Марианна и Чоле были в храме, дверь открыла Белинда.
Она увидела нищую, невзрачно одетую девушку, которая пугливо переминалась с ноги на ногу.
— Что нужно? Если милостыню просить пришла, то здесь не подают! Нашла бы себе какую ни на есть работу! Вон какая вымахала, а побираешься!
Белинда уже готова была захлопнуть перед оборванкой дверь, но та вдруг сказала:
— Мне нужен хозяин или хозяйка этого дома.
— Я же сказала, здесь милостыню не подают.
— А я не за милостыней пришла! — гордо ответила Фелисия.
— Зачем тебе понадобились хозяева? — спросила любопытная Белинда.
— Дело у меня к ним…
— Какое еще у тебя к ним дело!
В глубине дома послышался голос:
— Белинда, кто там?
Она повернулась и крикнула:
— Здесь нищенка какая-то желает видеть донью нашу Марианну или дона нашего Луиса Альберто! Я ей говорю, у нас не подают, а она говорит, дело у нее к ним. Врет, наверно…
К входной двери подошел Бето.
Он с любопытством оглядел Фелисию. Нельзя сказать, что девушка понравилась ему, скорее она вызвала у него жалость и сострадание. Давно ли он сам жил среди таких людей. Бето понимал их, любил и немного стыдился того, что теперь живет в богатом доме.
— Что же ты держишь гостью на пороге? Пригласи ее в дом, — сказал он Белинде, улыбаясь.
— Ну да! Пригласи такую, она что-нибудь и утащит.
— Я не воровка! — обиженно сказала Фелисия.
— Вот видишь, Белинда, она не воровка. Если бы она хотела украсть что-то, то влезла бы в окно, — пошутил Бето, припомнив печальный эпизод из своей жизни, — как я это однажды проделал… А не стала бы звонить в дверь.
Фелисия с удивлением посмотрела на элегантного молодого человека — неужели такой лазил в окно?
Она была благодарна ему за то, что он за нее заступился. Эта наглая Белинда и минуты с ней не поговорила, а уже успела обозвать ее и нищенкой, и воровкой!
Юноша заступился за нее, и сделал это от всего сердца. Он сразу ей понравился — такой высокий да красивый… Еще и защитил ее от наветов взбалмошной женщины.
— Ладно уж, впущу, — проворчала Белинда. — Только не вышло бы как тогда с четками… Вы уж сами донье Марианне все объясняйте, а с меня взятки гладки.
— Успокойся, Белинда, ничего такого не случится. Девушка по делу пришла… Ты входи, — улыбнулся он Фелисии.
— Спасибо, — робко ответила она, переступая порог.
Внутри дом выглядел еще богаче, чем снаружи. Такой роскошной мебели, таких пышных ковров и огромных, развешанных по стенам картин Фелисия не видела ни разу в жизни.
От удивления она разинула рот. Бето заметил ее восторг, но не показал вида.
— Садись сюда, — сказал он, указывая на диван.
Фелисия покосилась на широченный диван, обитый белоснежным плюшем и робко присела на самый краешек.
— Как тебя зовут? — спросил Бето.
— Меня? Фелисия.
— А меня Бето. Будем знакомы.
Фелисия смущенно улыбнулась.
— Хочешь кофе? Или, может быть, чаю?
— Нет… Я не хочу, спасибо.
Фелисии до ужаса хотелось есть. От голода у нее нестерпимо болел живот, но она отказалась от предложения молодого человека, потому что ей было неловко.
Когда-то одна соседка, которая кичилась тем, что работала у богатых, учила ее никогда не брать подарки и угощение от незнакомых мужчин. Если решится на это, жизнь пойдет прахом. Поэтому Фелисия и отказалась.
— Так какое у тебя дело к моим родителям? — поинтересовался Бето.
— Несколько недель назад я продавала на улице лотерейные билеты. Идут мимо богатые сеньоры, ваши родители, стало быть. Я и предложи им купить билетик. Сеньор отказался, а сеньора — та купила, когда я ей рассказала, как одна старушенция сто тысяч в лотерею выиграла и потом ее еле откачали. Сеньору это развеселило, и она купила у меня целую дюжину! Я никогда прежде столько за один раз не продавала!
— А дальше?
— Ну вот… Я с ними пари заключила…
— Не понял, — удивился Бето. — Какое пари?
— А такое, что, ежели какой из билетов окажется выигрышным, то половина денег моя! Мне сеньор номера переписал и свой адрес оставил, куда за деньгами явиться…
— Неужели выиграла?! — как мальчишка, всплеснул руками Бето.
— Ага! — радостно воскликнула Фелисия.
— И много?
— Целое состояние! Четыреста тысяч песо! Половина из них, выходит, моя. Двести тысяч!
Бето засмеялся.
— Ты почему смеешься? — удивилась она.
— Хорошо умеешь считать! — пошутил он и прибавил: — Просто я радуюсь за тебя, ведь тебе наверняка нужны эти деньги. Думаю, нужнее, чем нам…
— Да уж конечно… Кому они не нужны, — тихо сказала Фелисия.
— Да, ты права, без них плохо… А вот что ты с ними собираешься делать?
— Найду, куда их пристроить. Сниму квартирку поприличней вместо своей конуры, отдам долг сквалыге бармену, у которого я работаю, одежды накуплю помоднее, буду выглядеть как заправская сеньорита!
— А я бы потратил деньги на учебу… Ты наверняка не больше трех классов окончила…
— Четыре! — гордо поправила его Фелисия.
