играет грубо. Однажды, когда я был новичком, он втянул меня в драку на газовых ружьях и ни за что, ни про что чуть не вогнал в астероид. Без всякой причины. А потом сказал, что это была ошибка. Но, знаете, он никогда не ошибается в газовых дуэлях. Вы приобрели много друзей, когда притащили эту гиену, усевшись на нее верхом.
— Во всяком случае, я доволен этим, — улыбнулся Лаки.
— Но остерегайтесь его. Он никогда не забудет этого. Не оставайтесь с ним один на один даже через двадцать лет. Дело в том, что вы не только победили его, вы взяли его на пушку, сказав, что двуокись углерода может пройти сквозь дюйм металла. И теперь все потешаются над ним, а он страдает от этого. Лучше этой истории я ничего не знаю. Я очень надеюсь, что босс разрешит вам присоединиться к нам.
— Босс? Капитан Антон?
— Нет. Большой Человек. И вот что еще: продукты на вашем корабле отличные, еда что надо. — Пират громко причмокнул губами. — Забываешь вкус всего этого, пережевывая дрожжи, особенно, когда сам выращиваешь их в банке.
Лаки собрал остатки пищи.
— Кто он, этот парень?
— Какой парень?
— Босс.
Манью пожал плечами.
— О, космос! Неужели вы думаете, что я когда-нибудь встречался с ним? Просто наши говорили о нем. Значит, где-то он есть.
— Довольно сложная организация.
— Вы ничего не узнаете, пока не присоединитесь к нам. Знаете, я был совершенно разорен, когда пришел сюда. Я не знал, что делать, и думал: ну, хорошо, мы захватим несколько судов, я добуду капитал, и все кончится. Это все же было лучше, чем умирать от голода, как я тогда.
— Все оказалось по-другому?
— Я ни разу не участвовал в рейдах. Едва ли кто-нибудь из наших участвовал в них. Только такие, как Динго. Он любит это, негодяй. Обычно время от времени мы выходим и берем несколько женщин, — пират улыбнулся. — У меня есть жена и ребенок. Сейчас вы не верите мне, не так ли? Но уверяю вас, у нас есть свой собственный маленький дом. Иногда меня назначают дежурить, как например, сейчас. Это легкая жизнь. У вас будет такая же, если вы присоединитесь к нам. Такой человек, как вы, может получить жену раньше установленного срока. А если захотите, здесь есть и другие возможности. Да, сэр Билл. Я надеюсь, босс примет вас.
Лаки проводил его до дверей.
— Куда мы движемся? На базу?
— Я думаю, просто к одной из скал. К самой ближайшей. Вы останетесь на ней до тех пор, пока сообщение достигнет цели. Так они обычно поступают. — Закрывая дверь, он добавил:
— Никому не проговоритесь о том, что я вам рассказывал. Ладно?
— Будь спокоен.
Оставшись один, Лаки в возбуждении потирал ладони. Босс? Было ли это просто выдумкой, легендой? Или действительно была какая-то важная персона? И что это за время для получения сообщения? Он должен ждать. Галактика! Если бы только Конвей и Генри сообразили, что самое главное сейчас — не вмешиваться. Лаки смог осмотреть скалу, к которой подошел «Атлас». Вслед за Мартином Манью и еще одним пиратом, которые его сопровождали, он вышел из воздушного шлюза в космос и увидел ее в ста ярдах внизу. Это был самый обыкновенный астероид. Вероятно, не более двух миль в диаметре. Он был угловатым и скалистым, словно какой-то великан оторвал вершину скалы и бросил ее в космос. Его обращенная к Солнцу сторона слабо светилась серовато-коричневым светом. Он отбрасывал движущиеся изломанные тени. А скорость его вращения была такой, что улавливалась даже простым глазом. Выйдя из воздушного шлюза, Лаки, согнув ноги, оттолкнулся от корабля и направил свое тело вниз, к поверхности астероида. Когда его руки коснулись грунта, инерция тела прижала его к поверхности и потащила по скале, пока он не ухватился за ее выступ и не остановился. Лаки поднялся. Вблизи скалы была почти полная иллюзия, что это планета. Однако за ближайшими острыми выступами не было ничего, кроме бесконечного пространства. Звезды, движение которых из-за вращения астероида было хорошо заметно, ярко блестели. Корабль, выведенный на орбиту вокруг астероида, неподвижно висел над головой. Пираты подвели Лаки к находившейся примерно в пятидесяти шагах возвышенности, ничем не отличавшейся от остальных. Когда они подошли, часть скалы плавно скользнула в сторону, и из отверстия появилась фигура в скафандре.
— Привет, От, — буркнул один из пиратов. — Он остается на твое попечение.
Голос, который прозвучал вслед за этим, был мягким и отнюдь не усталым.
— Как долго он пробудет со мной, джентльмены?
— Пока мы не прилетим за ним, и не задавай лишних вопросов.
Пираты повернулись и прыгнули вверх. Притяжение скалы не могло удержать их. Они постепенно уменьшались, и через несколько минут Лаки увидел сверкающую линию кристаллов, когда один из пиратов корректировал направление полета с помощью газового ружья, которое входило в стандартное снаряжение скафандра. Запас газа для него хранится во встроенном в скафандр патроне. Вскоре двигатели на хвосте корабля засветились красным светом, и он стал уменьшаться. Лаки знал, что не имело никакого смысла определять направление, в котором уходил корабль, так как не знал, где находится сейчас сам. Где-то в поясе астероидов. Но где? Он так погрузился в свои мысли, что голос стоявшего рядом с ним человека заставил его вздрогнуть.
— Здесь, снаружи, прекрасно, — сказал человек. — Я выхожу так редко, что забываю об этом. Посмотрите сюда!
Лаки повернулся налево. Маленькое Солнце только что вышло из-за острой грани астероида и стало таким ярким, что было больно смотреть. Оно напоминало двадцатикредовую золотую монету. Небо оставалось черным, и звезды сияли по-прежнему. В безвоздушных мирах, где нет пыли, рассеивающей солнечный свет и окрашивающей небеса в голубой цвет, это была обычная картина. Человек с астероида сказал: