- Вовка, передай Гельке, - попросил, протягивая угощение, и Вовчик заулыбался, кыская:
- Кис-кис-кис! Кому вкусняшек?
- Мяу-мяу, мне! - ответила я, впиваясь зубами в свежайший и вкуснейшие пирог. Проглотила и закатила глаза. - Леся, я остаюсь у вас жить!
- Хорошо, - кивнула она. - На завтрак у нас геркулес.
- Не, - скривилась, - С детства эту размазню не перевариваю.
- Вот это я понимаю, пришли к консенсусу, - подмигнул Лизе Гришка, подначивая ее на поспорить.
Соня, Гришина девушка, захихикала, потирая ладошки в предвкушении, а я навострила уши - мне до ужаса нравилось слушать такие шуточные баталии. Особенно, когда они разростались с какой-нибудь мелочевки, вроде этого консенсуса, до таких масштабов, что хоть записывай логическую цепочку, чтобы не запутаться откуда что и почему. И судя по улыбке Владки и его негромкому:"Размотай его, Принцесса", сказанному Лизе, шоу начиналось.
- В третьем раунде? - уточнила она, отпивая чай из кружки с жирафом, и засмеялась кровожадному:
- В первом, - Влад обвел компанию взглядом, выбрал на роль судьи Катю и сделал приглашающий жест своей жене. - Прошу.
Лиза опустила кружку на стол и пожала плечами:
- Гриш, прости. Я не хотела, - потерла переносицу и произнесла чуть ли не профессорским тоном. - Консенсус в переводе с латыни означает согласие или единое мнение. Применительно к ситуации Гели и Леси оно не имеет смысла, потому что у них нет разнополярных представлений по поводу возможности Гели остаться на ночь. Леся, - показала на хихикающую жену Дюшки, - не имеет ничего против и обозначила Геле , - ладонь сместилась на меня, - следствие своего согласия, а Геля его не приняла и отказалась от идеи ночевать. То есть, простыми словами, мы не увидели истинного значения примененного тобой слова. И получается, что кто-то, а именно Гриша, пыжит.
- Нокаут! - вскинула руки Катя, и вся компания весело засмеялась.
Соня пихнула Гришку в бок, скривив растроенную моську, и он моментально переобулся:
- Принимается, - кивнул Гриша. - Но тогда, Лизаветта Михайловна, добивайте до конца. В чем проблема найти консенсус?
- Для Гели и Леси? - прыснула Лиза.
- Да. Мы же с них начали нашу баталию. Ими же и закончим, - хитро улыбнулся Гришка.
Переглянувшись с Владкой, Лиза прыснула в кулачок прозвучавшему:
- Мочи его, Принцесса. Раз не понял, добивай.
- Ладно, - согласилась девушка и спросила у Леси. - Лесь, ты можешь приготовить на завтрак то, что любит Геля?
- Могу, - кивнула Леся.
- Гель, - обратилась ко мне Лиза. - Проглотиков спать уложишь?
- Легко! - заулыбалась я. - И даже накупаю.
- Стороны удовлетворены предложенными уступками? - Лиза посмотрела на нас с Леськой, хихикающих, и мы одновременно кивнули. - Консенсус достигнут. Андрюшка, звони маме и предупреждай, что Гелька ночует у вас.
- Зашибись, - выдохнул Дюша. - Почему консенсус у них, - показал он на нас, - а отдуваюсь я?
- Потому что ты мужчина и несёшь ответственность, - широко улыбнулась Лиза. - Влад всегда звонит и моим, и своим родителям. А ты что, испугался?
- Мелкая, вот ты коза, - покачал головой братишка, а потом щёлкнул пальцами. - Консенсус же, да? Лады. Я позвоню, но Гелька отпускает нас всех в кино!
- Согласна! - кивнула я. - Тогда на завтрак я хочу омлет с сыром и сосисками.
- Договорились, - захохотала Леся, обвела всю компанию взглядом и спросила, - Ну что? Кто уже посмотрит на какой фильм мы идём?
POV. Денис
Стоило только отстегнуть поводок, Текила бодренько стартовала на поиски Гумперта - кота родителей.
- На кухне ищи, - подсказала ей мама, и Текла, радостно тявкнув, рванула в указанном направлении. - Умничка. Не то что Граф у Крюквиных.
- Опять это чудовище обоссало подъезд? - спросил, целуя подставленную щеку.
- Это чудовище, как ты его называешь, вчера устроило такой сольный концерт, что мне пришлось вызывать полицию и пить “Анальгин”, а потом до двух часов ночи корпеть над тетрадями мерзавчиков, пытаясь разобрать их каракули. Невозможная собака.
- И невозможные мерзавчики, - добавил я, улыбаясь до невозможности ласковой характеристике ее учеников, половина которых заслуживала совсем другие эпитеты. - Папа дома?
- В кабинете. Разбирает свою ежегодную стопу Валентинок от влюбленных в него студенточек, - взмахнув ладонью, мама поправила прическу и вздохнула. - Ничего не меняется. Совушкин, что в молодости, что сейчас - звезда университета и мечта красоток. Даже боюсь представить какая бойня началась, если бы ты пошел по его стопам. Ректорату бы пришлось вводить чрезвычайные меры или, что еще хуже, военное положение, чтобы поддерживать порядок.
- Зато какая бы была посещаемость, мамуль, - закатил я глаза и захохотал, получив ладонью в лоб:
- Знаю я вашу посещаемость. Один коллекцию Валентинок собирает, второй, слава Богу, пока вкладышами ограничился. Кстати, папа там тебе пару каких-то редких выменял.
- Каких? - мигом заинтересовался я, торопливо скидывая куртку на вешалку. - Мам, скажи что там есть “Starlet”!
- Без понятия, Денис. Я не лезу в ваши увлечения, мне мерзавчиков с их “Анна Каренина была ровной чикой” хватает. Сам спроси, а лучше зови отца ужинать, пока я не устроила ему единственно верную сортировку его ежегодных охов и ахов.
- Сейчас придем, - выпалил, чувствуя как предвкушение будоражит нервы. Влетел в кабинет отца, пожал ему руку и огорченно вздохнул, посмотрев на два выложенных им вкладыша. - Черт!
- Дубль? - поинтересовался папа и понимающе пожал плечами, когда я кивнул:
- Он самый. Неделю назад ровно такие же выменял.
- Я могу отыграть обратно.
- Не надо, пап. Продам или махну на что-нибудь другое, - опустился в кресло и взглянул на приличную стопу открыток с сердечками. - А у тебя как?
- Три новых из пятидесяти семи. Очень неплохо, - улыбнулся отец, продемонстрировав мне Валентинки, аккуратно вложенные в альбом. Поставил его на полку, а остальные, повторяющиеся, открытки убрал в коробку.
Если бы кто-то в мире озадачился вопросом праздника письменных признаний в любви и захотел посмотреть вживую на самую большую коллекцию Валентинок, то ему однозначно стоило заглянуть в кабинет отца. Такая вот немного странная направленность в филокартии, а совсем не коллекционирование охов и ахов, как иногда называла увлечение папы мама. Хотя слова по поводу влюбленных в Кима Яковлевича студенточек и имели под собой почву, притом основательную - отец в свои пятьдесят при желании с легкостью мог вскружить голову любой женщине, - но для него существовала одна единственная - моя мама.
- Любушка, душенька моя, а вот и мы, - широко улыбаясь маме, папа перешагнул через Текилу и Гумперта, развалившихся на пороге кухни, повел носом и протянул. - М-м-м! Какое счастье, что тридцать лет назад твоя сумочка упала мне под ноги. Даже не представляю, как бы жил без тебя!
- Ровно так же задирал нос, - рассмеялась мама. Переставила в центр стола суповник и притворно заворчала, когда отец приобнял ее и мягко коснулся губами виска. - Ким, хватит! Остынет.
- Пускай. Главное, чтобы наша любовь не остыла.
- С тобой остынет, как же.
- Понеслась, - хохотнул я и кашлянул, привлекая к себе внимание родителей. - Очнитесь, влюбленные. К вам пришел сын и он голоден, как волк.
- А что же случилось, что волка не кормят дома? - тут же поинтересовалась мама.
- У волка очередной кризис в личной жизни и перерыв в гастрономических извращениях в виде брокколи на пару, - произнес я, кривясь от одного только упоминания этой зожной еды. - А все потому, что ваш отпрыск плохо воспитан и не умеет сдерживать свои эмоции.