— Вот видишь… На эти деньги ты запросто можешь закончить школу, поступить в колледж и получить какую-нибудь неплохую профессию. Чтобы не работать всю жизнь на бармена.
Фелисия задумалась.
— Знаешь, Бето, может, ты и прав… Как я раньше об этом не подумала…
— Ты кем хотела бы стать? — спросил Бето, ласково улыбнувшись ей. Он чувствовал себя с ней на удивление легко.
— Почем я знаю… Вообще-то я бы не прочь стать танцовщицей или киноактрисой, вроде Вероники Кастро…
Бето расхохотался.
— Вот и нас с Марисабель хотят сделать киногероями!
— А Марисабель эта — кто?
— Моя сводная сестра… Она, кстати, учится в балетном училище. Только для того, чтобы стать балериной, надо очень много заниматься.
— Теперь у меня есть деньги, и я могу себе это позволить. Если захочу…
— Ну-ну… В любом случае, я рад за тебя, — сказал Бето. — К сожалению, тебе придется немного подождать. Старших сейчас нет дома. Отец на работе, а обе мои мамы пошли в храм…
— Их что у тебя, две? — удивленно спросила Фелисия. — Поделился бы!
— Просто у одной я долго жил, а другая — моя родная мама… Ну да это долгая история… А ты… сирота?
— Не то чтобы сирота… Это тоже долгая история, — смущенно сказала Фелисия, опустив голову. — Ничего, я подожду. Мне спешить некуда. Можно и побездельничать, я ведь теперь богатая!
— Ты считаешь, что богатые — бездельники?
— Ой, прости меня, дуру! — смутилась Фелисия, стыдясь своей бестактности.
— Ничего… Ты можешь посмотреть телевизор. А я, к сожалению, должен тебя оставить. Надо готовиться к занятиям.
— Ты… учишься?
— Учусь. В школе художественного мастерства. Тебя это удивляет?
— Я подумала, если и без того есть деньги…
Бето расхохотался.
— Смешная ты! Деньги приходят и уходят, а хорошая профессия всегда при тебе. И потом, я не хочу сидеть на шее у родителей. Мне будет приятно самому зарабатывать на жизнь себе и своей семье.
— Разве твои родители… скупятся?
— Что ты! Наоборот! Так и норовят сунуть в карман ассигнацию. Только ведь скучно ничего не делать.
— Не знаю… Может, ты и прав. Вот разбогатею, тогда и погляжу…
Бето ушел, а Фелисия осталась в гостиной.
Сначала она сидела и просто смотрела телевизор, потом ей это надоело.
Она встала и начала прохаживаться по комнате. Мысли о деньгах не давали ей покоя. Она думала о словах Бето и понимала, что его совет правильный. Окончить бы школу и поступить в какой-нибудь колледж, где учат на артистов! Денег ей, пожалуй, хватит, если жить экономно. Окончит колледж и станет знаменитой танцовщицей, как эта, что на фотографии у входа в кабаре «Габриэла»! Как Неукротимая Виктория! Или киноактрисой… А что, чем она хуже? Подруги считают ее красивой…
Киноактрисой, пожалуй, даже лучше. У нее будет куча поклонников, ездить будет только на дорогих автомобилях, купит себе дом в таком вот районе, как этот, где она сейчас находится.
В предвкушении будущей славы Фелисия сделала несколько па, представляя, что танцует на сцене театра.
Внезапно от голода у нее закружилась голова, и она чуть не упала на пол.
Она села на диван и немного отдышалась.
Снова встала и принялась ходить по гостиной, разглядывая мебель, книги и статуэтки.
На тумбе возле дивана стояла очень красивая позолоченная фигурка — девушка в длинном платье с кувшином на плече.
Фелисия взяла статуэтку, чтобы получше ее рассмотреть.
— Поставь на место! — услышала она окрик Белинды и от неожиданности уронила дорогую вещицу на диван.
Белинда налетела на нее как фурия.
— Как знала! Кто тебе разрешил трогать чужие вещи! Почему до сих пор здесь?!
— Бето сказал, что я могу подождать сеньоров в гостиной, а сам пошел к занятиям готовиться, — начала оправдываться Фелисия, аккуратно поставив статуэтку на место.
— Во-первых, не Бето, а молодой господин Бето. А во-вторых, я ведь предупреждала его, что ты хочешь что-то стянуть! — зло воскликнула бдительная любовница криминального Диди.
— Зачем мне эта вещь? — удивилась Фелисия.
— Не знаю, зачем, да только оставлять тебя здесь одну опасно!
Глава 44
Со второго этажа спустилась девушка.
— Белинда, ты что раскричалась? — сердито спросила она.
— Да вот, Марисабель, жених твой велел впустить эту… в дом, а она чуть статуэтку не унесла!
— Бето разрешил ее впустить? Зачем?
— Не знаю. Это ты у него спроси! Она говорит, дело у нее к донье Марианне и дону Луису Альберто. Вот Бето и велел ее впустить. Проболтали они тут около часа, и он ушел. А она покрутилась, повертелась — да и хвать эту статуэтку!
— И вовсе я ее взяла не для того, чтобы унести. Просто хотелось получше разглядеть. Уж больно красивая девушка эта с кувшином, прямо как живая.
— Так я тебе и поверила! — зло ухмыльнулась Белинда.
— Ты кто?.. Давно знакома с Бето? — спросила Марисабель, подозрительно оглядывая Фелисию.