— Все хорошо, — прошептал мне на ухо Швангау.
Тут я наконец осознала, что меня держит на руках высокое начальство. Попыталась высвободиться. Не получилось:
— Прекратите, — приказал ректор. — Во-первых, вы босиком. А во-вторых, я не настолько вам доверяю. Вдруг еще что случиться…
Огляделась. Рядом с милордом стояли заведующие кафедрами воздуха, огня и земли. И я с распущенными волосами и в ночной рубашке. Позорище…
— Уголовную полицию вызывать будем? — спросил милорд Меграс, заведующий кафедрой земли.
— Думаю, придется, — кивнул милорд Швангау. — Мы не можем игнорировать то, что произошло. Это слишком опасно.
— А как вы… оказались на башне? — я начала понимать, что же произошло.
— Вчера, — начал милорд Швангау больше размышляя сам с собой, нежели стараясь удовлетворить мое любопытство, — я повесил на вас охранку. На всякий случай. Ясно же, что кто-то намеренно пытается скомпрометировать университет, и нечто подобное я предполагал.
— Великолепная предосторожность! — одобрительно отозвался милорд Бартон — муж моей заведующей. — А то было бы очень удобно для наших оппонентов. Раз — а с утра преподавательницы нет. Есть ее хладное тело. И никаких разбирательств. Кстати, моя супруга тоже попросила меня кинуть на девушку охранительное заклинание. Удивительно то, что оно не сработало — меня вызвали вы, милорд.
— Не расстраивайтесь. Мое тоже.
— То есть?
— Не сработало. Мы имеем дело с очень сильным противником. Оба заклинания были блокированы, а ведь мы с вами не самые слабые маги Империи, хочется верить…
— Так как же вы узнали?
— Лисица. Огромная ярко-рыжая лисица! Она залезла ко мне в окно, и буквально заставила идти следом за ней! Надо будет усилить охрану территории. Рене, может быть, вас тоже напугала лисица?
— Чуфи? — я рассмеялась. — Чуфи чуть меньше среднего, если иметь в виду ее особь в целом.
— Ну да. Я забыл. Вы же у нас… своего рода специалист! Столько ядовитых змей, сколько в вашей лаборатории нет во всем университете. Крысы, ядовитые клещи, кружевные медузы. Лисицы тоже могут быть полезны в ваших…исследованиях?
Мне показалось, или милорд Швангау пытался замаскировать тот факт, что его испугала лисица? Наверное, показалось. Такого просто не может быть! Милорд — сильнейший маг Империи, он является не только ректором столичного университета, но и придворным магом самого императора!
— Значит, магию земли и воды кто-то обошел, — почесал длиннющий нос милорд Орвер — заведующий кафедрой огня. — Интересно.
— Только не говорите, что это сделал малолетний мальчишка с факультета дипломатов, — фыркнул милорд Бартон. — Хотя… этот деятель ввел в заблуждение собственного папеньку. А это дорогого стоит. Тут что-то не так…
— Интересно, а беседовал ли с ним принц Тигверд? Или хотя бы милорд Милфорд — они все посильнее будут, чем барон Гилмор, — протянул милорд Орвер.
— Вы совсем замерзли, — тихо, на ухо проговорил мне милорд Швангау. — Но придется потерпеть. Не хочу применять магию — картина происходящего может сбиться. И отпускать вас пока нельзя.
— Ничего… — ответила. — Но, может быть, вы меня спустите на землю. Вам же тяжело.
Ректор насмешливо хмыкнул, я же по-прежнему осталась у него на руках.
Раздался хлопок портала, вспыхнула радужная оболочка — и к нам присоединились еще двое.
— Милорд Браун — начальник Уголовной полиции, — представился один, постарше. С черным ежиком волос и странным, явно перебитым носом. Интересно, кто его столь безобразно лечил? И почему он еще не обратился к нам, чтобы целители все исправили?
Второй — помоложе. И посимпатичнее.
— Граф Троубридж, — представился он. — Уголовная полиция. Отдел магических преступлений. Что произошло?
— Покушение, — ответил наш ректор. — На госпожу Рене Агриппу, нашего преподавателя. Видимо, пытались все обставить таким образом, будто она сбросилась с крыши башни, и все бы решили, что это самоубийство.
— Госпожа Агриппа, — потер лоб начальник Уголовной полиции, — Это не на вас милорд Гилмор написал заявление? Он обвиняет… в развращении его несовершеннолетнего сына, баронета?
— Именно. Я потребовала открытого императорского разбирательства. И намерена добиться справедливости, — я говорила тихо, но твердо, пытаясь уверенным тоном компенсировать тот факт, что лежу у ректора на руках в ночной рубашке и с распущенными волосами. Ох…
Хлопок портала. Радужное марево. Как же оно красиво смотрится ночью, на самой высокой башне университета…
— Вы настолько уверены в своей правоте? — спросил кто-то.
— Да, — смело ответила я.
И тут обратила внимание на то, что остальные резко развернулись — и стали низко кланяться. Даже милорд Швангау, на руках которого я находилась, осторожно наклонился, сильнее прижав меня к себе.
— Не стоит, — в голосе появилась насмешка. — Император все еще в Османской империи.
— Принц Тигверд! — хором выдохнули присутствующие.
— Я желаю побеседовать с госпожой Агриппой, — распорядился старший сын императора. — Принесите ей одежду, обувь, и давайте переместимся куда-нибудь… в более уютное место.