Переглянувшись, родители критично посмотрели на меня, словно примеряли озвученное, и рассмеялись.
- Любушка, солнышко мое, у нашего отпрыска на лицо острая нехватка мяса, - вынес свой вердикт папа.
- Полностью с тобой согласна, Кимушка. Больший бред себе представить сложно, но, слава Богу, это легко поправить, - мама до краев наполнила мою тарелку солянкой и вложила в ладонь ложку. - Денис, ешь! Как чувствовала, что сегодня без лечебной солянки и запеченного мяса не обойтись. И не вздумай заниматься самолечением пельменями! С собой положу.
- То есть варианта остаться на стационар нет? - спросил, поднимая взгляд на родителей.
- Я же говорю, острая нехватка мяса, - подмигнул, обнимая маму, отец. - Разве невоспитанные дети ведут себя так?
- Не знаю, Ким. У нас таких не было, - родительница с любовью провела ладонью по моей шевелюре и вздохнула. - Лопай уже, голодайка.
После крайне плотного и вкусного ужина, закончившегося маминым пирогом с вишней, я кое-как дополз до своей комнаты и аккуратно упал на кровать. Щелкнул выключателем ночника стоящего в изголовье, наощупь взял книгу, которую начал читать в прошлый раз и сдвинул ноги ближе к стене - отдувающаяся и закормленная не меньше моего Текила запрыгнула следом, вытянулась колбасой и блаженно выдохнула, когда у нее под боком свернулся клубочком Гумперт. Два рыжих и хвостатых попугая неразлучника, стоило им только встретиться, не отходили друг от друга ни на минуту, в пух и прах разбивая теорию непереносимости кошками собак и собаками кошек. Эти двое мало того, что играли вместе, так еще и ели из одной миски. Сперва хрустели кормом Гумперта, потом трескали еду Текилы. Опустив пальцы на холку собаки, почесал ее, решая стоит ли начинать читать перед сном или лучше раздеться и просто поваляться, ни о чем не думая. Стянул с себя футболку и джинсы, бросил их на стул и вырубился раньше, чем укрылся одеялом.
10. Пердимонокль. POV. Геля
Честно говоря, выходить на смену после того, что отчеблучил в своей машине Таракан, было немного страхуевенько. Но то ли в его головушке что-то, наконец, щелкнуло в сторону адекватности, то ли ему резко наскучило до меня докапываться - не знаю. Одно точно, в последнее время присутствие Таракана у раковин свелось к минимуму, а спустя неделю его персона и вовсе перестала наблюдаться поблизости. Вот только этот факт сегодня почему-то добавлял мне нервозности, а не счастья. Ещё и пятая точка с самого утра подсказывала, что светит мне жопа таких эпичных размеров, что реши я найти на нее трусы, придется расчехлять пару Боингов - по одному чехлу на каждое полужопие. Ну и ко всему этому "счастью ожидания не пойми чего" Софочка, второй администратор, по секрету сказала, что мой личный тиран оказывается внезапно захворал и сел на больничный, а Нафталинка с утра приперлась раньше всех и кружила коршуном, выискивающим одну вечно опаздывающую Кошкину. Только я, к слову, не опаздывала ни разу, но это разве докажешь? Плохо быть подчинённой, у которой из прав лишь перчатки и фартук, а обязанностей вагон и две тележки прицепом. Вроде пришла, как всегда, минут за пять до начала смены, переоделась и просто чуточку зависла в телефоне, мониторя объявления о сдаче квартир. И похоже хорошо, что зависла. Когда я вышла из подсобки, через служебный вход на панике влетела владелица "Прованса", сгребла понятно кого ждущую у раковин Нафталинку под локоть и потащила ее за собой решать свои начальственно-вселенские вопросы. И пердимоноклевый пердимонокль надвигающейся задницы уже не просто зашкрябал, предупреждая, а заголосил во всю свою глотку. Взгляд Беллы Антоновны очень недвусмысленно намекнул мне, что ее персона еще объявится и исключительно по мою душу. Думаю, даже Сморчок со всеми своими портубертатными проблемами допенькал бы, что когда через два часа меня пригласили в кабинет бухгалтера, то явно не для того, чтобы обрадовать выписанной премией. А могли