Но вписываюсь ли я в ее мир или просто обманываю себя?
– Эй! Эй, ты!
Мэтт толкает меня локтем, и, поворачиваясь, я вижу, как официантка улыбается, протягивая мне тарелочку с идеальным шоколадным брауни.
– Я нашла еще один! Должно быть, у тебя сегодня удачный день!
Я улыбаюсь ей, забирая тарелку.
– Спасибо. – С серьезным выражением лица я поворачиваюсь к друзьям. – Я это сделаю.
Они отвечают мне такими же серьезными взглядами.
– Вперед, чувак, – говорит Сезар.
Я не совсем понимаю, что он имеет в виду, но закатываю рукава своей толстовки, как показывала Люси, подхватываю поднос и отправляюсь во дворец Джаббы[47].
Только не подумайте, что я представляю себе Майю в золотом бикини или чем-то подобном. Не надо грязи. Я просто хочу сказать, что ощущаю себя рыцарем-джедаем, который проникает в хорошо защищенное логово злодея, полное опасностей, где целая толпа с удовольствием посмотрела бы, как меня пожирает ранкор[48].
Я подхожу к столику и на мгновение замираю, чувствуя себя крайне неловко. Джанин замечает меня первой. Она оживляется и хлопает Кэти по плечу, а та, в свою очередь, окликает Майю.
– О, привет! – говорит Майя, подталкивая локтем сидящего рядом с ней Рауля. И тут все начинают двигаться, чтобы освободить место.
Для меня.
– Садись. – Майя указывает на место рядом с собой.
Я устраиваюсь на скамейке.
– О, старик! – восклицает Тоби. – У тебя брауни? А мне сказали, что они закончились.
– Кажется, мне достался последний. – Я перевожу взгляд на свою тарелку, затем на Майю и снова на Тоби. – Э-э… хочешь?
– Серьезно? Конечно, хочу! – Он забирает у меня пирожное.
И все возвращаются к разговорам, которые они вели до моего прихода. Как будто вообще ничего не изменилось.
Я позволяю себе выдохнуть.
Бринн расспрашивает о концерте, и Майя говорит с ней, пока я ковыряюсь в тарелке. Она рассказывает о VIP-вечеринке, о встрече с Садашивом и сердечке, которое он нарисовал на ее постере. Сам концерт она описывает в таких мельчайших деталях, что мне кажется, будто я побывал на нем заново. Она помнит о выступлении Садашива гораздо больше, чем я. Не прошло и суток, а я уже почти забыл и о нем, и о том, какие песни он пел. Все, что я помню, это как Майя улыбалась мне перед началом шоу. Как она сияла в свете софитов.
–Ладно, хватит о Майе и ее волшебном свидании,– говорит Джанин.– Есть куда более важный вопрос.– Она приподнимает бровь и по очереди смотрит на каждого парня за столом. На Рауля, на Тоби и даже на меня. – Кто из вас, лузеров, поведет меня на выпускной бал?
Это запускает цепную реакцию. Улюлюканье. Хохот. Несколько двусмысленных комментариев. Флирт. Мое лицо становится красным как помидор. Не то чтобы кто-то допускает мысль, будто я планирую сопровождать на бал Джанин, но напрашивается вполне очевидный вопрос.
Собираюсь ли я пригласить Майю?
Так вообще можно? Не слишком рано? Согласится ли она?
Не это ли она имела в виду утром на школьном дворе, когда я так отчаянно терял дар речи?
Да… на все, о чем бы ты ни попросил.
Надежда трепещет в каждом моем нерве, но я не могу заставить себя даже взглянуть на Майю, в то время как Тоби устраивает целое шоу, приглашая Джанин пойти с ним на бал, а она… отвергает его. Это неизбежно запускает еще одну цепную реакцию, когда отказ становится достоянием общественности. Впрочем, Тоби, похоже, совсем не расстроен. Он просто смеется вместе со всеми, вскрывая пакетик с кетчупом для жареной картошки.
Как же так?
Я бы забился в нору, если бы Майя вот так отвергла меня на глазах у всех.
– Эй, Джуд-Зануд!
Крик такой громкий, что я буквально подпрыгиваю, оборачиваясь на голос, – в тот самый момент, когда струя кетчупа из пакетика Тоби летит прямо на меня, чудом не попадая на рукав моей толстовки.
Майя ахает и тут же смеется.
– Повезло!
– Вау, прости, дружище, – говорит Тоби, хотя и без всякого сожаления, когда я хватаю салфетку и стираю лужицу кетчупа со скамейки между мной и Майей.
В тот же миг Эзра, который, собственно, меня и позвал, появляется у стола, всплескивает руками.
– Откуда ты знал?! Мне бы твои источники!
– О чем ты? – спрашиваю я.
– Миссис Дженкинс! Пари! Ты выиграл!
Я изумленно смотрю на него, пытаясь осмыслить его слова.
– Мисс Клермонт выложила мне всю подноготную. Миссис Дженкинс только что заключила контракт с издательством. Оказывается, «На семи морях», первая книга из ее новой серии пиратских романов, появится на прилавках в следующем году.
– Ты шутишь. – Это все, что я могу сказать.
–Чувак. Не может быть, чтобы ты попал пальцем в небо. Хитрец! – Он хмурится и в то же время улыбается, доставая пачку наличных из заднего кармана. – Я не гений математики или чего-то еще, но, судя по моим расчетам, вот что тебе причитается.
Он перебирает банкноты, отсчитывая кучу денег, и протягивает их мне. Я настолько ошарашен, что не могу пошевелиться, и тогда он швыряет наличность на мой поднос, прямо возле тарелки с остывшей картошкой.
– Без обмана. – Он указывает на меня пальцем. – В следующий раз подключи меня к своей шпионской сети, а не то, знаешь ли…
С этими словами он делает вид, будто приподнимает невидимую шляпу, подмигивает Серене, манерно выполняет поворот кругом и удаляется прочь.
Серена смеется.
– Он такой странный.
Поразительно, но все кивают в знак согласия. Эзра – настоящее сокровище в светских кругах нашей школы. Он дерзок и нелеп. Клоун высшего класса. Учителя терпеть его не могут – отчасти потому, что не могут возненавидеть по-настоящему. А учащиеся? Они обожают его за чудачества и выходки, за все забавные моменты, которые он дарит нам на протяжении многих лет.
Он не странный. Это я странный.
В какую же перевернутую вселенную я попал?
– Черт возьми, – восклицает Серена, сгребая с моего подноса пачку банкнот и пересчитывая их. – Я ставила на то, что миссис Дженкинс увольняется, чтобы ухаживать за больным родителем. Но ты-то откуда узнал?
– Я не знал. Просто все выдумал.
Рауль фыркает.
– Вот как. Удачная догадка.
Я смущенно улыбаюсь. Ага. Удачная догадка.
Серена возвращает мне деньги.
– И что ты собираешься делать с выигрышем?
–Наверное, куплю фигурку обезглавленного Неда Старка[49], – выпаливаю я.
Проходит мгновение, прежде чем Кэти издает смешок, похожий на кудахтанье.
– Только не говори, что ты коллекционируешь этих кукол!
У меня сжимается сердце. Ты серьезно, Джуд? Я заставляю себя рассмеяться.
– Просто шучу. Знаешь, наверное… начну копить на следующий концерт Садашива в нашем городе? Я слышал, те VIP-билеты стоят недешево.
– О, как это мило, – говорит Бринн, многозначительно глядя на Майю.
Я чувствую, как Майя придвигается чуть ближе. Но только когда остальные меняют тему разговора, она наклоняется ближе и понижает голос.
– Сколько еще мне ждать, пока ты снова пригласишь меня на свидание?
Я судорожно вздыхаю и встречаюсь с ней взглядом.
На ее лице снова появляется та улыбка. Немного дразнящая и чуть-чуть неуверенная.
Прежде чем я успеваю придумать ответ, раздается звонок, и все вскакивают из-за стола.
Майя ловит меня за руку, когда я уже спешу на четвертый урок.
– Насчет завтрашнего дня. Ты не против, если я заявлюсь на вашу тусовку?
Я далеко не сразу догоняю, что она имеет в виду нашу сессию игры в «Подземелья и драконы».
– Да, конечно, приходи.
– Твои друзья не возражают?
Мы оба смотрим туда, где Сезар и Мэтт ждут у выхода, наблюдая за нами. Сезар, к моему ужасу, подбадривает меня, размахивая поднятыми руками, как чирлидер.
Конечно, Мэтта на игре не будет, но, наверное, стоит сказать Сезару, Расселу и остальным, что Майя присоединится к нам. Я совсем забыл. Видимо, просто не верил, что все это реально происходит.
– Они не возражают, – говорю я.
– Отлично. Тогда скинь мне адрес.
Майя направляется в другую сторону, перекинув сумку через плечо. Я машу ей вслед.
Только тогда чувство тошноты, мучившее меня все утро, наконец отступает.
Глава шестнадцатая
Квинт и Прю в своей стихии. Последние полчаса Квинт передвигает стулья, полки и лампы, пытаясь создать идеальный фон в углу музыкального магазина, в то время как Прю радостно проставляет галочки напротив выполненных пунктов списка дел, составленного накануне. Она все рассуждает о правилах подачи заявок, формах для участия, метаданных и хештегах, так как, судя по всему, Ари недостаточно просто записать свою первую песню и выложить ее в сеть. Прю считает, что для Ари это шанс начать карьеру автора песен. И хотя Прю, возможно, не очень-то разбирается в музыке или кинематографии, она определенно знает толк в рекламе, продвижении и маркетинге. Или, по крайней мере, умело притворяется, что знает.
Сама Ари, похоже, вовсе не против сидеть, подбирая риффы[50] на струнах своей гитары, и ждать, пока Прю и Квинт скажут ей, что делать.
Что до меня, то я работаю.
Или что-то типа того.
После полудня торговля идет ни шатко ни валко.
– Ну, и как прошло свидание? – спрашивает Ари, пробегая пальцами по грифу гитары.
Я ей почти ничего не рассказывал. Собственно, как и всем остальным, – а что рассказывать-то? Покатались на лимузине. Садашив подписал нам постеры. Майя улыбалась мне так, словно я победил дракона, чтобы сводить ее на этот концерт, хотя на самом деле я всего лишь сделал удачный телефонный звонок.
– Да, все было здорово, – отвечаю я.
Ари улыбается, но улыбка натянутая и не отражается у нее в глазах.
Наверное, нервничает. Она наигрывает мелодию, и меня поражает, ка