али. Покупали их случайные люди или новобранцы. Во время обсуждения различий испанских и нидерландских ружей и пистолетов у братьев возникла идея.
— Как ты думаешь, вот здесь можно закрепить курок?
— Курок проще закрепить по центру, боек вынести сбоку.
— На полке под боек наклепать зубчики.
— Согласен, искра будет сильнее. А если колесико, как на зажигалке?
— Колесико для мягкого кремня.
— Как это для мягкого?
— Ты никогда не задумывался, почему в Англии делали колесико, в Европе боек, а в России долго применяли фитиль?
— Зачем мне задумываться, это ты с дедом с пяти лет на охоту ходил.
— В Англии мягкие кремни, они от удара раскалываются, поэтому и ставили колесико.
— С твоих слов получается, что в России супермягкие кремни?
— В России кремня никогда не было и до сих пор нет.
— Понятно, нет кремня, нет почвы для изобретения. Погоди, а как огонь разводили?
— Использовали кварц, но от него искра слабая. Приходилось долбить по несколько раз, пока искру вышибешь.
— Откуда знаешь такие тонкости?
— Мы сколько раз были в Артиллерийском музее?
— Не помню, примерно пять раз.
— «Не помню!» А что помнишь? Нас всегда экскурсовод водил!
— Ракеты на первом этаже, такие огромные! Под стеклом реконструкция штурма Казани. Деревянные стены, между бревнами насыпана земля. Под стены проведены подкопы.
— Где расположена эта реконструкция? Я такого не видел.
— На первом этаже. Рядом стенд с башкирским луком. Экскурсовод говорил, что такой лук стрелу на километр бросит, а лук совсем тоненький.
— Лады, строим кузницу и сажаем Бэби за работу.
— Погорим на его страсти к деньгам.
— Оформим на Бэби аренду. Выпишем лицензию частного предпринимателя. Если попадется, будет висеть без нас.
По дороге на судно решили поужинать в трактире. Мясо на корабле уже не то. Три дня хранения, даже в бочках с вином, качества парного мяса не улучшает.
За столом уныло сидел Ицхак Нейман.
— Ицхак, у нас для тебя есть работа. — Саша положил на стол талер.
— Что надо сделать?
— Мы начали строить два магазина и кузницу. — Вова протянул полученные бумаги.
— Твоя задача проследить за качеством работы.
Безработный штурман просмотрел бумаги.
— Согласен, талер в месяц.
— По рукам! Ты можешь разузнать, где патрулирует корабли графа Нассау и барона Бреды?
— Всем давно известно! Вдоль Новой Испании[21] и Новой Гранады[22] — основное направление большинства испанских судов.
— Спасибо, Ицхак! — Саша положил еще талер.
— Не за что. — Талер вернулся обратно к Саше. — Вам там нечего делать. Испанцы ходят эскадрами не меньше пяти кораблей.
— Бери талер, наши жизни дороже.
Настроение молодого штурмана заметно улучшилось. За едой юноши поговорили о морской жизни. Обсудили преимущества и недостатки различных типов кораблей. На прощание Ицхак поздравил новых друзей с удачными трофеями. Выйдя из трактира, они сразу увидели капитана, который быстрым шагом возвращался на судно.
— Вы что здесь делаете?
Братья рассказали о начале строительства двух магазинов и полученном разрешении на строительство склада.
— Хотите с меня деньги брать за хранение груза на вашем складе?
— Это вы чересчур! Как можно с вас брать деньги? Деньги за склад получим, когда другие вольные капитаны пойдут по вашему пути.
— В сезон ураганов или ливней без хорошего склада не обойтись, — добавил Саша.
— Задумка с магазином мне понравилась. Покупателей будет мало, но будут. Я отдам вам свою долю на реализацию.
— По рукам!
— У меня хорошие новости: губернатор, не торгуясь, купил испанские пушки. Собирается строить еще одну береговую батарею.
— Мы снова возьмем свою долю слитками, весь экипаж согласен на слитки.
— Спасибо за понимание моей проблемы, но на вашу долю слитков не хватит.
— Возьмем дублонами.
— Мне и так все завидуют, говорят об удачном выборе офицеров. Если узнают о вашем сотрудничестве в бизнесе, вообще обзавидуются.
— Мы не заслуживаем такой похвалы.
— Теперь о «Быстром облаке». Они стоят на якоре возле острова Маленькая ящерица. Плохо стоят, мачты видны очень далеко. — Капитан Жак раздраженно махнул рукой и продолжил: — Я оставил в канцелярии портовой инспекции письмо для капитана, думаю, он согласится на мои условия.
За разговором подошли к судну. На расстеленных парусах выросла гора трофеев, но до трюма еще не добрались.
— Сообщите экипажу, что отход через три дня, быстрее закончат — больше погуляют.
Обещание встретили на «ура». Матросы сразу организовали две бригады, что позволяло работать круглосуточно, в две смены.
Эта стоянка отличалась от предыдущей только тем, что братья ходили в казарму без своих матросов.
— Привет, счастливчики! — Такими словами шериф встретил юношей. — В городе только о вашей удаче и говорят. Месяца не прошло, как вы появились в Нассау, а добычи на сотню тысяч талеров набрали.
— Повезло.
— Об этом и говорят, другие поймают трофей, потом месяц на ремонте стоят. Вам известно, сколько стоит замена одного ванта?
— Нет.
— Лучше никогда не знать. Такелаж и рангоут здесь стоят бешеных денег, в Амстердаме на новое судно хватит.
Саша и Вова быстро вошли в стояночный режим. Казарма с тренировками до изнеможения. Затем конная прогулка, во время которой братья уже пробовали ездить рысью. Отдых и танцы завершались ночным сладострастием.
