–Вы вместе учитесь, – повторяет Карлос таким тоном, будто этот простой факт содержит в себе двенадцать уровней невысказанных смыслов. – Что ж, я надеюсь, у вас с этим парнем все на мази, – говорит он Майе. – Он замечательный. Как обычно, Джуд?
Щеки пылают, когда я смотрю на Майю; она пожимает плечами.
– В чужой монастырь со своим уставом не ходят.
– Да, – отвечаю я. – Как обычно.
Карлос кивает.
– А что из напитков?
Мы оба заказываем «Спрайт», и, когда Карлос уходит, Майя бросает на меня заинтригованный взгляд.
–Ты здесь действительно завсегдатай.
– Да, это было одно из любимых мест Ари, когда мы с ней познакомились, и оно достаточно близко от дома, так что мы с Прю могли без проблем доехать сюда на велосипедах, пока не получили права. Какое-то время мы были только втроем, но теперь, конечно, и Квинт часто приходит. И Эзра. И Морган – ты, наверное, с ней незнакома. Раньше она была волонтером вместе с Прю и Квинтом. Теперь она учится в колледже в Сан-Франциско, так что мы давно ее не видели, и… я что-то заболтался. Извини.
У Майи вырывается грубоватый смешок.
– О, я тебя умоляю! После того, как я тебе все уши прожужжала, рассказывая предысторию своего персонажа? Честно говоря, приятно, что ты начинаешь раскрываться. Ты всегда такой тихий.
Естественно, такой комментарий лишь заставляет меня снова замкнуться. Чтобы чем-то занять руки, я разрываю бумажную полоску, обмотанную вокруг салфетки и столовых приборов.
– Обычно мне нечего сказать.
– Тебе нечего сказать? Или ты думаешь, что никто не захочет тебя слушать?
– И то и другое. – Я сминаю бумажную полоску в плотный шарик и запускаю его через стол. Он отскакивает от солонки. – В основном я думаю о комиксах и кампаниях для «Подземелий и драконов»… а это мало кому интересно.
– Мне интересно.
Майя говорит это так искренне, что я не могу ей не поверить, особенно после того, как весело прошла наша игра в выходные и каким продуманным получается ее персонаж.
– Я все еще пытаюсь привыкнуть к этому. Я бы в жизни не подумал… – Я замолкаю, опасаясь, что вот-вот скажу что-нибудь не то.
– Что? – настаивает Майя. – Что у меня есть воображение? Что я тоже люблю истории о волшебстве и приключениях?
– Нет, не то. – Я делаю паузу, когда Карлос приносит наши напитки, и пользуюсь этой передышкой, чтобы сформулировать связную мысль. – Мы, конечно, не в каком-то банальном подростковом фильме, где я – ботаник, которого самый популярный парень в школе макает головой в унитаз, а ты – чирлидерша, обожающая… ну, не знаю, шопинг или что-то такое.
Майя корчит гримасу, ожидая продолжения, и я морщусь.
– Но все же существует… ну, ты понимаешь. Круг общения. И у тебя свой круг. Куда входят те, кто вступает в школьные клубы, баллотируется в школьное самоуправление, становится королями и королевами бала и… все такое.
– Ты же знаешь, что у нас в школе на балах не выбирают короля с королевой?
– Ой. Да, разумеется.
Этого я определенно не знал.
Читая правду на моем лице, Майя смеется и качает головой.
– Ты вообще когда-нибудь бывал на танцах?
–Нет,– признаюсь я.– Потому что принадлежу к другому кругу. Где…
– Играют в фэнтези, – подсказывает она.
– А еще смотрят аниме, читают романы о драконах, ходят на научно-фантастические съезды и ренессансные ярмарки. Даже наряжаются для них в костюмы той эпохи.
Майя широко распахивает глаза от… восторга?
– Серьезно?
О боже.
Я отвожу взгляд.
Она ахает, наклоняясь вперед.
– У тебя есть фотографии? Можно посмотреть? Какой у тебя костюм? Ты носил килт? Доспехи? – Она прищуривается. – Ты был эльфом?
–Нет, – смущенно отвечаю я. – Человеком. Человеком… волшебником.
Глаза Майи сияют.
– Если ты не покажешь мне фотографии, то, бьюсь об заклад, это сделают твои сестры.
– Только не Прю. Она мне предана. – Я тяжело вздыхаю. – Но остальные уж точно сдадут меня не задумываясь.
Она смеется.
– Я бы не стала так с тобой поступать. Хотя мне бы хотелось посмотреть, что там и как. – Майя колеблется, прежде чем добавить: – Я бы с удовольствием сходила туда как-нибудь. – Она делает большой глоток своего напитка и морщится, когда от газировки щиплет в носу. Минуту спустя к нам подходит официант с заказом.
Какое-то время мы едим в тишине, прежде чем Майя произносит с, пожалуй, не вполне искренним легкомыслием:
– У тебя когда-нибудь возникало чувство, что ты что-то упустил и теперь не уверен, сможешь ли отмотать время назад и попробовать еще раз?
Я наклоняю голову набок, с подозрением глядя на нее. Такое впечатление, что Майя лишь делает вид, будто этот вопрос ничего не значит, и это заставляет меня задуматься.
– Что именно упустил?
– Не знаю. Просто… что-то.
Мы снова замолкаем. К ужину народу в ресторане прибывает. Карлос смешивает коктейли за стойкой бара.