Интересно, но его приказ был выполнен мгновенно. Появилась миледи Бартон — подала мне мантию и туфли.
— Я буду присутствовать, — сказала она таким тоном, словно принц Тигверд с ней спорил.
— Ваше желание — закон для меня, — поклонился его высочество.
Ректор и заведующие кафедрами остались отвечать на вопросы представителей уголовной полиции, мы же отправились ко мне порталом, выстроенным миледи Бартон.
— Итак, госпожа Агриппа… — недовольно протянул принц Тигверд, внимательно оглядывая мою гостиную, словно ожидая увидеть что-то непристойное.
— Спрашивайте, — я попыталась сказать это решительно и твердо.
— У вас была связь с баронетом Гилмором?
— Нет, — устало сказала я.
— Вы с ним общались?
— Я его обучала.
— И как он вам?
— Дрянной, избалованный мальчишка.
Принц Тигверд хмыкнул:
— То есть никакой симпатии между вами не было?
— С моей стороны — так уж точно.
— Можно ли какие-нибудь ваши слова было истолковать превратно?
— Как это? — удивилась я.
— Двусмысленно… Он вас неправильно понял — и подумал, что вы его домогаетесь?
— Как вы смеете! — подскочила я. — Он — студент. И все! Я его вообще практически не видела в этом семестре — баронет Гилмор изволил прогуливать мои пары. А вчера на зачете я пригрозила ему сообщить отцу о прогулах, если он не выполнит мои требования.
— Какие требования? — живо спросил принц Тигверд. — Может быть, в них было что-то…
— Конечно, я его домогалась! — кричала я в бешенстве. — Я домогалась к нему с переписыванием лекций, написанием четырех контрольных работ и одного реферата!
— Любопытнейшая картина получается, — задумчиво отметил принц Тигверд. — Я чувствую, что и преподаватель, и студент — оба говорят правду. Взаимоисключающую. Занятно.
На этом его высочество с нами попрощался — и изволил нас покинуть.
Я посмотрела на миледи Бартон — она была совсем измучена.
— Идите спать, — мягко сказала я ей. — Вы устали.
— Нет, — отрицательно покачала она головой. — Мне бы не хотелось оставлять вас одну. Вы беззащитны.
Хлопок портала.
— Я сам прослежу за своей преподавательницей, — раздался голос ректора. — Вам, миледи Бартон, надо отдохнуть. Кстати, завтра у вас — выходной. Я распоряжусь, приказ с утра напечатают.
— У меня с утра экзамены.
— Перенесем сроки, — усмехнулся ректор. — Примите позже. Все равно завтра будет еще один демарш со стороны преподавателей. И вряд ли из студентов кто-то что-то получит…
— Вы считаете, что такое поведение преподавателей неправильно? — поинтересовалась миледи Бартон.
— Не знаю. Скорее всего. Однако я сам, лично завалил сегодня всю группу водников на профильном экзамене. Последний курс. Элита… Но профпредмет — «Водные заклинания» не сдал никто.
Миледи Бартон покачала головой:
— Я пойду, пожалуй. Спокойной ночи, Рене, дорогая… Держись, девочка. Держись…
— Госпожа Агриппа, — обратился ко мне ректор. — Соберите все, что вам может понадобиться на четыре дня — вы пойдете со мной.
— Куда и зачем?
— Ко мне.
— Нет, — упрямо замотала я головой. — Не пойду.
— Рене. Оставить вас без присмотра сейчас — просто немыслимо, — милорд Швангау устало опустился на стул. — Мы не застрахованы от еще одного покушения. У меня будет безопаснее. Конечно, можно зачаровать ваши комнаты. Но, честно говоря, я устал. Можно было бы остаться у вас — но с утра выходить на работу. Полночи придется перетаскивать вещи, не говоря уже о том, что такое положение вещей вас скомпрометирует сильнее. Пожалуйста, не упрямьтесь. Я могу гарантировать и вашу безопасность и… неприкосновенность, безусловно.
Отказаться было невозможно. Что же делать? Вдруг Чуфи не найдет меня на крыше вечером? Можно, конечно, оставить открытым окно, но… А что если тут опасно? Чуфи…
— Что? Что вас тревожит? Говорите!
— Я буду… спать…
— Вы будете спать в комнате для гостей. Вас это волнует?
— Там есть окно?
— Конечно.
— Если Чуфи придет… Вы… Вы не против?
— Я не боюсь лисиц! — ректор сдвинул брови, — просто… ее визит был несколько… неожиданным.
— Так вы не против, если Чуфи будет приходить ко мне? Вы же сами говорите… здесь может быть опасно.
— Совершенно верно. Конечно, я не против, но как вы…
— Чуфи знает, где я. Всегда…
— А вы?
— Что я?
— Вы тоже знаете, где эта…
— Чуфи.
— Да. Чуфи.
— Нет. Чуфи всегда приходит сама. Наверное, если с ней что-нибудь случится, я почувствую, но не больше.
— Хорошо. Мы решили вопрос с вашим… ээээ…
— Другом.
— Хорошо. С вашим другом… Чуфи. А теперь, пожалуйста, собирайтесь! Очень хочется поспать.
Я поднялась, открыла шкаф и просто взяла тревожную сумку. Посмотрела на стоящий рядом саквояж с любимыми склянками. И прихватила его тоже.