Выбрав свободный день, близнецы взяли две вьючные лошади и отвезли в негритянскую деревню всевозможный инвентарь. Данный товар вообще не подлежал продаже. В Нассау он никому не нужен, отвозить обратно в Европу было бы глупо и смешно. Погрузили на лошадей несколько корзин. Однако негры никак не хотели принимать подарки, категорически отказываясь от котлов, кастрюль и ножей. Никого не заинтересовали даже ручная мельница и кузнечный набор. Под конец, устав от ненужного разговора, негры демонстративно отвернулись. Братья сбросили подарки посреди деревенской площади и уехали. Перед отходом вернулись в деревню за орехами и апельсинами. Их ждали полные корзины, но подарки продолжали лежать на прежнем месте. Сначала нагрузили вьючных лошадей, затем Вова подозвал одного из мужчин и сделал вид, что бросает мотыгу в море. Затем знаками показал, что они могут все бросить в море или в хижины. После этого моряки сели на лошадей и поехали на корабль.
На берегу возвышался солидный штабель груза. Все аккуратно уложено и заботливо укрыто парусами. Корабль разгрузили до необходимого минимума. Даже порох оставили только на пять залпов. Для охраны груза выделили четырех матросов. Восход солнца снова встретили в море. На ужин, на подносе, вместе с жареными цыплятами и вином, принесли десять талеров. Братья решили не выяснять причин, это в равной степени окажется платой соучастникам, покровителям или благодарностью за повышенный «тариф» заработка. В дальнейшем они регулярно получали свой бонус.
Встали на якорь на своем «счастливом» месте. На этот раз не везло, шли дни — и ни одного одиночного судна. На шестой день капитан не выдержал и вызвал братьев на мостик:
— Посмотрите! — Он указал на три крупных корабля.
Братья взяли свои подзорные трубы:
— Два на восемь пушек, один на десять, все полностью загружены и идут в Испанию.
— Я предлагаю взять один.
— Капитан Жак, как это взять один? Они на нас набросятся втроем.
— Правильно, набросятся. Но мы сшибем мачты только первому, остальных угостим ядрами.
— Поняли вашу мысль!
— Пушки зарядить только порохом. С какого борга будет залп книппелями, узнаем во время маневрирования.
Капитан немного выждал, потом приказал сняться с якоря. Наконец настал момент, когда первое судно прошло мимо. Последовал приказ поднять паруса.
Им повезло только частично. На первом судне проморгали выход нидерландского корабля. Упустив драгоценное время, транспортное судно слишком поздно развернулось на помощь своим товарищам. В итоге корабль был вынужден идти к месту схватки галсами. Но два оставшихся судна почти одновременно повернули на «Разящую стрелу».
— Капитан Жак, что будем делать?
— У нас выше скорость, для начала начнем выходить на ветер. Скоро они начнут мешать друг другу.
— Тот, что справа, будет нашей первой мишенью.
— Правильно мыслишь, юноша.
Корабль сделал поворот вправо, испанские транспорты в свою очередь сделали поворот влево. Как и предсказывал капитан Жак, вскоре суда начали друг другу мешать. Первый залп задел такелаж ближайшего судна, но без серьезных повреждений. Затем Жак Вольфганг Дагер допустил ошибку. Желая побыстрее вывести флейт из боя, он развернул «Разящую стрелу» на сто восемьдесят градусов. Удачный залп с маленькой дистанции снес две первые мачты торгового судна. Однако крутой разворот резко снизил скорость люгера. Второй испанский флейт оказался в непосредственной близости и дерзко пошел на абордаж.
После залпа Вова вышел на палубу, вид надвигающегося бушприта не требовал разъяснений складывающейся ситуации.
— Абордажная команда! Приготовить алебарды! Проверить топоры! При сближении идем на абордаж!
Это было единственно правильным решением. Прорыв испанской абордажной команды приведет к захвату судна. Другого способа не допустить испанцев на палубу «Разящей стрелы» нет и не могло быть. На дрейфующем в трех сотнях метров паруснике сноровисто ставили весла. Против двух судов они, возможно, и отобьются. Но третий флейт не так уж и далеко. Капитан Жак смог увернуться от тарана, но испанцы успели забросить абордажные кошки. Два парусника сошлись бортами. Испанский корабль намного больше, его пушечные портики возвышались над бортом люгера.
— Рубить концы! На абордаж через пушечные портики!
Вова встал на планширь и запрыгнул через портик на артиллерийскую палубу К нему метнулись трое канониров с пальниками в руках. Он сделал выпад, пика пробила грудь среднего артиллериста. Обратным движением, резко, с поворотом, ударил второго канонира в голову. Увидев упавших товарищей, последний канонир попытался бежать, но удар в спину уложил его рядом с соратниками. Вова выбежал на палубу. Сорок испанских моряков, практически весь экипаж, стояли у борта. Половина из них отбивала алебардами попытки абордажной команды прорваться на борт. Вторая половина спешно заряжала ружья. Рядом, крича и ругаясь, стоял офицер. Все были увлечены начинающейся схваткой с абордажной командой голландцев. Вова подцепил крюком алебарды шею офицера и дернул на себя. Офицер сделал два шага назад и завалился на спину Из пробитого горла фонтаном брызнула кровь. Последовали два сильных коротких укола в спины матросов с ружьями. Затем, с широким замахом, режущий удар по бедрам. Раздались крики боли, испанцы поспешили развернуться к нежданному врагу. Но новый секущий удар вдоль строя, на уровне глаз, заставил испанцев отшатнуться. Абордажная команда «Разящей стрелы» воспользовалась замешательством. Колющие удары снизу достигли своей цели. Вова нанес еще один колющий удар кому-то в пах, за