Наконец Майя нарушает молчание, но говорит совсем не то, что я ожидал от нее услышать.
– Это не круги, Джуд. Это ячейки.
Вилка с горячим тостоном замирает на полпути к моему рту.
Майя откашливается и снова встречается со мной взглядом.
–Может, мы и не в банальном подростковом фильме, но иногда все равно кажется, что каждому из нас назначена своя роль. Что до меня, думаю, я всю жизнь хотела нравиться людям. Я хочу, чтобы у меня были друзья. Хочу получать хорошие оценки, чтобы наши учителя говорили: «Ого, у нее правда есть голова на плечах». Я хочу, чтобы мои родители гордились мной. И… Я не имею в виду, что ты не хочешь того же, но для меня все сложилось иначе. Я не помню, чтобы выбирала, с кем дружить и чем заниматься, все это происходило само собой. В начальной школе начинаешь общаться с другими детьми, им нравятся определенные вещи, и тебе это тоже заходит. Те же фильмы, те же спортивные состязания, то же самое… все. Но потом… – Она морщит лоб, смотрит на меня и тут же отводит взгляд. – Это было… в восьмом классе, кажется? Я увидела постер в школе. В одном из клубов проходил вечер аниме с фильмами… как же его имя? Того, кто снял «Ходячий замок Хаула»?
– Хаяо Миядзаки, – подсказываю я.
– Верно. Ну, вообще-то я смотрела «Ходячий замок Хаула». Папа водил меня на специальный показ в кинотеатр на набережной, и мне он очень понравился. И вот я предложила своим друзьям сходить на этот вечер аниме, и, помню, Кэти отреагировала так, будто я ее зову невесть куда. Типа, кому охота идти смотреть мультики в компании ребят, с которыми мы даже не общаемся, к тому же без дубляжа? И я… посмеялась вместе с ней и согласилась. Что за дурацкая идея! Но втайне я всегда немного жалела, что не пошла.
Она медленно выдыхает и, наконец, отщипывает кусочек своей еды.
– Я там был.
Она перестает жевать, проглатывает и кивает, уголки ее губ подергиваются.
– Конечно, ты там был. Было потрясающе, не так ли? Неужели я пропустила то, что могло бы стать лучшим вечером в моей жизни?
Я вспоминаю.
– Это было в актовом зале, и фильмы показывали на большом экране. Нас было всего, наверное… человек двадцать? Двадцать пять? И кто-то заказал пиццу. И… конечно, фильмы Миядзаки невероятные.
Майя выглядит задумчивой.
– Вот видишь? Звучит заманчиво. В то время как я, вероятно, была на очередном девичнике, где мы красили ногти и играли в «Правду или действие», как всегда. – Она съеживается. – Не пойми меня неправильно. Мне нравятся мои друзья, просто… Честно? В прошлые выходные, играя в «Подземелья и драконы», мне было так весело, как давно уже не бывало.
Эти слова, наверное, должны доставить мне удовольствие, только вот Майя выглядит слишком грустной.
Она морщится.
– Не говори им, что я это сказала. Разумеется.
– Не скажу.
Поколебавшись, я спрашиваю:
– Просто хочу прояснить… ты планируешь расстаться со своими друзьями, потому что в тебе живет скрытый ботаник?
Майя смеется.
–Нет. Они по-прежнему мои друзья. Просто иногда мне кажется, что теперь мы совсем разные, не такие, какими были, когда познакомились. И то, что мне представляется действительно крутым и веселым… я даже не думаю, что смогу рассказать им об этом. Они лишь посмеются надо мной или сочтут предательницей.
– Под крутым и веселым ты подразумеваешь… аниме, – уточняю я. – Ренессансные ярмарки. И «Подземелья и драконы».
Она бросает на меня предостерегающий взгляд.
– Надеюсь, это не сарказм. Я ведь тебе душу открыла.
Я накладываю себе на тарелку немного креольской сальсы.
– Извини. Просто… ты говоришь так, будто вступаешь в секту, отмываешь наркоденьги или что-то в этом роде. На самом деле тебе всего лишь хочется время от времени грабить воображаемые подземелья. Между прочим, миллионам людей по всему миру нравится эта игра. И как отреагировали твои друзья, когда ты рассказала им? Они что, угрожали отправить тебя в реабилитационный центр для ботаников?
Я пытаюсь пошутить, но Майя не смеется. Если на то пошло, когда она делает глоток газировки, вид у нее виноватый.
– О, – догадываюсь я. – Ты им не сказала.
– Это не потому, что я стесняюсь, клянусь. Просто… Как-то к слову не пришлось. Но они, разумеется, знают, что мы с тобой проводим время вместе.
Проводим время вместе, думаю я. Не встречаемся.
– Ничего страшного. Можешь говорить им все, что хочешь. Или не говорить все, что не хочешь. Но все-таки, чего ты боишься? Неужели ты правда думаешь, что они бросят тебя только потому, что ты нашла новое хобби?
– Может, и нет. – В голосе Майи не слышно убежденности. – Но я не уверена, что хочу проверять.
Я хмурюсь.
–Они приняли меня достаточно легко.
–Потому что я приняла тебя.
Я открываю рот. Но тут же снова закрываю.
Майя цепляет вилкой тостоны.
Наконец я собираюсь с мыслями.
– То, что нам нравится, лишь часть того, кто мы есть. Это не меняет нашей сущности. И то, что ты общаешься со мной, тоже не меняет того, кто ты есть.